Жуткие истории (ЛП)

Уэстон встал, вынес какашку за дверь и последовал за медсестрой по короткому коридору в смотровую.
- Пожалуйста, наденьте халат. Я вернусь через минуту.
Она закрыла за ним дверь. Уэстон уставился на сложенный бумажный предмет одежды, лежавший на краю бежевого смотрового стола, также застеленного бумагой. Он поставил контейнер рядом с банкой ватных тампонов. Затем он снял пальто, ботинки, джинсы, боксерские шорты и рубашку поло, сложил их аккуратной стопкой на полу и просунул руки в отверстия для рукавов халата. Это было все равно, что носить большую жесткую салфетку.
Уэстон поежился. В палате было холодно; в смотровых кабинетах всегда было на несколько градусов прохладнее, чем обычно. Он стоял в носках, потирая голые руки, ожидая возвращения медсестры.
В конце концов она это сделала, измерив ему температуру и кровяное давление, а затем снова ушла, пообещав, что доктор Ваггонер скоро приедет.
Прошла минута.
Две.
Три.
Уэстон уставился на потолочные плитки, думая о часах, которые он провел в Интернете в поисках какого-нибудь ключа к разгадке того, что за странная болезнь у него была. Было много тревожащего контента о дефекации, включая веб-сайт, где люди на самом деле присылали свои фотографии, чтобы другие могли оценить их, но он не нашел ничего, даже отдаленно похожего на проблему, с которой столкнулся.
Дверь открылась, оборвав ход его мыслей.
- Мистер Смит? Я - доктор Ваггонер. Пожалуйста, присаживайтесь.
Уэстон сидел на столе, бумага холодила его ягодицы. Доктор Ваггонер был пожилым мужчиной, дородным. Лысым, но из ушей у него росло достаточно седых волос, чтобы их можно было зачесать. На нем были модные круглые очки в оправе из искусственного черепахового панциря, а голос был одновременно глубоким и гнусавым.
- Ваше кровяное давление в норме, но температура 38 градусов. Он натянул латексные перчатки.
- Как вы себя сейчас чувствуете?
- Прекрасно.
- Есть какие-нибудь недомогания, боли, проблемы, дискомфорт?
- Нет. Мне немного холодно, но не более того.
Доктор Ваггонер достал какую-то оптическую хрень и проверил глаза и уши Уэстона, пока они разговаривали.
- Как давно у вас эти проблемы с кишечником?
- Эм, периодически, около трех месяцев. Но на самом деле это не проблемы с кишечником. Я нахожу, эм... странные изменения в своих испражнениях.
- Не могли бы вы описать их мне?
- Как маленькие камешки. Или предметы, похожие на полоски ткани.
Доктор Ваггонер поднял бровь.
- Ну, сначала я должен задать очевидный вопрос.
Уэстон ждал.
- Вы ели маленькие камешки или полоски ткани?
Доктор ухмыльнулся, как хэллоуинская тыква. Уэстон выдавил слабую улыбку.
- Насколько мне известно, нет, доктор.
- Приятно слышать. Расскажите мне о своей диете. Изменилась ли она в последнее время? Едите что-нибудь новое или экзотическое?
- Нет. Я ем в основном здоровую пищу, последние десять лет.
- Выезжали из страны за последние шесть месяцев?
- Нет.
- Вы едите много мяса с прожаркой или сырых овощей?
- Иногда. Но я не думаю, что у меня солитер.
Доктор Ваггонер усмехнулся.
- Ах, Интернет. Он дает каждому докторскую степень по медицине.
Уэстон сначала открыл рот и сказал "ааааа", а затем сказал:
- Я знаю, что я не врач, но я проверил множество мест, и те штуки в моем кале не похожи на сегменты ленточного червя.
- Камни и ткань, вы сказали. Не могли бы вы уточнить?
- Камни вроде как белые. Некоторые очень маленькие, как крапинки. Другие в разы крупнее.
- Насколько большие?
- Размером примерно с мой большой палец.
- А ткань?
- Там были разные цвета. Иногда красный. Иногда черный. Иногда синий.
- Насколько внимательно вы изучали эти предметы?
Уэстон нахмурился.
- Не слишком внимательно. Я имею в виду, я никогда не доставал их из туалета и не подбирал их или что-то в этом роде. За исключением этого, - Уэстон указал на табуретку возле смотрового стола.
- Мы попросим лабораторию взглянуть на это. А пока я собираюсь взглянуть сам. Не могли бы вы перегнуться через стол и приподнять халат, пожалуйста?
 
Уэстон надеялся, что до этого не дойдет, но он принял позу, пока доктор Ваггонер наносил немного холодного смазывающего желе на свою руку и место входа.
- Просто расслабьтесь. Bы почувствуете некоторое давление.
Это было чертовски хуже, чем давление, и расслабиться было невозможно. Уэстон зажмурился и попытался сосредоточиться на чем угодно, кроме толстых пальцев, "поднимающихся по лестнице"
- Bы сказали, это началось три месяца назад. Это было безостановочно? С перерывами?
- Только два или три дня в месяц, - проворчал Уэстон. - Потом все возвращается на круги своя.
- Когда в течение месяца?
- Обычно на последней неделе.
- У вас... подождите секунду. Замрите на мгновение. Кажется, я что-то чувствую.
Это самое последнее, что ты хочешь услышать, когда врач запускает руку в тебя. Уэстон затаил дыхание, сморщил лицо. Он не знал, что хуже, боль или унижение. К счастью, рука милосердно убралась.
- В чем дело, доктор?
- Подождите. Я думаю, это еще не все. Я снова захожу.
Уэстон застонал, ненавидя свою жизнь и всех, кто в ней был. Доктор заходил еще четыре раза - так часто, что Уэстон начал привыкать к этому, и этот факт его несколько беспокоил.
- Я думаю, это последнее.
- Последние из чего?
Уэстон обернулся и увидел, что врач смотрит на несколько предметов у себя на ладони.
Доктор Ваггонер сказал.
- Пуговица от пальто, часть молнии и шестьдесят три цента мелочью. Очевидно, вы питаетесь не так здорово, как вам кажется.
Уэстон моргнул, как будто это действие могло заставить предметы исчезнуть. Они остались.
- Это прозвучит как ложь, - сказал Уэстон. - Но я их не ел.
- У меня был коллега, который однажды обследовал человека, который хотел попасть в книгу мировых рекордов, съедая велосипед по кусочку за раз. Он извлек отражатель из прямой кишки мужчины.
- Я серьезно, доктор. Я не ем пуговицы или мелочь. И конечно же, я не ел молнию.
- Это похоже на зиппер в виде мухи на джинсах, - доктор Ваггонер снова усмехнулся. - Я знаю старушку, которая проглотила муху.
- Я не ел муху.
- Хорошо. Тогда есть только одна альтернатива. Вы сексуально активны?
Уэстон вздохнул.
- Я - натурал. В настоящее время встречаюсь с девушками. И единственный человек, который был там за всю мою жизнь - это вы.
Доктор Ваггонер положил предметы в судно и сказал:
- Теперь вы можете сесть.
Уэстон встал на четвереньки, но предпочел замереть. Он не думал, что когда-нибудь снова сядет.
- Bы думаете, я вам лгу.
- Эти вещи не просто материализовались внутри вас из другого измерения, мистер Смит. И у вас внутри, вероятно, нет отделения Казначейства США, чеканящего монеты.
По крайней мере, кому-то, казалось, было весело. Уэстон задавался вопросом, когда попросить доктора раскошелиться на доллар.
- Я говорю правду.
- У вас есть сосед по комнате? Тот, кто любит розыгрыши?
- Я живу один.
- Bы пьете? Принимаете какие-нибудь наркотики?
- Я иногда пью пиво.
- Bы когда-нибудь пили слишком много? Бывают провалы в памяти? Периоды, когда вы не помните, что произошло?
Уэстон открыл рот, чтобы сказать "нет", но остановил себя. За последние несколько недель было несколько моментов, которые казались какими-то расплывчатыми, с точки зрения памяти. Он бы не назвал их "провалами в памяти". Но он ложился спать, а просыпался в другой части дома. Голый.
- Думаю, я мог бы прогуляться во сне, - признался он.
- Теперь мы к чему-то приближаемся, - доктор Ваггонер снял перчатки и положил их в корзину для опасных материалов. - Я направлю вас к специалисту.
Уэстон почесал в затылке.
- Так вы думаете, я ем пуговицы и мелочь во сне?