Мы вместе «До», а как жить «После»? (СИ)

Проводив меня до столика, Игорь галантно склонил голову и удалился, а я попала под тяжелый взгляд Романа. Приехал наш опоздун. Явное недовольство читалось столь отчетливо, что я вскинула бровь в немом вопросе. Собственно, с хрена ли гости понаехали, Звягинцев-первый?
— Он тебе нравится? — ошарашил меня в лоб Рома.
— Я его вижу первый раз в жизни, — отмахнулась, потягивая через трубочку новый коктейль.
— Мне поговорить с ним? — от серьезности тона меня зазнобило.
Нет, ну нормально вообще?! Пусть за Кирой следит, а не за мной.
— О чем? — злилась и кусала губу.
— Чтобы берег руки, — хмыкнул Рома, а подруга поддержала его кивком. Сговорились, что ли?
— Угомонись, — решила не нагнетать и небрежно отмахнулась. — Тоже мне защитник нашелся.
— Ты где застрял, братиш? — встрял Стас, опустив наконец мобильный.
— Общался с Ежом.
— Он че, пляха, обратно прикатил? Бугор не выдержал его темперамента? — заржал Звягинцев-второй.
— Нет. По видеосвязи. Он встрял по-крупному.
— Отстой, — тут же вздохнул Стас. — Разгребаемо или с небом в клеточку?
— Переводят в Испанию.
— Че учудил лесной зверек?
— Как и Леха с наркотой залетел, — недовольно пробурчал Рома и просверлил меня осуждающим взглядом.
Я обмерла от услышанного. Прозвучавшие слова «Леха» и «наркота» в одном предложении никак не хотели уживаться в моей голове. Стряхнув оцепенение, я разумно уговорила себя, что все это бред и неудачная шутка близнецов. Думать об Антипове мне нельзя. Никак.
  
Глава 45
 
— Лошара, пляха, — цыкнул Стас. — Неужели скатился?
— Нет, тоже подставили, — и опять Рома прожег меня злостью.
— Что ты на меня-то смотришь? Будто это я Ежову наркоту подсунула! — возмутилась праведно.
— Ежу не ты, — согласился парень. — А вот Лехе…
Я едва напитком не захлебнулась. Прыснула в разные стороны, еле успев прикрыть ладонью рот.
— Офигел, Звягинцев? — с обидой выпалила, утирая капли с подбородка. — Че за намеки?
— Ой, белая и пушистая зайка, — ехидно пропел мой, судя по всему, бывший друг. — Мария, не тупи, окей? Мы все в курсе, что за белый порошок ты принесла Антипову в клювике.
— Ром, че ты мелешь? — вступилась за меня Кира.
— Это новая шутка? — я буквально терялась в реальности, от обвинений.
— Масянь, пляха, ну чего ты дуру строишь? Мы знали, что произошло, и не осуждаем. Каждый может накосячить. Сама же мне в машине сказала — жизненные обстоятельства и не было других вариантов. Леха простил, а это главное.
— Я говорила про истерику! Все. Я домой. Спасибо за вечер, — выпалила и решительно направилась на выход.
У гардероба меня схватил за руку Рома и буквально затащил в пустой коридор служебного входа.
— Да что с тобой сегодня?! — не выдержала я и разревелась.
— Почему уехал Антипов? — пробасил Звягинцев, заставив меня вытаращиться на него в полном охреневании.
— Учиться, Ром. Он давно планировал уехать в Англию, — говорила и морщилась от каждого слова. Моя боль возвращалась, а я так этого не хотела.
— А как же ты?
— Причем тут я? Отпусти, Ром. Мне домой пора.
— Ответь.
— Что ты хочешь услышать? — развела руки в стороны, пожав плечами. — Причем тут я, когда речь об Антипове? То, что он меня трахал, не повод отказываться от будущего, — меня накрывало не высказанной горечью, выстраданной в одиночку. — Поиграл и бросил, Ром. Все просто. Вырос он, и игрушка стала неинтересна. Кукла Маша развевала скуку красивому мажору, а потом надоела. Что еще ты хочешь от меня, Рома?! Что?!
Ледяным цунами, прорвавшимся изнутри, меня накрыло отчаяние. Затопило. Швыряло водоворотом по самым острым углам. Под ошарашенным взглядом Звягинцева я осела по стене на пол, закрывая рот руками, чтобы сдержать рыдания. Очередная истерика не заставила себя ждать. В последний год редкое явление, но пока не отступившее полностью.
— Мария, успокойся, — присел передо мной на корточки Рома. — Ответь мне честно, зачем ты подкинула Лехе наркоту?
— Что-о-о? — вскинула глаза на собеседника и захотелось врезать, чтоб у него искры из глаз посыпались.
 
— В день, когда была вечеринка у Насти, помнишь? Тебя привез Антипов. И дальше будешь отпираться?
— Если я такая… тварь, — подобрала точное слово, буквально выплевывая из себя. — Какого хрена ты крутишься возле меня последние три года, Звягинцев?
— Потому что Он попросил, — выделил он третье слово, и резко поставил меня на ноги.
— Попросил? — у меня в ушах зазвенело, в глазах полыхнуло контрастом по нарастающей, и я провалилась в темноту.
В себя я пришла в помещении, похожем на кабинет, с массивным лакированным столом, компьютером, офисным креслом и мягким диваном, на который меня уложили. Рядом сидела Кира и держала меня за руку. Стас подсунул мне под нос вату, и меня коротнуло до мозга от неприятного резкого запаха. Нашатырь.
— Убери, — вяло отмахнулась и медленно села.
— Маш, ты как? — подруга заправила мне за ухо волосы и погладила по плечу. — Я так испугалась, капец.
— Нормально все. Переутомилась, видимо. Вызови такси. Домой хочу.
— Надо поговорить, Мария.
Роман стоял поодаль у стены и довольным не выглядел.
— Хватит, наговорились, — зло усмехнулась, пресекая любые попытки настоять.
— Лучше сейчас, Масянь, — Стас заглянул мне в глаза. — Поверь мне. Стоит разобраться во всем. Отпустить обиды…
— Нет больше обид, — тихо выдохнула, прикрывая глаза. Братья явно успели поделиться информацией друг с другом.
— Пляха, ладно. Нет, так нет, — мой кинооператор повернул голову к Роме и добавил: — Отвезу и вернусь.
Спорить я не стала. Села на заднее сиденье, решив не раздражать друга Леши, и уткнулась в пассажирское окно. Терять друзей, а именно таковыми я считала близнецов, оказалось не менее мучительно, чем любовь. Хотя для меня проще. Закаленная.
Около моего дома Стас попытался завести разговор, но я вышла, тихо хлопнув дверью, и скрылась в подъезде. Впереди воскресенье, и я намеревалась провести его дома. Разобраться. Успокоиться. Попытаться восстановить душевное равновесие.
Всю ночь я урывками проваливалась в сон, а просыпалась от мучительных слез. В каждом уголке моего сознания и подсознания жил Леша. Снова он. Мучил касаниями, поцелуями, нежностью, улыбками, взглядами… Убивал. Сводил с ума. И я, точно, свихнулась, если вытаскивала из памяти черты его лица, которые со временем стали не такими отчетливыми.
С этого дня у меня осталась только Кира, которая разрывалась между мной и Ромой. Великий режиссер не подходил близко, но привычку таскаться, глядя на меня через объектив камеры, не утратил. На фоне субботних событий я отказалась от прогулки с Игорем, пообещав ему любой другой день. Парень все воспринял без обид, что добавило ему очков в моих глазах.
Глядя в окно студенческой столовой, я размышляла о предстоящем зачете, а подруга переписывалась с бойфрендом.
— Кир, иди к Звягинцеву, а то он скоро будет напоминать цербера от злости. Пятый день его обходишь в универе, — вздохнула и улыбнулась.
— Вечерами, как бы, мы вместе, — отмахнулась Кира.
— Понятное дело, сложно не видеться в одной квартире, — хмыкнула я и приглушенно засмеялась.
— Не понимаю, что на него нашло, — опять недоумевала Кира, попивая кофе.
— Нельзя долго притворяться.
— Маш, может, он и притворялся на первых порах, но сейчас, как бы, сам не рад, что высказался. Каждый день спрашивает о тебе. Впору начать ревновать.
— Неплохой повод отколоться от меня, — вызывающе вскинула бровь, делая вид, что шучу.
Конечно, это стало бы последней каплей, отвернись от меня и Кира, но… Это могло решить вопрос ее метаний между мной и Ромой. А какая бы я ни была размазня, но счастье подруги считала выше всего остального.
— Дур… — не договорив, Кира изменилась в лице и нервно сглотнула, переводя взгляд с экрана телефона на меня.