Тени прошлого (СИ)
Зайдя в лавку и полюбовавшись стеллажами пыльных книг, с презрением окатил их взглядом. Здесь все не сильно отличалось от известного «Флориш и Блоттс». Вот только книги, как и буквы в них, были мертвы. Я и сам не заметил, как оказался возле секции с приключенческими романами. Книги Жюля Верна стояли здесь на почетном месте. Из скуки перелистнул несколько страниц первого попавшегося тома, вчитался и выпал из реальности. В чувство меня привело осторожное покашливание над ухом.
— Вижу, вам понравилась эта книга молодой человек. Вам завернуть? — Пожилой господин в твидовом пиджаке с любопытством смотрел на меня сквозь очки с потертой круглой оправой. Это резко всколыхнуло в памяти неприятные воспоминания. Да и то, что на первом курсе учится мальчик, который предпочитает носить очки с именно такой формой оправы, тоже вспомнилось. Умиротворенность, навеянная интересным сюжетом, мгновенно схлынула. Осталось только неприятное послевкусие.
— Нет. — Мой ответ прозвучал резко. Судя по выражению лица враз побледневшего продавца, выглядел я при этом достаточно угрожающе. — Неужели вы действительно подумали, что я буду что-то покупать в этой кротовьей яме?
Резко отбросив том на одну из стопок книг, стоявшую рядом, порывисто направился к выходу. Я уже стоял возле двери но затем резко развернувшись бросил на прилавок несколько купюр и подхватив книгу стремительно покинул магазин. На свежем воздухе наконец вздохнул свободней. И что это было? Нельзя так остро реагировать, а то за неуравновешенного примут. Хотя какая мне разница до мнения какого-то магла? Будем считать, что это нужно для исследования образа мыслей моей подопечной. Да, именно так.
Тут меня неожиданно дёрнули за рукав. Я автоматически потянулся за палочкой, одновременно разворачиваясь. Но это оказалась всего лишь симпатичная девушка. Я не сразу признал в ней Элиз.
— Ну как? Вам нравится? — ученица несколько раз покрутились вокруг своей оси. Стоило признать, что асимметричное каре ей удивительно шло, а волосы начинали слегка подвиваться на кончиках. Кроме того, в них больше не было и намека на седину. Теперь девушку действительно можно было принять за мою дальнюю родственницу — Элиз щеголяла смоляными кудрями.
— Неплохо. — Кое-как выдавил я из себя. — Но почему ты решила сменить цвет?
Надувшаяся было девушка тут же немного смутилась и, отвернувшись в сторону, как бы невзначай бросила:
— Да вот, надоело. Давно хотела перекрасить, но никак руки не доходили. А сейчас выдалась хорошая возможность. Теперь, когда я выгляжу прилично, мы можем навестить маму?
Она намеренно сменила тему, но я не стал докапываться до истины, подозревая, что ничего особенного в этом нет — обычные девчоночьи заморочки. А вот навестить мать… Я ещё в самом начале учебного года отправлял запрос в Мунго, но там ответили, что пациентка под именем Лайзы Долохов у них не числится. Сейчас воспоминание об этом письме вызывало беспокойство и неприятные предчувствия. Я с сомнением покосился на Элиз. Может быть, стоило все же разведать самому, прежде чем приводить ее в больницу? Но эти упаднические мысли были быстро отброшены. Чему быть тому не миновать. Лучше за одно мгновение вскрыть гнойный нарыв, чем пестовать его годами. Если это ее не сломает, то пойдет на пользу. Ну, а в ином случае всегда можно немного подправить вспоминания.
Отойдя подальше от людских глаз и взяв Элиз под руку, я трансгрессировал к ступеням центрального входа больницы Святого Мунго. И уже около стойки дежурного целителя заприметил в конце коридора старого знакомого.
— Добрый день, целитель Вайс. Хорошо, что мы встретились.
— А мистер Снейп! Здравствуйте! Помню, как же, как же… — Вайс смотрел на меня с некоторой опаской, но заметив выглядывающую из-за моей руки Элиз сразу же разулыбался. — О, юная мисс! Как же приятно и радостно мне видеть вас в добром здравии! Вы удивительно похорошели с нашей последней встречи! Вы конечно меня не помните… Меня зовут Говард Вайс. Именно под моим началом проходило ваше лечение.
Элиз дежурно улыбнулась в ответ. Разговоры с незнакомыми людьми, как уже было мною замечено ранее, давались ей все еще тяжело. Но, тем не менее, она коротко пожала протянутую руку целителя в знак официального знакомства.
— Что же привело вас сюда? Неужели есть признаки ухудшения? — Тем временем спросил Вайс.
— Нет, мы сегодня по другому поводу. — С расстановкой проговорил я, намекая на то, что не намерен обсуждать тему болезни Элиз в коридоре. — Около двенадцати лет назад к вам поступила пациентка. Ее имя Лайза Долохов. Мы хотим навестить ее.
— Да! Она моя мать. — Добавила ученица.
Вайс наморщился припоминая.
— Хм, у меня не было такой пострадавшей. Возможно, она находится в другом отделении. Вы уверены, что она не выписывалась?
— За курс лечения было уплачено на пять лет вперёд, да и в дальнейшем соответствующие суммы должны были сниматься с моего личного счета. Об этом было договорено с представителями Гринготса. — Уверенно отрапортовал Элиз. — Но, как вы сами понимаете, я несколько выпала из жизни.
— Что ж, если так тогда сейчас мы все проверим. — Вайс покивал и крикнул своему коллеге за конторкой. — Эрик покажи мне регистрационную книгу двенадцатилетней давности.
Дежурный медик сразу же выдал требуемое. Толстая старая книга вспорхнала с этажерки и приземлилась прямо в руки целителя. Перелистнув пухлый том на нужный год, целитель вчитался в убористые строки. По мере прочтения его лицо все больше и больше мрачнело. Видя эту картину, мои дурные предчувствия только усилились. Наконец Вайс оторвался от гроссбуха и печально вздохнув, повернулся к нам.
— Лайза Долохов действительно поступила в наше отделение с тяжёлым нервным расстройством. Но в ночь падения Того Кого Нельзя Называть, Пожиратели Смерти проникли в Мунго. Многие пациенты и целители были убиты, а со склада пропали редкостные зелья. В число погибших вошла и ваша мать. Мы отправили уведомления всем родственникам сразу после того как закончилось следствие, и работа больницы была восстановлена. Из-за празднования в честь победы эта процедура несколько затянулась. Но родственники госпожи Долохов так и не вышли на связь. Теперь я понимаю почему, ведь вы поступили к нам практически в тот же день, когда было отправлено сообщение. Сожалею, что вам пришлось узнать эту тяжелую весть от меня. — Вайс скорчив печальную мину, умолк.
С последними словами все замерло. Только дрожали ресницы Элиз. Я мысленно уже был готов к такому повороту событий, но все же… Даже если ты уже собрался и подготовился к чему-то, это ещё не значит, что сообщение не станет для тебя неожиданностью.
— Как… Как это произошло. — Голос девушки звучал надломлено и хрипло. Она с трудом проталкивал слова сквозь сжатое в спазме горло.
— Насколько мне известно, ее убили Авадой. Я не дежурил в ту страшную ночь и подробностей не знаю, только то, что мне рассказали уцелевшие коллеги. — Вайс судорожно потёр стойку регистратора. Сам дежурный уже минут как десять предпочел скрыться в неизвестном направлении. Так что в холле мы были втроем, если не считать проходящих мимо редких посетителей. — Пожиратели пришли около одиннадцати ночи. Все в масках и черных мантиях. Они ограбили кладовые с самыми ценными ингредиентами, и устроили самую настоящую бойню в реанимации и психиатрическом отделении. По разным свидетельствам их было от пяти до семи человек, но на скамью подсудимых попало только трое. Я не помню их имена, но в нападении по разным свидетельствам также принимал Фенрир Сивый. Его то как раз и не смогли задержать. Увы, это все что я могу вам рассказать.
— А кто-либо видел как убили мою мать? Есть ли свидетели? Скажите пожалуйста, я должна знать, что она не страдала перед смертью… — Из серых глаз, потемневших до цвета грозового неба, катились одинокие слезинки, грозя в скором времени превратиться в настоящий ливень. Ни один человек не смог бы устоять перед этим лицом, наполненным мольбой и горечью утраты.