Путешествие Иранон (СИ)

- Я чего-то определенно не знаю.
- Откуда у тебя этот дом, чужак?
Раздавшийся голос был особенно громким и низким, рычащим, будто превращение хозяина недалеко. Как можно почтительнее изобразив подобие поклона, я постарался ответить спокойно и дружелюбно. В голове запоздало всплывал давний, уже сильно забывшийся разговор с Иранон на диване оранжереи.
— Это дом моей избранницы, я сам его подарил больше десяти лет назад в Заре.
Собеседнику мой ответ явно не понравился, крепкие пальцы с силой сжали копье в ладони. Среди толпы послышалось цоканье и возмущенное шипение.
- Избранницы! Ты слышал? Каков наглец!
- Она была наша!
- Не было никакого южанина.
Среди всех женщин вперед к оборотню с копьем прошла какая-то девица с хризолитовыми бусами в два ряда, гордо лежащими на груди. Что-то зашептав мужчине, она строго глянула на меня и добавила уже во всеуслышание:
- Где же теперь маленькая Нанна?
- Кто?
Копьеносец сделал нетерпеливый шаг вперед, прожигая меня взглядом совершенно волчьих глаз:
- Иранон! Где она?!
- Пропала. Я ищу ее…
- Готов поклясться, что не виновен в ее пропаже?!
Вопрос настолько выбил меня из колеи, что я лишь беспомощно открыл рот не в силах выдать ни звука. Горло предательски стиснула боль. Могу ли я… могу ли… Нет, конечно, нет, я знаю это наверняка. Знаю, что виновен.
Опустив голову, будто подражая Деми, я буквально кожей ощутил сменившееся настроение толпы. Все как один, все те, кто, видимо, знали Иранон лично, как по команде замолкли, дожидаясь последнего слова своего главы.
Выставив оружие вперед, оборотень с белыми висками чеканил каждое слово, словно забивая гвозди в крышку гроба:
- Поклянись. На копье.
Даже если бы ослеп сию секунду, я бы понял, что копье было не из простых. Притворившись, что вот-вот готов сойти с крыльца, я сделал шаг вперед и резко дернул поводья Деми. Удивленный конь громко заржал и, вскинувшись на мгновение на задние копыта, заставил оборотней отшатнуться, больше не преграждая путь. Этого времени хватило, чтобы дать демону столько сил, сколько это возможно, чтобы в один присест развернуть дом и на всех порах потянуть его обратно на дорогу.
Разгорающаяся буря снежной крошкой ударила в лицо, поднявшийся ветер забрался в уши, но громче него за спиной воинственно протрубил горн. Сердце сжалось в предчувствии погони.
  
Испытание
 
Боковое зрение уловило движение сбоку, черное пятно невероятным прыжком вскочило на первую ступеньку крыльца, вцепившись когтями в жалобно треснувшие деревянные перила. Огромная сгорбленная фигура, покрытая шерстью, трансформировалась на глазах, опасно наклоняясь в мою сторону. Пришлось отпустить поводья, доверив Деми путь вперед. Дорога в горы грозила окончиться здесь, в окружении смазанных теней на ярком снегу.
— Не уйдешь!
Призвав остатки магии, я направил всю силу в руки за миг до того, как грузное тело оборотня обрушилось на меня, уронив на пол и норовя когтями достать до лица. Искаженное, нечеловеческое лицо смотрело на меня, ощерившись волчьими зубами в паре сантиметрах от носа. Угольная шерсть дрожала от ветра и приступа злости хозяина. Звериная сущность просилась на волю, но людская будто сопротивлялась в попытке сделать еще что-то прежде, чем косматые пальцы сломают мой хребет.
— Где?! Где она?!
Удерживая оборотня на безопасном от себя расстоянии, я чувствовал, как разум его постепенно теряется. Темная аура энергии всё больше захватывала тело, превращая меховую накидку в выгнутую спину чудовища. Клыки звонко клацнули, коснувшись кожи, волчий рык раздался из глотки.
Домик мчался по проторенной дорожке на немыслимой скорости, рискуя потерять скрипучие колеса. Глядя на яркие радужки глаз и совершенно животный крупный зрачок, я почувствовал, что силы меня покидают.
— Где?!
— А ведь она рассказывала о тебе. Да. Говорила, что ты ее ждешь, что хочет к тебе. А потом… спасла… отдав свою жизнь ради моей. Всё ради меня. Ради того, чтобы я смог ее найти даже после смерти.
 
Истратив последние капли сил, я послушно сдался, опустив руки и позволив оборотню беспрепятственно схватить голову когтями.
— Давай, убей. Уничтожь то, за что она боролась.
— Ты лжешь…
— У нее такие очаровательные веснушки на бедрах, а между…
— Заткнись! Ты мерзок…
Ударив меня затылком об пол, он вновь возмущенно зарычал, но его превращение всё-таки замедлилось, остановилось. Человеческая сущность цеплялась за мои слова.
— Я клялся себе вновь припасть к ее блаженному источнику, услышать очаровательный стон… Могу и тебе поклясться. На копье. А в подтверждение рассказать, сколько родинок пряталось на груди. На каждой ареоле.
Он медленно отвел от меня ладони, испепеляя взглядом вполне человеческих глаз. На его лице отразилось недоверие, злость, но вместе с тем замешательство.
— Надеешься, что я поверю в эту чушь?! Моя Нанна…
— Встретилась мне в горящем Беллаторе больше десяти лет назад и поклялась спасать полвека. Я лучше знаю, кто она такая.
Оборотень едва заметно вздрогнул, и это не укрылось от меня. Узнал, точно узнал, поверил мне. Возможно перед уходом Иранон успела что-то рассказать о нашем соглашении.
Тем временем погоня почти прекратилась. Забравшись на крохотное плато возле древнейшей, покрытой инеем каменной кладки, Деми остановился, наткнувшись на отряд местных воинов, а позади нас догнали те, кто, как верные псы своего предводителя, до последнего старались оставаться рядом и бежать за ним. Окружив домик, громкие и нахальные голоса заголосили наперебой:
— Вильгельм?
— Вырви ему глотку!
— Только пусть сначала скажет, где Нанна!
— А затем отрежь его лживый язык!
— Молчать!
Подняв ладонь и дав знак своим товарищам, Вильгельм замер, внимательно смотря на меня. Его звериная сущность надежно скрылась внутри, больше ни намека на волка, лишь диковатый вид всё еще мог внушать трепет незнакомцам.
— Я дам тебе фору. Час. А после пошлю всех воинов, что у меня есть на гору. Если хоть один найдет тебя, ты труп.
— Не ценишь усилий возлюбленной?
— Боги сберегут тебя, если ее жертва не была напрасной.
Бросив на меня презрительный взгляд, оборотень отступил, не прощаясь, отвернулся к остальным и что-то коротко приказал, сильно перемежая обычную речь с местным диалектом.
Не желая испытывать судьбу вновь, я сел на крыльце и подозвал Деми, тот нехотя и виновато косясь на Вильгельма подошел ближе. Для дальнейшего пути снова требовались силы, и я ни капли не сомневался — за час простым шагом мы далеко не уйдем, а кто-то из свиты оборотня наверняка даже отсчитывать время не станет, сразу пустится в погоню, не сдерживая «праведного» гнева.
— Глупец, едва ли ты знал ее так хорошо, чтобы скорбеть. Нечего строить из себя обманутого героя.
Достав из кармана нож, я резанул ладонь, отдавая драгоценную кровь демону. Горячий язык неприятно зализал рану, забрав совсем немного дани.
Когда колеса дома вновь заскрипели на морозе, воинов на плато почти не осталось, но те, кто провожал нас, смотрели недобро. Я кожей чувствовал их ненависть, видел озлобленные глаза, но на это мог лишь улыбнуться в ответ.
Колкие снежинки защипали бескровные щеки. Тело слабело, сдаваясь на милость подступающей лихорадке, но приготовив наскоро еще немного отваров, я упрямо вернулся на свой пост, придерживая поводья и подсказывая демону тропу. Бесстыдно вихляющая дорожка к лесу терялась за белой пеленой, будто ничего в мире не существовало, кроме этой горы и бескрайнего марева вокруг нее.
Еще немного, еще чуть-чуть.
Отпив воды с корнем имбиря, я закутался сильнее, прикрыв лицо и руки полосами ткани. В груди растекалось приятное тепло, но глаза то и дело выхватывали знакомые фигуры в беспорядочной пляске ветра. Смутные образы неуловимой тенью мелькали среди припорошенных дрожащих елей, среди сосен, предупреждающих начало чащи, среди крупных валунов и сугробов в человеческий рост, среди кустарников, протягивающих ко мне свои тонкие кривые пальцы.