Память стали (СИ)
— Знаешь, Вик, ты, наверное, и сам не догадываешься, насколько правильно расставил приоритеты в разговоре. В смысле, что в поисках работы надо отталкиваться от наличия собственной техники… да и вообще, всю жизнь строить, — в этот раз начальница свалки ласково погладила грейдер. — Все эти муниципалы, работники арсенала, складов, клерки городской администрации, агротехники, обслуживающие поля и теплицы — они ведь, по сути, заложники своего места. Перебраться в соседний город или даже в Новый Остпоинт они, конечно, могут — купить пассажирское место в караване на самом деле не так уж дорого, скопить с нескольких зарплат можно. Только… что они там делать будут? В лучшем случае, удастся устроиться на аналогичную работу, причём с потерей всей выслуги, начинать карьеру с самого низа. Вот и успокаивают сами себя, что сидеть на заднице ровно — лучшее, что может с ними случиться. Никогда не могла таких понять!
Я непроизвольно окинул взглядом кучи металлолома вокруг. За много лет обитатели гаражей через улицу натащили огромное количество железа, причём среди сданных ими на свалку корпусов и остовов попадались совершенно целые, не тронутые коррозией и без каких-то критических деформаций. Означало это только одно: предложение перекрывает спрос, раз искатели оставляют себе только ценные запчасти и компоненты, а остальное, фактически, выбрасывают по муниципальной цене за лом. Заполучить себе броню для свободного выезда из города, таким образом, получалось вполне реализуемой задачей — в том числе и по цене. Были бы желание и некоторая настойчивость.
— Взять всю ответственность за собственную жизнь на себя самого — далеко не всем такое по душе, — наконец сформулировал я в словах крутившиеся в голове разрозненные мысли.
— Ну, ты-то точно не из таких, — подмигнула мне женщина. — Иначе б не достал себе эту красавицу-тэтэпэху. По-настоящему редкая штучка, почти как мой малыш! Глаз радуется глядючи, как ты с ней управляешься. Только приводы осталось восстановить, чтобы совсем уж по красоте. А то впечатление как от инвалида в парадном кителе: знаешь, что когда-то круто мог, а сейчас и хотел бы повторить, да не получится. Надо это исправить… Но сначала — работа!
Наконец я увидел Кэтрин в деле. Точнее, в свете предыдущего разговора, Кэтрин и её грейдер. Управлялась она со сложной инженерно-строительной машиной, надо сказать, виртуозно, полностью используя возможности шарнирно-сочленённой рамы и трансформируемой колесной базы. Всего несколько минут наблюдения — и я гораздо лучше понял, что же она хотела до меня донести, заведя разговор про жизненные приоритеты и их взаимосвязь с выбором техники.
Фактически, за рычагами своей машины хозяйка свалки могла управляться с завалами металлолома совершенно одна. Не только металлолома, понятно — грунт, песок, гравий, разбор развалин и строительство, всё ей было по плечу. Иначе во всех этих случаях потребовалось бы минимум десяток человек и несколько единиц менее специализированной техники. Умение, опыт и наличие нужного транспорта — и вуаля, Кэт важный член муниципалитета Релейного и открывает двери в любые городские учреждения ногами.
Более того, мне стало кристально ясно, почему вообще пройдоха-скупщик Джулиан потратил на меня аж двадцать минут своего драгоценного времени, а теперешняя начальница сразу охотно взяла под крыло. Не просто по доброте душевной, хотя и этого отрицать не стоит. Но надо смотреть правде в глаза: сам по себе я для них представлял бы пустое место — даже не случайный прохожий, а натуральный бомж!
Зато в связке с ТТП-6 — уже совсем другое дело: сила плюс специальные возможности. И чем больше этих возможностей открывалось, тем больше был интерес и уважение. Даже потенциал этих возможностей сподвиг Кэт пообещать мне дополнительную помощь. Потому что да — это тот самый личный контакт, налаженная связь, без которых ну никак.
В связи с посетившим меня откровением я многое наконец разглядел и в самом грейдере. Машина, во-первых, явно выпущена была для военных: пулестойкие толстенные стёкла, снабжённые ещё и бронежалюзи для совсем уж неблагоприятных мест работы. Колёса на двух парах осей одеты в такие же пулестойкие шины, а ещё две оси несут каток с выдвижными шипами и необъятные диски со стальными грунтозацепами — гидравлическая подвеска могла менять тип опоры прямо на ходу! Ковш на стреле, отвал, манипулятор без троса и с автозахватом типа клешни на конце вместо привычного крюка. Внушает.
Но как будто этого было мало, кто-то, возможно, даже сама Кэтрин, доработал агрегат, очень аккуратно вписав в заводские возможности новые опции — это во-вторых. Например, дополнительные бронезаслонки на всех технических люках и отверстиях с механическими приводами. Саму кабину ещё сильнее укрепили внешним каркасом из толстенных труб, и на крыше оборудовали необитаемую башенку с установленной автопушкой, калибра, навскидку, больше двух сантиметров.
Поскольку бронежалюзи сейчас были открыты, я опознал внутри кабины короб боепитания, поднимавший снаряды из бункера под креслом пилота-оператора. Рядом с потолка свешивался прицельный комплекс. Не двенадцати-с-лишним-сантиметровый дробовик, как у моей Стали, но против представителей мегафауны разрывные снаряды, вылетающие с пулемётной скоростью, поопаснее будут. Тех же носорогов, если я их правильно представил по описанию, можно стадами в сотни голов валить — только бы боезапаса хватило!
Я бы даже теперь позавидовал хорошо устроившейся тётке, которая, по местным меркам, добилась в жизни прям всего — но, очевидно, моя Сталь превосходила любую другую единицу техники за счёт своих сверхъестественных свойств. И теперь я понял, почему подобные артефакты настолько на слуху, что на этом пытаются сыграть мошенники: владельцы подобных машин поднимаются в иерархической лестнице жителей земель Хель на самый верх, ещё на ступеньку выше таких, как Кэт. Не сразу, очевидно, но поднимаются…
…Или поднимаются те, кто сумел у прошлого владельца технику отнять и присвоить. Сталь ведь защищает экипаж, а экипаж может и поменяться, так ведь? Причём отнять у меня ТТП-6 могут захотеть (и, скорее всего, захотят, что уж там) даже не зная, что он артефактный, вытащенный из гибельной зоны. Раз уж это почти такая же редкость, как эксклюзивный грейдер хозяйки свалки. Не даром на меня команда охотников за головами сагрилась: ещё неизвестно, что произошло бы, если бы не обида, которую они нанесли ранее Кэтрин. Проклятье!
Я поймал себя на том, что сжимаю рукоять револьвера в кармане, заставил себя расслабить руку и выпустить оружие. С которым требовалось ещё научиться обращаться, а лучше побыстрее завести своё и тренироваться уже с ним. И уж точно под бронёй моего танка мне почти ничего не угрожало — во всяком случае, в городе. А то от моей тревоги люки в броне зарастут или ещё чего привлекающее ненужное внимание случится — Сталь ведь попытается меня защитить.
Так что спокойно, без нервов. Получить деньги за муниципальные работы, улучшить экипировку, хотя бы кобуру купить… И поскорее прибиться к одной из команд искателей, потому что пока мне гораздо безопаснее среди носорогов и малых мамонтов в лесу, чем среди людей! Натренироваться на природе с пистолетом, изучить от корки до корки местные законы и понять негласные правила общества — и вот тогда решать, что дальше.
Глава 8
Люди, если у них нет мотивации на обратное, идут по пути наименьшего сопротивления — во всяком случае, стараются. Искатели не были исключением. Город принимает медь? Выкупает мощные магниты из редкоземельных сплавов? Вот пусть сам вытаскивает и то, и другое из электродвигателей. А сами движки — из корпусов.
Как я понял из мимолётных упоминаний Кэт, некоторые группы поисковиков специализировались именно на доставке лома и простых вещей, зато массово. Другие прицельно охотились за дорогими и редкими штуковинами: уцелевшим радиоэлектронным оборудованием (как правило, пролежавшим столько лет благодаря консервации), точными измерительными приборами, редкими и специальными механизмами и машинами.