"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— Откуда ты знаешь, что у меня есть пистолет, и он разобран?
— Да ведь это элементарно! — чернокожему здоровяку Диерсу, очевидно, надоело стоять, и он безошибочно упал в кожаное кресло, разместившееся аккурат за его спиной. — Я, по правде сказать, много чего знаю. И вот об одном из своих знаний хочу тебе поведать, или, другими словами, поделиться информацией. Ты чего стоишь?
Немного помедлив, я уселся во второе свободное кресло напротив негра.
— Дело в том, мой дорогой русский друг, что вокруг нас ведётся сложнейшая многоходовая игра, в которой задействованы — часто помимо воли — десятки тысяч персонажей, в том числе я и ты. — Диерс сцепил пальцы в замок и многозначительно умолк. Скорее всего, он ждал какой-то реакции с моей стороны, но так и не дождавшись, продолжил: — Ты наверняка слышал историю о Коллапсе? В ней сказано: если победит Зло, вселенную постигнет коллапс, настолько стремительный, что никто даже не почувствует его начала. Материя и энергия перестанут существовать, вольются в бесконечно малую точку, а после произойдет новый мир, возникнет совершенно иная вселенная, и что она будет представлять, ignoramus et ignorabimus [25]. Точь-в-точь то же самое произойдёт, коли верх одержит так называемое Добро. Одним словом, куда бы не склонилась чаша весов, результат нас ждёт одинаковый. И ничего не сделаешь contra rem [26], ведь так задуман сей мир, такие правила написаны для этой вселенной.
Не секрет, что мир, в котором мы живём, полярен; жизнь представляет борьбу двух противоположностей: свет и темнота, добро и зло, тепло и холод, плюс и минус, жизнь и смерть, звук и безмолвие, лево и право, вход и выход... Я могу перечислить триста сорок девять таких смысловых пар, но ни один dublicitas casus [27] в отдельности, ни все вместе они не могут дать чёткого представления механизма вселенной, не могут дать ответ, что же, чёрт возьми, положено в основу коллапса, что является катализатором разрушения, ибо человек, демон и астер всего лишь ничтожнейшие былинки, не способные постичь даже самих себя. А ведь вселенная — это ни что иное как сам Всевышний! Мезон, протон, электрон, фотон, молекулы и атомы, звезды и галактики, излучение, энергия, материя, время и пространство in spirito suo [28]. Всевышний есть свет и тьма, добро и зло, он суть всё, что мы чувствуем или можем когда-нибудь почувствовать. Глупо думать, будто где-то в чертогах Актарсиса Господь Бог восседает на своём Небесном Троне и непосредственно руководит политическим курсом Царствия. Точно так же глупо считать, что где-то в Яугоне есть некое демоническое божество, сопоставимое с Господом, ибо Всевышний — это и Актарсис, и Яугон, и Земля. Он есть всё. Понятия «свет» и «тьма», «добро» и «зло» настолько размыты, что часто границы между ними не найти, как бы ни хотелось. Но, тем не менее, парадоксальность ситуации заключается в том, что победа, полное поглощение одной противоположности другой противоположностью приведёт к fucking game over [29] для всех нас. А ведь астеры и демоны не просто какие-то бесформенные сгустки дерьма, а существа, обладающие разумом и жизнью. И, как любые живые и разумные существа, они хотят и дальше оставаться таковыми.
— Знаешь, если ты решил просветить меня в плане записных истин, то я, пожалуй, пойду, — бесстыдно прервал я спокойно вещающего по-русски собеседника, впавшего, как мне показалось, в транс от собственных слов.
Диерс укоризненно посмотрел на меня, просверлив взглядом, и сказал:
— Ты пойдешь не раньше, чем я закончу.
Я вскочил на ноги и вызывающе громко воскликнул:
— Это угроза?!
— Yes, it is, — артистично шевеля толстыми губами, медленно ответил Диерс, и что-то в его голосе заставило меня подчиниться. В конце концов, до самолета ещё целая ночь, так почему бы не провести её в компании явно чокнутого негра...
 
— А ведь ты никакой на хрен не сатанист, верно? Кто ты?
— Охотник, пожал плечами негр, улыбнувшись кошмарной улыбкой, к которой я уже начал привыкать. — Охотник Ордена Света, твой злейший враг. Однако, как было сказано, нет причин для волнения. Я не собираюсь причинять тебе никаких неприятностей, покуда ты выслушаешь меня. А дальше — fac quod vis.
— Чего?
— "Делай что хочешь" на латыни. Я же говорил, что много чего знаю, в том числе и латынь.
— Тогда, дабы избавить меня от лишних вопросов, прежде всего объясни, по какому это случаю светлые решили помочь тёмным.
— Я бы поставил вопрос несколько иначе, — загадочно улыбнулся Диерс. — Светлые решили помочь не тёмным, а, прежде всего, себе. Почему — я уже ответил. Как разумные существа, считающие себя живыми, они хотят и впредь оставаться живыми и разумными. А ведь победа той или иной силы — дело времени. Я удивлен, как за тысячелетия борьбы ни одна из сторон до сих пор не одержала верх... Но в свете последних событий и того, что открылось мне, я начинаю подозревать: Преисподняя и Небеса намеренно оттягивают исход, нанося друг другу удары лишь в случаях крайней необходимости. Можно подумать: а какие, собственно, проблемы? Dolce far niente, pacem in terris, regressum ad infinitum [30] в противоположные стороны, и всё будет окей. Иными словами, решение проблемы лежит на поверхности и вытекает из определения: любыми средствами не допустить не только победы врага, но и собственной победы. Так, мелкие стычки, частная импровизация в местных масштабах, видимость кипучей деятельности, и войну можно растянуть на миллионы лет. Беда только в том, что подобное эгоистическое поведение враждующих сторон было изначально предусмотрено Создателем, посему энергетический дисбаланс возникает помимо воли потусторонних жителей. Видишь ли, мой дорогой Винтэр, в любом разумном с нашей точки зрения существе есть первоначальная частичка света и такая же частичка тьмы. Это справедливо даже для демонов и астеров, но в их случае превалирование определенной энергии более чем очевидно. Человек же, будучи изолированным от прямого воздействия Актарсиса и Яугона, со временем самостоятельно переходит на одну из сторон, часто никак не замечая этого. Монах-отшельник, всю жизнь пропагандирующий добро, может быть чёрен душой; последняя мразь города, имеющая ненавистников больше чем волос на голове, оказывается ближе к Богу, чем презирающие его. Последнее положение, правда, в природе встречается крайне редко.
Что же мы имеем в итоге? Во что: энергия распределяется и в случае dolce far niente, притом распределяется весьма неравномерно. Технический прогресс и эволюция образа жизни и мышления сыграли не последнюю роль в этом; благодаря высокому развитию точных наук, в которых нет места ничему потустороннему, благодаря фундаментальной зависимости Срединного мира от финансовых потоков, благодаря ещё целой горе дерьма мир рушится, падает в чёрную пропасть небытия и скоро грохнется об скалистое дно. Не имеет значения, погибнет вселенная во вспышке света или же погрузится во тьму. Главное — конец неизбежен как магнитная буря после взрывов на солнце.
— Это всё очень захватывающе, мистер Диерс, но я так и не услышал сути.
— Суть в том, волк, что мир обречён и рушится. Миллиарды лет назад Большой Взрыв разрешился этой вселенной, что создало предпосылки для возникновения трехслойного пирога Яугон-Земля-Актарсис. Вскоре произойдёт новый Большой Взрыв, родится новая вселенная ex nihilo [31], а наша задача заключается в том, чтобы ни хрена подобного не произошло.
— Чья «наша»? — попытался я уточнить.
— Кашу заварил кто-то из высших архангелов, затем подключилось несколько демонов, — пожал широченными плечами вызывающий суеверный страх Диерс. — Сейчас в каждой стране, в каждом городе реализовывается сложнейшая многоходовая программа, отдельные участники которой могут располагать какой-то информацией, а могут и не знать ничего.