Трудоголик (СИ)

Я на ходу посмотрел в планшет, в раздел «книги».
— Минус… каком?
— Ну, Дворец вообще рассчитан на пару-тройку тысяч Сеяных. Максимум здесь было триста, так что… Как-то так. Есть хочешь, кстати?
— Пить хочу.
— Так стакан создай! Или ты чего интереснее хочешь? Я тоже не откажусь. Ну, в апартаментах попьёшь. Вставай сюда.
Разговаривала и вела она себя как типичная пацанка с окраины, возможно, слегка пригламуренная. Учитывая, что за последние дни я не видел ещё ни одной девушки, хотя бы слабо совпадающей со мной по менталитету, возрасту и поведению — признаюсь, интерес появился сразу же. Но я решил не торопить события. Мы дошли до странной площадки, казавшейся просто мраморным квадратом в полу. После того, как встали — площадка медленно поплыла вниз. Стояли достаточно близко, она откровенно пялилась на меня.
— Как у тебя там, в Агао? Я читала как-то, типа, там подземный замок есть даже. Ты оттуда? Жабры отращивать пробовал?
— Не. Я из горного, — соврал я.
— Там Миронида, кажется? Да?
— Не, она в другом замке.
— Странно. Вроде бы была в горном. Пошли.
Мы проехали этажей пять, миновав уровень поверхности, и очутились в достаточно просторном помещении с десятиметровым потоком, напоминавшем подземным паркинг. В темноте позади меня ворочалось что-то огромное, неповоротливое, издовавшее гулкий не то рёв, не то стон.
— Что там?
— Так. Представители фауны. Потом посмотришь.
— А тебе сколько лет? Прости за бестактный вопрос.
Сам подумал — не помню, чтобы когда-то задавал его так прямо, но тут, кажется, так можно было.
— Да что. Нормально. Соплячка я, — она вздохнула. — Девятнадцать! Меня ещё в штат не берут на проекты. Работаю в яслях с мелкими сородичами. С семнадцатым поколением! Внештатник-стажёр. Как и ты! Признайся, тебе нифига не пятьдесят, да? Тридцатник от силы где-то, так? И никаких обновлений не делал. У меня на это нюх!
— Ты ври, да не завирайся! — парировал я.
Я попытался шагнуть с площадки, но меня дёрнули за рукав, едва не притянув к себе. Чтобы удержаться, я вынужден был коснуться её бока. Признаться, мне это понравилось.
— Рано ещё! Можешь держаться, я не против, — кивнула Ийю. — Знаешь, нормального тактильного контакта всегда не хватает.
— А как же субординация?
— Чего? — скривилась Ийю. — Ты ещё мне тут про кодекс пиратской чести гмонни расскажи.
— И расскажу.
Мы двинулись по узкому тоннелю, освещённому странными световыми панелями на потолке — казалось, светился просто сам гранит, или из чего была сложена скала. Мимо нас навстречу ехала аналогичная платформа, на котором ехала молодая женщина, держащая за руку маленького, лет пяти-шести мальчика. Ребёнок открывал и закрывал ладонь, в которой загорался и гас огонёк.
— Приве-ет!
— Здравствую, тётя Ийю! — малыш погасил огонёк и помахал рукой моей спутнице.
— Новенького везёшь? — спросила женщина, слегка притормозив платформу. — Завтра поговорим!
Кажется, женщина подмигнула.
Мне становилось всё более некомфортно и слегка волнительно.
— Что за апартаменты хоть?
— Ага, нам вот сюда.
Платформа вдруг свернула в небольшую нишу, являющейся чем-то вроде шахты лифта. Мы медленно поднялись наверх и очутилось, казалось бы, в герметичном кубе, как вдруг одна из стен не то растворилась, не то быстро отъехала наверх.
— Вот твой домик! — сказала Ийю, выскочив в мрачную гостиную. — Сто тридцать седьмой. Устраивайся! Свет включи. Тут уже года три никто не жил. А вон там спальня.
— Подскажи про свет.
— [Эй белэн идарэ иту. Ут кабыз!] — выругалась Ийю и пояснила. — Управление жилищем, включить свет, что непонятного?
Свет мигом зажёгся, а я попытался запомнить, но понял, что смогу только со второго или третьего раза. Просторная гостиная была отделана разноцветным деревом — чередовались доски синего, красного и бледно-оранжевого цвета. Виднелся камин, большой полупрозрачный экран напротив дивана, кухня — вполне привычная, правда, без всяких признаков мойки и посуды. Также в доме ожидаемо не было никаких признаков туалета. В целом всё выглядело скромно, но со вкусом. Я подошёл к окну и обнаружил, что нет никаких признаков штор или чего-то подобного. Зато вот паутина кое-где виднелась. Вокруг дома виднелись заросли каких-то лиан, пышных трав и кустарников. За ними — тропинка, за которой стояли ещё три похожих домика в ряд, а над всем посёлком возвышался опутанный лианами пяти-шестиэтажный дом, в котором горела пара десятков окошек.
 
Лёгкая тень пробежала по тропе — я не успел разглядеть, хотя заметил, что движения были совсем не человеческие. В десятке метров от меня в окошке соседнего коттеджа зажёгся свет. В гостиной виднелась женщина — абсолютно голая и лежавшая в недвусмысленной позе на огромной кровати. Мужчина, поднявшийся с неё, мгновенно накинул возникший прямо над ним халат и растворился в воздухе — так быстро, что я даже не разглядел его лицо. Вот уж, действительно, — «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Женщина поднялась, сладко потянулась и медленно принялась собирать разбросанное по комнате бельё.
— Скажи, я слишком худая? — Ийю подошла сзади и положила голову мне на плечо. — Мне тут сказали, что я слишком худая.
Кожей я ощутил, что нас разделяет только моя одежда. Я отошёл в сторону, посмотрел — жадно и не скрывая взгляд. По правде сказать, она действительно была худой, и такой тип фигуры мне не очень-то и нравился. Но я впервые находился в этом мире, когда что-то подобное собиралось произойти в нормальном сознании, безо всяких хитрых заговорённых гаек и подписанных соглашений.
— Окна затемнить? — на всякий случай спросил я, хотя толком не знал, как это делается.
— Не надо! Пусть подглядывают, мне так даже нравится!
Она набросилась на меня, припечатав к окну. Я почувствовал, что всё перевернулось, и падаю спиной вперёд, в мою сторону поехали столик и тумбочка, и секундой спустя я понял, что Ийю локально изменила вектор гравитации, чтобы была возможность держаться ногами прямо за оконную раму. Ничего снимать не пришлось — нижняя часть моего гардероба просто исчезла, и я чувствовал кожей прохладу стекла с одной стороны и тепло женского тела с другой. Её губы пахли солью и корицей, она казалось такой лёгкой и быстрой, что в какие-то моменты всё напоминало сон, которые обычно снятся молодым людям во времена долгого одиночества.
За ночь мы исследовали, наверное, около пяти разных поверхностей в моём новом жилище. Игры с гравитацией быстро кончились, я испытывал лёгкое угрызение совести, что никак не применяю Способность, но, кажется, Ийю это так даже больше нравилось.
— Никогда не думала… что так можно просто вот так вот, как простые люди! — еле отдышавшись, сказала она и уставшая свалилась на пол после очередного раза.
Как уснул — не помню. Помню только, что я успел выпить три или четыре стакана воды, заглянуть в планшет, сверившись со списком проектов, и найти наконец-то своё бельё — оно оказалось телепортированным за входную дверь.
Проснулся я от большого зелёного круга, который возник прямо во сне, посреди мрачноватых городских пейзажей и рабочих графиков откуда-то из прошлого. Я лежал, заботливо укрытый пледом на диване в гостиной, на столике стояла тарелка с чем-то вроде каши и термокружка с напитком. Я вспомнил, что видел похожий по дизайну термос на рынке в Теньгороде.
— Кофе, пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет кофе!!! — я мигом сбросил плед, открутил крышку — но там оказался очередной травяной чай. Пусть и вкусный, с интересным запахом и ароматом, но, всё же, не совсем то, что хотелось бы утром.
Отпил и принял звонок, это оказалась Тизири.
— Где тебя черти носят? Ты почему до сих пор во Дворце?
— Старик сказал, что у меня выходной, — сообщил я и вдруг сообщил, что понятия не имею, чем здесь можно заниматься.
— С каких это пор он у тебя прямой руководитель? Я, между прочим, в отпуск ушла на обновление, ты здесь нужен! Ладно. Практикуйся сегодня в дежурстве. Вечером вернёшься. Серафимион тебя на месте проинструктирует по текущим проектам.