Дело о смерти фрейлины (СИ)

— Идёмте, де Перрен, — произнёс он и указал ему на лестницу.
Тот стоял, тоже озираясь по сторонам, взгляд у него был затравленный. Он нехотя пошёл к лестнице.
— Здесь же никого нет, — пробормотал он. — Старик умер…
— Откуда такая уверенность? — беспечно спросил барон, поднимаясь вместе с ним по лестнице.
Де Перрен не ответил. Когда они поднялись на второй этаж, Марк свернул в сторону спальни старика. Подойдя к двери, он распахнул её и вошёл первым.
— Господин Бошан, к вам гость!
Де Перрен опасливо переступил порог и осмотрелся. Комната была пуста, свет фонаря освещал разбросанные вокруг вещи и опрокинутую мебель.
— Что это за спектакль вы здесь разыгрываете? — возмутился де Перрен. — Думаете, что я испугаюсь и…
Он смолк. Из угла послышалось невнятное старческое бормотание, и потянуло холодом. Марк слышал шаркающие шаги, которые постепенно приближались к ним.
— Поболтайте пока, — произнёс он, поставив фонарь на пол. — Не буду вам мешать.
Он выскользнул в коридор и захлопнул за собой дверь, привалившись к ней спиной. Потом раздался хриплый старческий голос, изрыгающий угрозы и проклятия, а следом грохот. Что-то ударилось в дверь, и тут же послышался полный ужаса вопль де Перрена.
— А если он его убьёт? — спросил Шарль, глядя на хозяина округлившимися от ужаса глазами.
— Значит, ему не повезло, — пожал плечами Марк. — Впрочем, я не видел там достаточно тяжёлых предметов, чтоб ими можно было кого-то убить.
Дверь дрогнула от удара, но он навалился на неё, удерживая в закрытом положении. Призрак бесновался в спальне, проклиная негодяя и убийцу и швыряя в него всё, что попадалось ему под руку. Де Перрен скулил у самой двери, бессильно скрёбся в неё и умолял его выпустить. Марк невольно усмехнулся, подумав, что все подобные мечтатели мнят себя героями, вроде Вертрада, но ни у кого не хватает сил ответить за свои преступления с таким же мужеством.
— Я всё скажу! — наконец заорал де Перрен. — Это я, я сделал это! Я бежал с каторги и убил их!
Его голос потонул в разъярённом вое призрака и Марк тут же распахнул дверь. Он успел отклониться в сторону, и вывернутый из кровати столб, державший балдахин просвистел мимо. Он поспешно нагнулся и, ухватив за шиворот скрючившегося у порога де Перрена, вытащил его в коридор и захлопнул дверь.
Она распахнулась было снова, но к ней подбежал Шарль и навалился плечом.
— Так что вы хотели мне сказать? — поинтересовался Марк, нагнувшись к арестанту.
— Я — Матис де Серро, бежал с каторги и отравил сперва Бошана, а потом Клодину.
— Не передумаете?
Де Серро обернулся и посмотрел, как вздрагивает от ударов дверь, которую с трудом удерживает далеко не тщедушный оруженосец.
— Нет, чего уж там… — вздохнул он.
Марк помог ему подняться и повёл к лестнице. Уже на верхних ступенях он обернулся и крикнул:
— Где ты там?
Шарль бегом кинулся к нему. Дверь распахнулась, ударившись о стену, из проёма вылетела какая-то доска. Старик продолжал разбирать кровать, но, похоже, не собирался покидать свою комнату.
Они спустились вниз, и Марк передал едва стоявшего на ногах де Серро сыщикам.
— Ваша светлость, — обратился к нему один из них. — Внизу что-то происходит. Какие-то странные звуки и отблески света.
— Дайте фонарь, я проверю. Пока отведите господина де Серро в карету и дайте ему нюхательной соли.
Взяв фонарь, он направился к лестнице, ведущей в подвал. Подойдя, он увидел на стене то, чего там раньше не было: глубокую свежую борозду. Он вытащил из ножен стилет и начал осторожно спускаться вниз. Следом снова увязался Шарль, также вооружившись кинжалом.
Они спустились в подвал, и им открылось странное зрелище. Весь хлам, который раньше загромождал помещение, теперь был свален в углах, в центре освободившейся площадки возвышался на треножнике большой чугунный котёл, закрытый крышкой из сколоченных дубовых досок. Его освещали укреплённые на стенах факелы. Рядом с котлом стоял стол, на котором лежала открытая книга, а рядом на чёрной ткани были разложены металлические инструменты, очень тонкие и блестящие, но едва взглянув на них, Марк сразу подумал, что это орудия пытки. Он подошёл ближе, и в следующий момент сбоку что-то мелькнуло. Он услышал возмущённый крик Шарля, а потом быстрые шаги на лестнице.
 
Обернувшись, он увидел, что Шарль сидит на ступенях и смотрит вверх. Затем послышался грохот и крики сыщиков. Поднявшись наверх, Марк очутился в облаке чёрного дыма. Сыщики кашляли и ругались.
— Кто-то проскочил мимо меня, — услышал он голос Шарля рядом. — Он толкнул меня и удрал.
Отгоняя от себя дым, Марк подошёл к двери и распахнул её.
— Вы её поймали? — спросил он у сыщика, державшего лошадей.
— Кого? — спросил тот, с недоумением глядя на него.
— Олухи, — проворчал Марк и вернулся обратно в прихожую.
Дым быстро вытягивало на улицу через дверь. Сыщики пристыжено смотрели на барона. Хмуро взглянув на них, он снова прошёл к лестнице в подвал, за ним устремился Шарль.
— Кто это был? — спросил он, догнав хозяина уже в подвале.
— Принцесса Морено, судя по всему. Мы её спугнули, и она снова сбежала.
— И что она тут делала? — растерянно спросил оруженосец.
— А я откуда знаю?
Марк подозрительно взглянул на книгу и инструменты и подошёл к котлу. В нём снова что-то булькнуло. Он решительно взялся за крышку, отбросил её в сторону и заглянул внутрь. Котёл был наполнен какой-то прозрачной и слегка светящейся жидкостью, а на дне что-то темнело. Он какое-то время вглядывался в этот предмет и вдруг увидел, что это нечто шевельнулось. Осмотревшись вокруг, он не нашёл ничего, что можно было бы спустить в котёл и, набравшись смелости, сунул туда руку. Его пальцы нащупали там что-то странное, немного скользкое и, как ему показалось, покрытое шерстью. Ухватившись за эту шерсть, он вытащил странный предмет из котла и невольно отшатнулся, держа на вытянутой руке неподвижное тело какого-то зверя.
— Это дохлая собака! — с отвращением воскликнул Шарль.
Марк положил зверя на пол и опустился на одно колено, чтоб рассмотреть его. И тут произошло что-то странное. Зверь начал увеличиваться в размерах и судорожно дёргать лапами, которые стремительно удлинялись и становились толще, его шерсть куда-то делась, стоячие уши исчезли, морда постепенно втянулась в голову, и спустя пару минут перед ним на полу лежал обнажённый мужчина с желтоватой кожей и длинными чёрными волосами. Он закашлялся, из его носа и рта полилась мерцающая жидкость, он выгнулся, и Марк, наконец, увидел его лицо. Оно казалось ему знакомым и незнакомым одновременно. У него были гладкие высокие скулы, узкий подбородок, небольшой нос и пухлые губы, и глаза… эти глаза он всё-таки узнал. Именно их он видел дважды: когда получил удар по шее в доме госпожи Барбары, куда пришёл в поисках чёрного кинжала, и второй раз — во время пожара на рыночной площади. Это был Тень, тот, что увёл у него из-под носа смертоносный кинжал, а потом остановил огонь, пожиравший его дом, и спас Валентина.
Веки его дрогнули и глаза приоткрылись, чёрные зрачки слепо уставились в потолок. По его телу снова прошла дрожь, и кожа начала стремительно светлеть, в густых волосах появились огненные пряди, глаза замерцали зеленью, и спустя минуту это уже был тот самый менестрель, который украл из дома графини Лафайет королевский изумруд. Как его звали? Хуан? Едва Марк вспомнил его имя, и в следующий момент волосы незнакомца поблёкли, приобретая серебристо-пепельный оттенок. Они струились вокруг нежного белого лица, а глаза отливали бирюзой.
— О, святая Лурдес, — прошептал рядом Шарль. — Это же…
— Баронесса де Флери, — закончил его фразу Марк и озадаченно прошептал: — Кто ж ты такой на самом деле?
И словно в ответ на этот вопрос, длинные шёлковые локоны побелели, а глаза налились пронзительной синевой. Марк даже не мог придумать, с чем её сравнить: с сиянием вечернего неба, мерцанием королевского сапфира или яркой роскошью голубых гортензий в саду Шато-Блуа.