Трудоголик (СИ)
Свет вокруг меня тоже погас, затем я увидел смутные силуэты и тонкую нить, уходящую куда-то через тёмный горизонт. И мы помчались вперёд — галопом, с огромными прыжками.
Ощущение было, как будто ты от страха закрыл глаза на американских горках. Нас швыряло, качало, носило в темноте. Вокруг слышались шорохи, шум машин, журчание воды в ручье, запахи, крики ночных животных.
— Я ничего не вижу! Ничего не вижу! — стонал за спиной Энтон.
— Держись! Скоро это кончится.
Кончилось, однако, это не очень-то и скоро — почти полчаса прошло, после чего Илонмаск резко затормозил, а пространство вокруг посветлело, окрасившись в силуэты зданий, подсвеченных уличными фонарями. Я отдышался, откинув голову наверх.
Надо мной сияли созвездия и яркий Млечный Путь. Часть его была не видна, видимо, из-за высотных облаков. Я без труда обнаружил Большую и Малую медведицу, созвездие Стрельца, а ещё — большую голубую точку близко к горизонту, совсем не похожую на привычные нам светила. Я вздрогнул, когда понял, что это. Звёздное небо, действительно, было вполне родным и знакомым, но одна деталь разительно отличалась. На этом небе были новые планеты.
Мы стояли между какими-то хибарами. Под ногами лениво, переваливаясь с лапы на лапу, разбежался выводок свиноуток.
— Кажись, он не туда привёл, — хмыкнул Энтон и заозирался по сторонам. — Хотя… кажется, я знаю дорогу.
— Ну, я же хотел, чтобы Илонмаск размялся. Показывай.
Мы долго петляли между улочек, пока, наконец, не очутились на заднем дворе кабака. Воняло неслабо. Двое достаточно хилых скра справляли нужду прямо у забора, кого-то рвало, слышалась ругань и крики. Илонмаск презрительно фыркнул и поднял повыше свой шикарный хвост — видимо, чтобы не запачкать в грязи.
— А как же мы его оставим? — подумалось мне. — Вдруг на него кто-то покусится из местных?
— Ты его когти видел? Они неподпиленные и не в носках специальных. Это, вообще-то, приятель, запрещено, но кто станет за таким следить в посёлке орков?
Энтон резво спешился и зашагал к двери таверны. Я подвёл Илонмаска к старому сараю, где он унюхал каких-то насекомых, привязал к какому-то поручню и пошёл вслед за Энтоном.
Тот открыл дверь по-гмоннийски. С ноги.
— Ну что, не ждали⁈
Честно говоря, после такого я ожидал безумной вакханалии в стиле вестернов. С мордобоем, перестрелками, разбитой мебелью и прочими прелестями. Я мысленно пересчитал в голове подходящие для самообороны Алгоритмы, но ничего такого делать не пришлось.
Тихо звучала музыка — с дудками и барабанами, что-то вроде ориентального фолк-рока. В длинном зале с высоким потолком стояли тридцать или сорок столиков. Зал был полон — в основном, скра, несколько гмоннийцев, пара людей-джакса весьма затрапезной наружности. Сидевшие неподалёку обернулись и посмотрели неодобрительно, но и без явной агрессии. Мимо столиков сновала несколько невысоких скра в юбках с подносами, а на столах…
На столах лежали книги, шахматы, странные карточки, странные пяльца с вышивкой и до боли знакомые фишки с двадцатигранными кубиками-дайсами.
— Они что, играют в «Подземелье и драконов»⁈ Серьёзно⁈
— «Подземелье и монстры», точнее. Ну, это же таверна. В тавернах всегда чем-то подобным занимаются, — усмехнулся Энтон.
— Мда, видимо, это тот случай, когда одно и то же слово за века несколько меняет лексическое значение. Ну хоть выпить тут дадут?
— Должны. Сейчас узнаем.
За высоким, почти на уровне моего подбородка прилавком восседало двое наиболее мощных, крепких скра — один парно скрестил обе пары рук на груди и внимательно разглядывал зал, второй — одновременно протирал стаканы и готовил что-то на небольшой газовой плитке. Завидев нас, последний из барменов мигом остановился и расплылся в улыбке.
— Энтон! Чувак. Да, и помню тебя! Ты Стэн. Ты мне кое-чего обещать! Сядь-сядь вон туда.
Только тогда я узнал в этом улыбчивом бармене Джен — хранительницу тайного культа, чуть не сделавшую меня божеством целой общины.
Глава 25
Сон
[650/10000]
Она указала свободной рукой на столик, потом поймала за плечо пробегавшего мимо официанта — или официантку? Я до сих пор не различал их по расам. Пробормотала что-то и сообщила.
— Сейчас доготовить чебуреки. Вкусные чебуреки. Меня специально звать их сюда готовить. А потом с вами сяду, поболтаем. Я позвала за Рюриком, Рюрик скоро придёт.
— А выпивка есть?
— Нет выпивка, сухой закон же, — покачала головой Джен. — И вам алкоголь нельзя, и нам — ромашку.
— Чего? Какую ромашку.
— У скра от алкоголя только лёгкое несварение и головная боль, — пояснил Энтон. — Четырёхрукие обычно хлещут ромашковый чай, у них от этого вообще — башню срывает.
Джен воровато поглядела по сторонам и сказала шёпотом.
— Но я поищу.
Скинула два зажаристых чебурека на поднос официанту и пошла куда-то в подсобное помещение. Мы присели за указанный столик. Энтон тут же поймал за рукав пробегавшего мимо низкорослого скра в юбке.
— Милочка, будь любезна — принеси нам одну шаверму со свиноуткой, вторую — с полярным тушканом. Поднос вяленых голубиных гусниц. И графин сливового морсу.
— Как ты их по полу различаешь? Я даже Джен не узнал.
— Как и скра — по запаху! Да ладно, шучу, по юбкам и украшениям, конечно. О чём, кстати, это Джен? — Энтон прищурился. — Говорит, ты ей обещал чего.
— Да я тут побещал им помочь с электричеством. Чтобы хватало на подпольную мастерскую по производству оружия. Она же не в курсе того, кто я на самом деле?
— Не в курсе, конечно, Рюрик ей не рассказал.
Я коротко рассказал о том, как Илонмаск привёл меня в посёлок, как я был посажен на трон в их тайном храме Хозяина Душ, и как затем оттуда же спустя пару минут с позором свергнут.
— Звучит, конечно, круто. Странная у Тизири тактика. Вроде ж она поддерживает передачу сектора королевству? Зачем тогда подпольщиков поддерживать?
— А Тизири не знает.
— Ничего ты — бунтарь! Партизан. Первые дни работаешь, а уже поперёк начальства. Ну, тут не знаю. Мне кажется, если это вскроется, наша песня будет короткой, как песня гмонни.
— В смысле? Это какое-то крылатое выражение?
— В смысле — крылатое? У гмонни все песни не длиннее минуты. Считается зазорным и стыдным петь дольше. Даже специальные секундомеры делают… О чём это я… А, да. Я говорил уже — Халиб, конечно, мне здорово помог тебя искать. Но сейчас он нам особо не нужен. И может только палки в колёса ставить. Но ты-то почему это решил, что всё, конец сотрудничеству?
В глазах старика отобразился испуг вместе с уважением, а я в очередной раз подумал — правильно ли делаю? Стоит ли ему доверять? Союзник он, или, может, он друг Халиба, и они играют какую-то игру? А потом сдаст с потрохами. Но, всё же, я решил сказать правду.
— Меня рутина угнетает. Какие-то переговоры, поиском заниматься вручную. Меня тут семнадцатым поколением нарисовали. С соответствующим кругом задач. Я понимаю, что сфера деятельности новая. Может, я просто отвык быть стажёром, но, по ощущениям, Халиб — реально какой-то самодур. И сильно далеко я на этом месте не прокачаюсь. О, кстати, я тут на дежурстве нашёл кое-чего.
Пока рассказывал про то, как отыскал самоходную крепость, подошёл Рюрик. Выглядел он превосходно — расшитая золотыми завитушками жилетка, новые очки, а за спиной — новёхенький, лакированный инструмент с несколькими грифами и кучей струн. Тоже расплылся в улыбке.
— Наш Хозяин Душ пожаловал! Большое уважение.
Меня никогда до этого не заключал в дружеские объятия скра — оказалось, это не так уж травмоопасно, скорее, забавно, как будто, тебя обняли сразу двое.
— Гуслю настроил?
— Настроил! Спасибо, друг, что купил. Играть буду. Может, сегодня.
— Интересно, а музыка тут откуда? — я огляделся по сторонам.
— А это газопатефон. На газу работает. Внутри моторчик от газовой турбины, пластинку крутит. Тут многое на газу. Одна Рурляндская компания пару лет назад открыла месторождение и трубы провела. Не без помощи сам понимаешь кого.