Путешествие Иранон (СИ)

— Не надо!
Я взвизгнула, пытаясь вывернуться, но рука сильнее вдавила меня в палубу, доски неприятно царапнули щеку, а над ухом совсем близко послышался голос незнакомца:
— Жаль времени мало, его всегда не хватает.
Чужое дыхание неприятно обожгло кожу. Всхлипнув, я разлепила размокшие от слез ресницы и почти заскучала по удушью, благодаря которому могла бы не чувствовать ничего уже сейчас, но тут двери нижней палубы распахнулись. Наружу вышла Ифе, с оторопью оглядев открывшуюся сцену.
— Помоги…
Я потянула руку к девушке и чуть поскребла ногтями по доскам, привлекая внимание.
Ты же помнишь меня? Мы говорили с тобой вечером, говорили же, ты должна мне помочь.
— Иди отсюда, еретичка, тебе не на что смотреть.
— Да как сказать, что-то мне подсказывает, что гостья не давала согласия на то, чтобы ты пытался стянуть ее штаны.
— Вон!
— Не стоит говорить со мной на повышенных тонах.
Качка на море заметно усилилась, но Ифе совершенно спокойно направилась в мою сторону мягко ступая по доскам. Ее наряд то ли для сна, то ли для купания открывал живот, ноги и руки, оплетенные странным рисунком, напоминающий щупальца осьминога.
Мучителю пришлось отпустить меня, вновь придавив коленом, он явно рассчитывал, что разговор с «еретичкой» выйдет недолгим, но для меня показалась чудом даже эта заминка. Чем сильнее мужчину отвлекают от меня, тем больше шансов сбежать. Деми, заметно покалеченный и подтаявший, уже упорно пополз в мою сторону, маленькими отростками цепляясь за пол, чтобы не издать ни звука.
— Мартину не понравится такое отношение к попутчикам, а уж Жрецу тем более.
— Вы всё равно и пальцем меня не тронете, до царицы вам придется пылинки с меня сдувать. К тому же эта падаль нарушила закон.
— Мы уже не в Целестии.
— Здесь на корабле я есть закон.
— Не вы, вы, Фоули, лишь второй по важности.
Ифе недобро улыбнулась. Присев возле меня, она поймала мою ладонь и ободряюще сжала. Этого оказалось достаточно, чтобы Фоули ударил девушку по лицу наотмашь.
— Таких, как ты, видимо нужно пороть кнутом, чтобы наконец дошло, кто здесь главный.
На темную просоленную древесину упала лишь одна маленькая алая капля.
Всего на несколько секунд мир замер, наполнившись натужным, тревожным скрипом корабля, в котором каждая дощечка, каждый канат вдруг запели испуганно и громко, будто предупреждая об опасности. Двери на нижнюю палубу вновь хлопнули, скосив глаза, я заметила Мартина, но буквально на мгновение, пока песню корабля не заглушил нарастающий, пугающий шелест. К моему вящему ужасу, за бортом уже вздыбилась огромная, поистине чудовищная волна, с первым разрядом молнии настигшая наше судно.
— Ктулху фхтагн.
Ифе крепко сжала мою руку, и только ее недюжинная сила смогла удержать меня на борту, когда вся тяжелая мощь моря обрушилась на палубу, смывая за собой всех тех, кто не успел вцепиться ни в один канат или хотя бы в мачту. Деми, кажется, лишь в последний миг успел поймать меня, и, едва ощутив, как волна сбила с моей спины Фоули, я прижала демона к себе, боясь окончательно потерять его.
— Ифе! Прекрати немедленно! Ты погубишь весь корабль!
Промокший до нитки Мартин вцепился в двери нижней палубы, пытаясь остаться на ногах, но корабль всё сильнее кренился на бок, а крик моряка заглушил шум новой волны и рокот грома над головой.
— Никак нет.
Культистка не выглядела обиженной или оскорбленной, а в ее вспыхнувших потусторонним светом глазах явственно читался азарт. Она будто никого и ничего не видела перед собой, кроме держащегося за край борта Фоули, а все чувства, все эмоции от встречи с этим мерзавцем получило само море, отвечая своей неистовой силой на его ненависть и злость.
— Я и пальцем тебя не трону, Фоули!
Завидев новую серую толщу над головой, я села на колени и покрепче обняла Ифе. Рисунки на ее загорелой коже тут же вспыхнули зеленоватым сиянием, а в воде, насколько хватало глаз, со вспышкой молнии показались странные, монструозные силуэты. Что-то двигалось в море, перекатывалось и вздымалось, пока судно болталось на этих волнах словно выброшенная щепка или бумажный кораблик, пущенный в непогоду.
 
— Ифе! Это ценный груз!
Едва основной поток схлынул, Мартин бросился в нашу сторону, кое-как встав рядом и поймав Ифе за плечо.
— Мы обязаны передать его царице! Он залог торговли сразу трех стран!
— Как жаль, что на пути случился шторм.
— Ифе, черт возьми!
Я обернулась через плечо, чтобы найти взглядом мучителя, но не нашла его на прежнем месте. Вся площадь палубы просматривалась с каждым ударом молнии в море, но от мужчины не осталось и следа, должно быть, его всё-таки смыло, и раз так, то никакой надежды доставить «ценный груз» уже не было.
Мне стало стыдно, совсем чуть-чуть, но облегчение было намного сильнее. Уткнувшись в плечо культистки, я судорожно выдохнула, ощущая, как напряжение и страх окончательно отпускают меня.
— Спасибо.
Ифе довольно улыбнулась, потеревшись о мою голову щекой, она хотела что-то сказать, но за бортом послышался кашель и надрывное сипение. Кто-то явно пытался вскарабкаться обратно.
— Да когда ты уже сдохнешь, грязный таракан!
Девушка дернулась к краю, но Мартин оказался быстрее, протянув руку, он поймал ладонь Фоули, но вытаскивать его не стал.
— Ифе, отпусти его!
— А я и не держу, я и пальцем его не тронула.
Последовав за остальными, я осторожно выглянула из-за спины культистки. Море уже успокаивалось, и волн, грозивших потопить нас, не было, но тишина воды и миновавшая опасность оказались крайне заманчивой иллюзией. Из темного омута за бортом к краю корабля протянулось несколько десятков толстых влажных щупалец, одно из которых крепко обвилось вокруг шеи «груза». Фоули из последних сил держался за моряка, пальцами свободной руки оттягивая чужие холодные скользкие конечности от горла. Нечто, плавно перекатывающееся в глубине, явно не собиралось отпускать свою добычу.
— Темная с-сука…
Побагровев от ярости и натуги, он прожигал взглядом Ифе, но та лишь веселее улыбнулась.
— Попроси своего бога помочь тебе, неужели он не откликнется? Разве он не может явить тебе свою милость?
— Тва-арь…
— Должно быть, он просто не слышит тебя. Давай, позови во весь голос!
— Ненавижу…
Ладонь Фоули выскальзывала из рук Мартина, моряк не сдавался, хотя исход был уже предрешен. Попятившись от края борта, я отвернулась, не желая больше видеть «груз», и с удивлением встретила вышедшего на палубу Жреца. Спокойным, неестественным и громким голосом он вдруг объявил:
— Хватит!
И все грозы, вся злость моря исчезла, будто ее не было. Один приказ заставил мир вокруг вновь измениться, преобразиться, приняв самый простой и невинный вид. Никакого шторма, никаких щупалец, никаких молний, лишь тихое умиротворение мягких, шепчущих волн и легкий скрип канатов. Ифе в возмущении обернулась к компаньону и бросилась на него чуть ли не с кулаками.
— Ты не имеешь права останавливать суд! Мерзкий жалкий червяк должен поплатиться за всё! Он ударил меня! Я имею право уничтожить его, удавить этот гадкий мешок с дерьмом!
— Он нужен царице, ты достаточно сделала на сегодня.
— Мало!
— Я сказал, достаточно, Ифе.
Обиженно поджав губы, культистка в бессилии опустила плечи, едва не расплакавшись, и мне самой вновь захотелось завыть.
— Но он еще не умер.
— Не время.
Ифе стиснула край своего одеяния, но дальше препираться не стала. Сдвинув брови, она наградила Жреца ненавидящим взглядом и скрылась в недрах нижней палубы. Не желая вновь пересекаться с Фоули, я поскорее скорее прошла за ней, лишь краем уха услышав, как Мартин помогает «грузу» перебраться за борт.
  
Ориаб
 
Каждый месяц жители Ориаба торгуют ароматной смолой внутренних рощ острова и изящной керамикой, выпеченной художниками Бахарны, и странными маленькими фигурками, вырезанными из древней лавы Нгранека. За это им платят шерстью Ултара, радужными тканями Зара и кристаллами с Целестинских месторождений.Цикл заметок о землях АрбораАвторство: Клеон А.