Арка в скале (СИ)

— Немцы тоже пришли из той расщелины, где ваш артефакт оказался. Да сами вот спросите у пленного, а то ни я, ни бойцы из третьего взвода, немецкий язык не знаем. Английский все учили.
Профессор Игнатов тут же перекинулся с пленным несколькими фразами на немецком, потом перешел на финский, затем перевел подполковнику:
— Говорит, что он не немец, а финн. Просто форма у них похожая. Гнались они за посыльным от партизан. Он юркнул в расщелину, а они забежали за ним. Но, не подумали, что здесь напорются на засаду. Финн считает, что это проделки какого-то скального духа, потому что не может такого быть, чтобы с одной стороны от расщелины шел дождь, а с другой — сухо, и ни единого облачка нет на небе.
— Ничего удивительного. Немцы финнам свое оружие всю войну поставляли. Да и форму финской армии стандартизировали по образцу германской. Только шевроны да петлицы различались, — проговорил Сомов, вспомнив некоторые факты из военной истории.
В это время лейтенант Кравченко, оставив двоих солдат охранять странный артефакт внутри скальной расщелины, повел остальных дальше. За поворотом они уперлись в плотный туман, подобный тому, какой клубился в арке, возникшей в лаборатории после аварии. Но, поскольку следы паренька и его преследователей выходили из этого тумана, то Кравченко не колебался, давая приказ продолжать движение. Химзащита на них имелась, а счетчик радиации показывал всего лишь двукратное превышение фона.
За туманным проходом снова обнаружилась та же самая расщелина, только она была еще уже, всего полуметровой ширины возле выхода. Но, по одному бойцы проходили бочком свободно. Выходила расщелина наружу, опять же, в скалах возле речки. Только эта речушка выглядела совсем узкой и мелкой, а рядом журчал небольшой водопад. Берега же полностью скрывал лес, нависая над скалами так, что ветки разлапистых старых деревьев почти полностью перекрывали с двух сторон узкое русло. Место казалось таинственным, глухим и труднодоступным. Лейтенант сразу отметил, что не только на обычной машине, но и на тяжелой технике сюда подъехать будет затруднительно.
Снаружи вдоль речки здесь была галька и валуны. С серого неба накрапывал дождик. Но, ни немцев, ни кого-то другого видно не было. Вход в расщелину скрывали кусты. Так, что если не знаешь про нее, то найти вероятность маленькая. Лишь едва заметная тропка, похожая на звериную, вела вдоль замшелой скальной стены по выступам вверх, постепенно поднимаясь на гребни прибрежных скал и теряясь наверху среди растительности. И лейтенант решил проверить эту тропу, оставив в карауле у входа еще двух бойцов. Он до сих пор не мог поверить, что проход в скале выводил не просто куда-то в иную географическую точку, а вел сквозь время. Он полностью был уверен, что такое может произойти только в тех нелепых книгах про попаданцев, которые он пробовал читать пару раз, но всякий раз бросал это глупое занятие, потому что для себя твердо решил, что сослагательного наклонения в истории не бывает. И все, что напридумывали авторы на подобную тему, разумеется, полнейший бред.
Кравченко никак не хотел верить в происходящее, но, допускал мысль, что странный артефакт неизвестной природы мог, наверное, повлиять на пространство и время каким-то немыслимым образом. Лейтенант пытался себя успокаивать, что те солдаты в серой форме, бегущие за мальчишкой и стреляющие в него, всего лишь какие-то злобные реконструкторы или даже обыкновенные ряженые актеры, которым малец, вероятно, чем-то очень насолил. Вот они и побежали за ним. А, не в силах догнать быстроногого пацана, обиженные мужики начали палить из своих реконструкторских выхолощенных карабинов, да на беду кто-то подменил реквизит настоящим оружием, а они и не заметили. Бывает такое. Вон, на съемках в Голливуде не так давно американский актер Алек Болдуин убил из револьвера операторшу. А еще и Брэндон Ли, сын знаменитого киношного каратиста, погиб подобным же образом. «Так что и здесь фильм какой-нибудь снимают, скорее всего», — рассуждал лейтенант, пока с шестью бойцами первого отделения поднимался по узкой и скользкой от дождя тропинке наверх вдоль карельских скал.
   
Глава 2
 
Седой ветеран империалистической и гражданской Станислав Николаевич Васильев внимательно наблюдал из засады за грунтовой дорогой, которая петляла между скал на некотором отдалении от речки, кое-где приближаясь к обрыву речного берега, а где-то удаляясь от него достаточно далеко. Наблюдательный пункт и, одновременно, огневую точку Васильев оборудовал за кустами на скальном возвышении, как раз перед тем местом, где дорога проходила по самой кромке береговых скал, прижатая со стороны леса другим скальным массивом. Не слишком, конечно, обширным и высоким, но, вполне достаточным для того, чтобы дорогу через него проложить не смогли. Или просто не захотели строители тратить взрывчатку для превращения нескольких гранитных скал в щебень ради спрямления пути. Как бы там ни было, а место для засады казалось подходящим. На таком узком участке дороги подбитая техника развернуться не сможет. Да и вражеским солдатам укрыться будет негде, когда сверху, со скального гребня, по ним ударит пулемет «Максим». Остается только выждать, когда колонна втянется на узкое место, чтобы атаковать ее силами партизан.
С самого утра финны вместе с немцами разгромили ближайший колхоз «Красный посев», после чего расстреляли мужчин за поддержку партизан, а женщин и детей построили в походную колонну, намереваясь увести их в лагерь. Когда фронт откатился ближе к Ленинграду, взялись оккупанты за мероприятия по зачистке местности. Вот только не собирались в партизанском отряде им ничего прощать. Ведь в разгромленном селе проживали семьи бойцов отряда. Потому и решили постараться отбить своих близких. Ничто, вроде бы, не предвещало карательного рейда на село, но, скорее всего, кто-то предал, сообщив в комендатуру, что жители населенного пункта помогают партизанам.
А партизанский отряд в окрестностях колхоза «Красный посев» создавался загодя. Еще с первых дней войны местные партийцы готовиться начали, сделали в лесничестве необходимые запасы. А Станислав Николаевич как раз лесником в тот момент служил. Ну, и возложили на него, как на человека проверенного, обязанности руководства вооруженным сопротивлением, проголосовав за это решение на партийном собрании. Так он и сделался командиром отряда. Заслуги у него, конечно, имелись, да и опыт был боевой. Вот только понимал он, что с тем вооружением, которое его отряду выделили, да при той небольшой численности бойцов, на которую рассчитывались припасы, продержаться долго в карельском лесу вряд ли получится. Но, раз партия приказала бить противника у него в тылу, значит, надо сражаться, а там будь, что будет.
«Предала нас какая-то сволочь!» — думал Васильев, глядя на дорогу в прорезь щитка, поверх пулеметного ствола, утолщенного кожухом водяного охлаждения. Из всего отряда только он, их командир, владел в полной мере мастерством пулеметчика. И он никому пока не мог доверить столь ответственную роль. Просто по той причине, что вчерашние колхозники да подросшие местные пацанята еще прошли под руководством Станислава Николаевича лишь самое начальное обучение военному делу. Они уже неплохо стреляли из винтовок и кидали гранаты, но, в настоящие пулеметчики еще не годился ни один из них. А грамотное владение пулеметом Васильев считал искусством. Ведь нужно чувствовать, когда бить короткими, а когда можно дать длинную очередь. Нужно уметь верно определять сектор обстрела и брать правильное упреждение. Нужно грамотно обслуживать пулемет, в конце концов, чтобы в бою ничего не заклинило. Да и много разных нюансов есть, которые надо помнить. Например, ленту набивать патронами тоже уметь нужно правильно.
Вторым номером пулеметного расчета у Станислава Николаевича был Ваня Шульгин, местный паренек семнадцати лет. Несмотря на юный возраст, он уже считался комсомольским активистом, неплохо умел стрелять, да и помогать пулеметчику быстро обучился. С другой стороны в маленьком окопчике над скалой, прокопанном до самого камня в тонком слое замшелой почвы, расположился Дима Касьянов с трехлинейкой. Этот боец был еще младше Вани, но уже числился разведчиком, потому что прекрасно знал местность, а еще умел безошибочно выбирать в лесу направление, ни разу не заплутав. Подальше на скале над дорогой затаились еще несколько человек из бывших колхозников. А еще пятеро залегли за придорожными кустами. Вот и почти все воинство.