Путешествие Иранон (СИ)

Мундус? Я помню, ты в нем был. Ты знаешь, что случилось дальше?
Конечно. Всё окружающее тебя это конец той сказки. Альхазред предоставил свою жертву отправив на алтарь собственного брата. Ценнее жертвы и дороже не было. Иные, вошли в наш мир и отняли его часть.
Я… не подумала.
В Ориабе ты как раз увидишь то, что вышло из подобного слияния. Там моей силы нет и я тебе не буду помощником, люди оттуда и память так же не приходят ко мне, так что справляться будешь сама.
Я поняла.
Будь осторожна, Иранон.
Теперь уж точно буду.
Не доверяй Жрецу, он не человек.
Но кто он?
Боюсь, он хуже всех, кто мог явится в мои земли. Его имя тебе ничего не скажет, его украли когда-то сократили, чтобы хоть как-то ограничить силы этого божества, но едва ли это помогает. Ты видела ночью, Жрец способен усмирить даже море.
Задумавшись, я нервно сжала пуговицы куртки и опустила взгляд. Хотелось бы прислушаться к словам своего бога, но самым страшным чудовищем для меня всё равно был Фоули. Хуже него даже представить что-то было сложно.
От одного воспоминания, по телу пробежала неприятная волна мурашек, веки мгновенно защипало. На душе было так мерзко, а кожа, покрытая солью казалось отвратительно грязной.
Вот бы смыть все эти прикосновение, весь этот страх, всю эту мерзость. Соскоблить мочалкой и мылом в надежде, что я так избавлюсь и от воспоминаний в своей голове.
Надо об этом помалкивать. Не дай боги люди узнают, что кто-то приставал ко мне.
— Иранон! Ты уже проснулась?!
В дверь каюты бесцеремонно забарабанили. Голос Ифе раздавался так громко, словно она решила оповестить о себе весь экипаж. Подбежав к выходу и сдвинув щеколду, я едва устояла на ногах, когда цепкие руки, тут же поймали меня за плечи.
— Какая же ты соня! Все уже на ушах стоят! Идем скорее, я покажу тебе свою родину! Глупышка, ты ведь и не видела еще ничего! Идем!
Девушка потащила меня за собой, утянув словно ураганом и достигнув лестницы, в пару широких прыжков пересекла ее, подтянув меня к верхней палубе как пушинку. Не дав и слова сказать, и уж тем более сообразить, что вообще происходит, Ифе распахнула двери и вышла на яркий слепящий солнечный свет, опаливший меня жаром разгара лета.
— Как тут тепло…
— Еще бы! На нашем острове много магии, от того у нас даже зимой розы цветут! Кейн благодаря этому часть редких, нежных растений у нас покупает и у светлых продает. Теплолюбивые диковинки наших южных лесов больше нигде в мире не встретишь! А какие у нас фрукты, ммм… ты обязана сходить со мной в горы на террасы кофе, там столько персиковых деревьев растет, ну просто с ума сойти!
— Нет, спасибо, я не хочу в горы.
Щурясь и привыкая к свету, я кое-как прошла к носу корабля, желая оглядеться. Скай была всё такой же угрюмой и серой, но на ней озорно танцевали солнечные зайчики, вода переливалась, блестела и не пугала большими волнами, наоборот. Море словно играло с судном, мягко и легко утягивая его прямо к порту.
— Гляди-гляди! Бахарна! А там, посмотри, стоят Тон и Тал!
Перегибаясь через перила, Ифе едва не прыгнула за борт, радостно взмахивая руками людям на берегу и указывая мне на город, раскинувшийся на северной части Ориаба. Наш корабль, подошел уже достаточно близко, чтобы можно было рассмотреть его порфировые причалы цвета выгоревшей крови, сверкающие белесые маяки, огромные каменные террасы высоких домов в три-четыре этажа, обязательно с открытыми галереями и множеством цветов в керамических горшках на краю широких узорчатых окон без стекол. Зеленые насаждения стекали по куполообразным крышам тут и там, шестиугольные башенки возвышались над садами, примыкая к багровым, охровым и карминным стенам с витиеватой сетью акведуков на них.
— Этот город мне кажется знаком.
— Правда? Возможно он похож на Зар?
— Возможно.
Я бы даже так и сказала, но дома отличались, архитектура здесь была определенно своей, цвет камня для зданий отличался необыкновенной краснотой, ступенчатые переулки и бесчисленное множество лестниц испещряли Бахарну как цветистые гирлянды у южан. Сам город, начинаясь прямо из воды, упорно полз наверх, по самым близким горам, прямо к вершинам, захватывая их, врастая в породу и подминая под себя. Часть домов, на самых далеких и крутых вершинах были заброшены, от них остались только исполинские, величественные руины, глядящие на живые кварталы внизу словно с укором, но пониманием.
 
Бахарна собрала от Зара и Тэта то, что хотела, но развивалась отдельно, в своем темпе, нарочито повторяя себя. Разнообразия форм, даже в новых кварталах, не было видно. Чья-то жесткая рука обозначила все возможные варианты окон, силуэтов и размеров, указала где должны расти цветы, как позволялось выстроить деревья, но в этом, чувствовалась несомненное внимание и какой-то свой уют. Мне показалось, что некто определенно любил этот остров, этот город, это место, и от того, так тщательно, старательно берег их неизменными. Воспоминание, заключенное в янтарную смолу.
— Как же тут красиво.
— Я же говорила! Ориаб, лучшее место во всем мире, вот увидишь. Тебе есть где поселиться здесь?
— Я… Хм…
Открыв рот, я не нашлась с ответом. Жилье у меня было, тут не поспоришь, но демон был еще слишком мал, чтобы просить его тащить в своей нынешней форме целый дом. Придется действительно остаться на борту и может быть на пару дней снять комнату, чтобы просто погулять по Бахарне.
— Я тут останусь.
— На корабле? На всё время?
— У меня небольшие проблемы.
Насупившись, Ифе недовольно покачала головой. Смотря как судно плавно встает на место, а матросы суетятся на палубе, она вдруг ткнула меня локтем в бок.
— Пошли ко мне, я город покажу.
— Мне неловко.
— Глупости какие! У нас главный праздник за несколько десятилетий, а ты его собираешься встретить в порту.
— Мне и отсюда будет всё видно, у вас тут всё как на ладони.
— Но ты наши гранитные ворота не видела, и озеро Ят, и вообще, ты в курсе, что мы сейчас прямо к царице пойдем?
Вздрогнув, словно пораженная молнией, я с ужасом посмотрела на хитрое лицо Ифе. Руки сами потянулись к взъерошенной голове и спустились к просоленной одежде. Выгляжу как голодранка, к чему мне позориться перед царицей?
— Зачем?
— Как зачем? Подарок отдавать, мне еще и на Жреца нажаловаться надо, а тебе обязательно нужно увидеть, как Фоули других мужей встретит.
— Есть и другие?
— Конечно, уже давно ждут праздника. Все страны отправили своих подопечных, но большинство из них, знало, что их ждет, а Фоули — нет.
Растерянно присев на палубу, я откинулась к перилам. Жрец, неслышимо распахнув двери медленно выплыл на свет, явно готовясь сойти на берег. «Подарок» семенил за ним следом, удивительно присмиревший, будто не в силах отойти хотя бы на пару шагов, но глядящий на остальных с неизменной гордыней и ненавистью.
— И что же его ждет?
С особенно кровожадной улыбкой, Ифе наклонилась ко мне и показала пальцами знак ножниц.
— Представление! Невиданное доселе. Ох, как он будет кричать, ка-ак будет возмущаться! За проступок одного, страдают теперь все, и совершенно добровольно.
  
Царица
 
— Можно я не пойду к царице? Я так ужасно выгляжу, мне стыдно являться к ней в таком виде.
— В каком виде? Ну-ка.
Ифе присела рядом и с интересом оглядела меня. Смутившись, я подтянула ноги к груди.
— Мне бы от соли отмыться и одежду сменить, и волосы…
Обернувшись на Жреца, культистка закусила губу и проводила взглядом моряков, тянущих канаты к берегу. Ее глаза цвета моря сверкнули, тонкие пальцы поймали моё запястье.
— Идем, у нас есть пара минут.
Аккуратный рывок поставил меня на ноги. Не дожидаясь ответа, Ифе потянула меня к дверям нижней палубы. Сопротивляться ее рвению было бессмысленно, и на всякий случай я ускорила шаг, чтобы пройти как можно дальше от Фоули. Мужчина не дернулся в мою сторону, но, перед тем как скрыться в проходе, я заметила, что он всё равно чуть повернулся, подняв бровь.