Рассказы о мире Майи (СИ)

– Где они сейчас?
– Лекарскую покинули ещё вечером. Но девочке рекомендован домашний режим. В общем сегодня их можно уже не ждать.
– Здесь они уже. – Заметил Гранел, успев проверить данные с камер.
Рриссан неуверенно переминался стоя рядом с сестрой. Этот она уговорила его уйти из дома, не смотря на слова мамы и строгие указания лекаря. Раньше бы он не стал слушать сестру. Да только торчать целый лень под силовой защитой не хотелось. Вот и светил теперь синяком под глазом на радость всем.
Его ранения рассматривали с профессиональным любопытством. В отличие от всех представлений обывателей, в гекаторбе синяки да царапины не были редкостью. Но все же сейчас это было совсем иное.
Синяки от пальцев на запястье Линши были удостоены мимолетного взгляда. А вот повязка из знакомой ткани, охватившая в этот раз весьма внушительную прядь волос в районе виска, к тому же пропитанной кровью, вызвала тихое шипение со стороны Гранела. Он до сих пор неловко чувствовал себя перед девочкой за первое знакомство.
– Кровь все ещё идёт? – Деловито поинтересовалась Нияла, не обращая внимания на шипение бойца брата.
– Немного. Лекарь говорит, это от того, что раствор должен постоянно промывать места повреждений, чтобы быстрее зажили. Они мне две подвески разбили и кольцо соединительное смяли.
– Они спасли тебя от более серьезных последствий удара.
– Знаю. Только это уже второй раз. После первого мне Айша стала делать сплошную защиту. Но так ведь комплекта на долго не хватит. А где я еще возьму такой?
«Сайяна, мы хотим разобраться с этим».
«Не советую. Не потому что не справитесь. Своим открытым покровительством вы только вызовете зависть к этим детям. И когда мы уедем, им все обязательно припомнят».
«Но нельзя же все спускать так».
«Нет. Но официально действовать не советую».
Мимолетного разговора Рриссан не заметил, отвлечённый разговором с хмурыми ребятами. Остальным было достаточно нескольких слов, переданных по браслетам.
– Значит их было четверо? – Уточнил Гранел.
– В отчете говорится о двух девочках, свидетельницах происходящего. – Уточнила Кара.
– И чем они тебя так заинтересовали? – Поинтересовалась Нияла.
– Они не лагерные. Но судить об этом можно только по одежде. Имена в рапорте отсутствуют.
– А камень случайно не с их стороны прилетел?
– Инспектор ничего не пишет об этом. – Озадачилась Кара.
– Камеры?
Занятия шли своим чередом. Но Ррисану трудно было не заметить, что большинство его знакомых сегодня какие-то рассеянные. Активность на уроках проявляло всего пара человек. Остальные то и дело отвлекались на браслеты.
Но им с Ллиншей было не до этого. Сестренка смогла отвлечься и сосредоточилась на занятиях. Ему ничего не оставалось как составить ей компанию.
А на частотах, не слышимых посторонним, шло куда как более активное обсуждение сброшенной Карой видеозаписи.
– Вот они. Стоят голубушки.
– Кара? – Потребовала Нияла дополнительной информации.
– Голографические маски. Не дешёвые кстати.
– Совсем весело. Варианты.
– Без проблем.
Воспользовавшись тем, что был очередной перерыв, Кара принялась манипулировать чем-то в браслете. Кадры на экране пришли в обратное движение.
– Вот они, включили маски после того, как прошли пропускной пункт.
– И как они объяснили своё появление в лагере?
– В гости шли, вот как раз с одним из тех, кто напал.
– Кто такие?
– Эрсиния Кандер и Аресса Нивская. Обе баронессы.
– Ничего себе, вот и объяснение почему нет имён в рапорте. – Заметил Гранел. – Городская стража избегает конфликтовать с аристократией. А эти наверно еще из земельных.
– Верно, из числа местной знати. Есть даже служащие на городском и районном уровне. Сбросить?
– Сохрани где-нибудь. – Распорядилась Нияла. – Фамилии какие-то знакомые.
– Не понял, получается эти двое заодно с лагерной бандой. Вроде как городские не очень дружат с лагерными.
 
– Зависть. – Вздохнул Келан. – Правы были аналитики. – Эти двое старше нас на пару лет. И на приемах каждый день тут крутятся.
– Точно, вспомнил я их. – едва не в голос заявил Гранел. – А показались вроде нормальными.
– Ну да. Кто-то без титула добился гораздо больше, чем они. Вот и решили устранить проблему чужими руками.
– Я проследила за ними по камерам в городе. Посмотрите.
– Оп-па, я знаю этого парня. Вчера он к с Вестой общался.
– Точно. Все выспрашивал почему да зачем мы возимся с асса-анши. Аларнис, сынок местного герцога.
– А его какое дело?
– Ну так, вроде как раса рабов, ни на что более не годная и прочее.
Ллинша судорожно втянула голову в плечи. Рриссан тоже напрягся.
– Вы чего? – Нияла резко обернулась, в упор глядя на парня.
– Ну, он ведь прав. В Окраинных мирах, есть даже поговорка: «Асса-анши без ошейгика – беглый раб». Мы наверно первые, кому вообще удалось сбежать и снять ошейник.
Слова давались с трудом. Но и промолчать он счел нечестным.
– И что?
– Ну, я не знаю, может быть вам с бывшими рабами действительно не стоит общаться.
Нияла снова ало сощурилась.
– Это ещё посмотрим. С кем нам общаться определяем мы сами. А с остальным. Гранел, мне вряд ли разрешат. Прессы тут уж слишком много.
– Принял. Я займусь. Но нужен повод. – Спокойно ответил сын графа, слегка пожав плечами.
– А ты слёзы вытри. – Потребовала принцесса у Ллинши. – И больше никому не позволяй так говорить о своей расе. Можешь даже брата за волосы подергать. Я разрешаю.
Ллинша с Рриссаном неуверенно переглянулись под необидный смех окружающих.
Ты думаешь, мы действительно не навели справки о вашей расе? – Поинтересовалась Кара, когда их высочества отошли, что-то обсуждая между собой.
– Но это же так и есть. Я подумал…
– Плохо подумал. Мама Ниялы тоже носила ошейник. И в Арден, и тогда, и сейчас есть немало таких, кто пытается на этом играть. Думаешь, Нияле об этом ни разу не напомнили? Получается, что ваша ситуация касается лично нашей старшей.
– Сынок герцога мой, а вот остальные… – Протянул Гранел.
– Они мои. – Хищно улыбнулась Кара.
– Может кто-то еще. Ты ведь собиралась возвращаться домой. Скандал может выйти не шуточный.
– Во-первых, в начале я плохо вас знала. Во-вторых, я совсем не против провести годы школы с вами. В-третьих, после обучения будет видно. И последнее, я состою в гекаторбе. И неуважение, проявленное к любому из вас, касается меня так же, как и всех. Эти местные решили, что могут нам диктовать с кем общаться, а с кем нет. Что это как неуважение к гекаторбе?
– Принято. – Гранел одобрительно кивнул. – Лично я думал о другом. Но твоя версия событий мне нравится даже больше. Осталось получить согласие от Рриссана.
– Я не понял, что вы собираетесь сделать?
– Видишь ли, во вчерашнем нападении виноваты местные. Из числа тех, кто старается завести с нами знакомства на ежедневных приемах. Официально привлечь их к ответу будет затруднительно. Встречаться с вашими обидчиками никто не запрещал. А о чем они договаривались записей нет. А «сынка» даже в этом не обвинишь. Он подставил двух девиц.
– Подленькая натура. – Процедил кто-то из ребят.
– Ну и девицы не далеко ушли от него. – Ухмыльнулся Гранел. – Разве что поглупее оказались и засветились в качестве свидетелей. Скорее всего ваши налетчики их не сдадут.
– Они же не идиоты. – Презрительно фыркнула Кара. – Сейчас это просто хулиганская выходка. Родители максимум штраф выплатят, а то и отправят из лагеря на поселение пораньше. А если был факт сговора…
– Лететь им со свистом в тоннеле через Бездну. И скорее всего туда, откуда пришли. – Закончил Гранел. Согласен, хулиганье предпочтет отпираться до конца. И остаётся только один путь, чтобы наказать уже наших сограждан. Вызов на поединок без очевидной причины могут отклонить в местном Совете контроля. Военное положение, то да се. В общем, самое лучшее, если этот «сынок» не сдержится в отношении кого-то из вас. Проблема в том, что аристократов учат контролировать свой язык с детства. Так что надо использовать фактор неожиданности.