Трудоголик (СИ)

Хоть я и занимался самообразованием почти каждый день, в управлении психикой я был плохо прокачен, всё-таки невозможно объять необъятное за столь короткий срок. Поэтому я предпринял единственное возможное решение. Спустился вниз, вырвал тетрадь из рук Рюрика и с размаху дал верзиле сочного леща.
— Ай! Ырда! Ой, это ты, Станис, — пожилой скра потёр щёку. — Не признать тебя.
— Что происходит? Где Энтон?
— Так… он сидеть дом. Пытался чинить устройство…
— И никто не заходил?
Рюрик почесал макушку.
— Я… не помнить!
Я кивнул. Снова поднялся по лестнице, встал сбоку, зажмурился, сжал кулаки… И рывком кинектировал дверь. Дерево вырвалось вместе с дверным проёмом, проломило перила на балконе, пролетело три метра вниз, мимо лестницы и с грохотом свалилось вниз.
 Глава 34 
 Финальное задание 
[8845/10000]
Готовый сражаться, я заглянул в комнату. На меня уставились две пары испуганных глаз. Энтон лежал на койке, а на нём в недвусмысленной позе восседала Рина — полураздетая, угловатая и сухая.
— Вот чёрт! — прошипела она.
В меня полетел сноп огня, я увернулся, отступил в сторону — на какой-то миг я не решил, стоит ли мне сражаться за жизнь другая, или у него всё хорошо, и лучше не нарушать интим. Этого мига хватило — Рина рывком спрыгнула с кровати, подобрала элемент гардероба и растворилась в воздухе.
— Ты в порядке? Извини, я не знал, что…
— Паскуда! — прошипел Энтон, изменившись в лице.
Я вспомнил, что такое же лицо у него было, когда он отстреливался от бандюганов бункере. Его рука легла на рукоятку пистолета, лежавшего на столе. Миг — и он резво спрыгнул, перекатившись в другой угол комнаты, за стол.
— Вот блин, ты… Ты чего⁈
Раздался выстрел, я без труда уклонился от него и спрятался за стеной, оставшись на балконе. Ко мне уже спешил Рюрик.
— Ублюдки, они все заплатят! — послышался голос Энтона.
— Ой, ой, Энтону снова плохо! — причитал четырёхрукий. — Надо помочь!
Снова выстрел — разбилось стекло. Если это действительно какой-то странный приступ, а не Я принялся лихорадочно соображать — что из Алгоритмов может утихомирить полусеяного? Голограмма, Из соседнего дома высунулся громила, прорычал что-то на языке, махнув здоровенным кистенём. Рюрик остановился, ответил, размахавшись руками — как мне показалось, виновато — и забрался наверх.
— Ну, ну, давайте! Выходите, ну! — послышалось из комнаты.
Спрятавшись за углом, Рюрик крикнул:
— Стоян! Стоян! Это я! Р-ррик! Твой друг. Перемирие! Верни мне Энтона! Верни!
— А? Что ты говоришь?
На миг коротко взглянув через разломанный косяк, Рюрик прыгнул внутрь. Послышалась возня, какие-то выкрики, после чего я услышал звук упавшего на пол оружия. Я тоже взглянул внутрь. Энтон сидел на кровати, его руки удерживал Рюрик.
— Да всё, всё, я на месте, дай портки надеть! — проворчал Энтон. — Стыдно перед гостем-то.
Интонация уже была знакомая, простая. Энтон попросил пару минут прибраться, после чего сказал, что заварит чай и всё объяснит. Я решил не торопить, хотя есть уже хотелось, а когда мы, наконец, убрали обломки двери и развернули уже привычную чайную церемонию, Энтон наконец разговорился.
— В общем, пришла. Говорит, следила уже три последних года. После встречи с тобой поняла, что опасности не представляю, хоть и работаю на Халиба. Вербовала. Вспоминала… былое.
— Ты сначала расскажи, что это было? Не в смысле… я понимаю, ты мужик ещё о-го-го. Но Стоян — кто это такой?
Он отвернулся, видно было, что рассказывать это получается с трудом.
— Стоян… это человек, которого я убил. Верхушка преступного синдиката. Меня поймали, прошили мне… его личность и усадили править филиалом бандитского сообщества. А крышевала их она. И Стоян был её любовником. В общем, он иногда, типа, просыпается и начинает творить всякую жесть.
Я вздохнул.
— Звучит печально. Это тем пси-программатором, который ты достал и сейчас чинишь?
— Вроде того. Только покруче. Я её попросил сейчас, чтобы починила. Чтобы я мог обратно мозги вправить себе. А она…
 
— Уложить тебя на обе лопатки? — засмеялся Рюрик.
— Не смешно! Я, всё-таки, вдовец. Конечно, уже десять лет прошло, но…
— А как она следила, интересно, — подумал я. — Жучки? Через Рюрика? Тогда почему про меня не знала?
— Возможно, и через него, хотя перехватить зрительный канал скра, говорят, очень сложно. Тем более — она не местная. Подслушивала — да. Ещё у них там есть эти… Трансляции. Можно через всяких насекомых. Хотя — не её стиль, насколько я могу судить.
— Окихито! — догадался я. — Он не её товарищ?
Энтон оживился.
— Слушай… а ведь похож. Может, он вообще — её сын?
Некоторое время мы пили чай и молчали, каждый обдумывал случившееся. Рюрик страдальчески смотрел на обломки двери и разрушенный парапет балкона.
— Сломать… дом, — вздохнул он. — Придётся чинить.
— Поскорее бы. Скоро холода. Ты не помнишь никаких Алгоритмов быстрой починки?
— Пока не выучил. Но есть идея получше. Как насчёт переехать? Я тут нашёл одну жилплощадь.
Я достал из кармана кристалл-а-ашку с накопленными мана-тонными.
* * *
Место, где я оставил закопанный в земле «Единорог-3» не удалось правильно зафиксировать — я думал сделать это по-быстрому, и за время общения с Иоганном лишь раз взглянул в планшет, не отметив нужную точку. Когда вся наша компания — я верхом на Илонмаске, Энтон и Рюрик верхом на Энте Четыре Ноги — перенеслись в холодные зимние края, я понял, что промахнулся минимум на пару километров.
Илонмаск встал на дыбы — ему снова не понравилось, что произошло, а вот Энт Четыре Ноги воспринял перенос как ни в чём не бывало.
— Ну, и где? — немного ворчливо спросил Рюрик, поёжившись в своей безрукавке. — Обещал ходячий замок, а тут поле.
Первым делом я сверился с мана-тоннами — Алгоритм по переносу нас троих, мурланга и семи центнеров броненосца, как я и прикидывал, выжрал почти тридцать тысяч, накопленных в кошельке. На обратную дорогу оставалось впритык:
[31035/10000]
Можно было бы перемещаться и без возниц, но главным у уравнении расчёта вышло расстояние, а не вес, и их масса увеличила «стоимость» лишь в полтора раза. Огляделся, сверился с картой в планшете. Мы стояли посреди широкого поля, было солнечно, но дул холодный ветер. Вдалеке виднелся лес, за ним — белая громада ледника, а с обратной стороны, на пригорке, крохотные домишки небольшого поселения.
В лесу я заметил просеку, очень похожую на ту, по которой я убегал от гианта в миг нашей первой встречи.
— Товарищ Этоллин, — я махнул рукой жестом, позаимствованным с советских памятников. — Начинаем продвижение вон в том направлении.
— О, я посмотрю, у тебя есть военная подготовка? — предположил Энтон. — Какие-то особые курсы?
— Ну… — Я начал перечислять. — Red Alert, Civilization 5, Command and Conquer. Немного World of Tanks, что уж греха таить.
— Звучит очень по-амирлански, — Энтон поёжился, сидя на боку у своего четвероногого тёзки. — Мой сын вырос в Амирлании, это вторая по военной мощи страна на Рутее. Кажется, западное полушарие Земли, оттуда они. Я думал, мы с тобой соплеменники, а ты, получается, работал на противника? И что это за курсы?
Я рассмеялся. Последующие двадцать минут я рассказывал про компьютерные игры молодости — выяснилось, что в молодости Энтона они тоже были, только либо чрезвычайно-примитивные, вроде тетриса, сокобана или простеньких гонок, либо — подпольные и запрещённые, представляющие собой целые виртуальные миры. Мы прошли просеку и не заметили, как приблизились к конечной точки нашего путешествия.
— Вот мы и пришли… Стоп, — я приструнил мурланга. — Что за фигня⁈
В тот же момент я понял, что стоило предварительно соорудить какой-нибудь Алгоритм разведки. «Единорог-3» стоял ровно на том же месте, что я и обнаружил в предыдущем своём перемещении сюда. Точнее, почти на том же месте — но на двадцать метров ниже. Утёс позади стал словно вдвое выше, уровень грунта теперь шёл под наклоном к стоящей в большой ложбине крепости, а весь грунт, который раньше окружал утопленную мной в землю копию «Единорога», лежал большим валом у деревьев.