Толераниум
– Все в семье принадлежит мне, а моя мама дожила без единого выпавшего зуба до ста четырнадцати. Так что, милая, лучше тебе поискать сироту.
К двойному убийству Юля была не готова.
Март
50
Пост на сайте «Сект-про-свет» взорвал Толераниум.
В статейке автор самым подлым образом сравнивал Толераниум с «Глаголом безмятежности» и виртуозно сталкивал лбами мощную структурированную организацию с огромной сектой.
«Освободись от оков, навязанных идиотами. Делай все, что тебе вздумается, ибо это и есть настоящая свобода. Выбери профессию по зову сердца. Кто ты? Блогер, дизайнер, стилист, концептуалист, зеленый или все еще хочешь стать летчиком? Выбери пол. Кто ты? Отказник, гей, андроген, транссексуал или по старой памяти мужчина или женщина? Наконец, выбери способ размножения: суррогатный, клонирование, чайлдфри или устаревший затертый секс? Если выбирать с помощью новейшего мировоззрения не хочется, есть другая, хорошо проверенная дорога. Отдай все материальное и получи духовное. Тебя ждут братья и сестры, которые готовы разделить с тобой все невзгоды, если больше делить нечего. Вот вам перечень возможностей, которые вы сегодня можете свободно использовать».
Распечатанный пост Ковригин яростно швырнул на стол главе аналитического отдела. Тот неистово возмущался, хватаясь за грудину:
– Не надо на меня смотреть с немым укором! При чем здесь мы?! Как аналитик со стажем могу сказать, что статейка хорошо написана. С умыслом. И эффектной подачей. Типа – вот вам ситуация, а дальше – решайте сами, что выбрать. Я подчеркиваю, что миссия аналитического отдела на этом заканчивается. Я проанализировал. Все плохо. Вопрос поставлен коварно и очень провокационно.
Аналитик распереживался до такой степени, что Ковригину пришлось вызвать министра здравоохранения.
Растаман не мог сосредоточиться на буквах, но, услышав сбивчивый пересказ аналитика, моментально принял креативное решение.
– На вот, покури, успокойся. А с этим, – Георгий постучал указательным пальцем по злополучному пасквилю, – мы разберемся.
Растаман отправился к Снайперу. Тот за одну секунду оценил, чем пахнет новый проект Растамана. Нет, не пахнет, а прямо-таки воняет деньжищами, да еще какими!!!
– Слушай, Снайпер, – наседал министр здравоохранения. – Я этих сектантов как свои пять пальцев знаю. Ручные. Они со мной с первых ступеней универа начинали. А я в универе учился лет… – Георгий задумался. – Короче, много. Эти суслики всю жизнь траву брали – как мантры читали. Они – наши первые союзники. Им что нужно? Деньги! А нам? Последователи и потребители. Присадим сектантов на дурь, будут вместо своих речевок наши рассказывать…
Снайпер оценил перспективу. Его воображение разыгралось не на шутку. Каких там двух, он убьет трех зайцев одним эфиром. Рост лояльной аудитории, расширение клиентской базы Растамана с учетом комиссионных, да еще и премия за отличную работу.
В программе «Опомнись» от количества приглашенных было не продохнуть. В первой части потные спикеры уничтожали друг друга духоподъемным слогом против толерантного. Сектанты и толераны рвали глотки как в последний раз. В перерыве министр здравоохранения угостил ораторов жюльеном из волшебных грибов, но не успел предупредить Снайпера, и тот заглотил второпях аж три порции. Вторая часть шоу прошла в более позитивном ключе. Бывшие враги братались и обнимались с таким же рвением, как до того лаяли друг на друга. Только ведущий вел себя странно. Был спокоен, сосредоточен и на удивление дружелюбен. Он с нежностью смотрел на духовного лидера сектантов в бирюзовой плащ-палатке и за весь эфир не произнес ни одного грубого слова.
На следующий день Снайпер не явился на работу. В сети появилось видео, в котором то и дело попадался разодетый в клубный бирюзовый сектантский халат сильно косоглазый новобранец с хорошо поставленным голосом. Грозный облик новобранца противоречил его мягким задумчивым манерам. Косой очень старался сделать свой взгляд скользящим и обволакивающим, но по понятным причинам это не удавалось. Он старательно напевал странные заклинания и семенил в нужном направлении, иногда отрываясь от основной группы. Новенький выборочно подкрадывался к одиноко стоящим гражданам и иногда находил с ними общий язык. В этих случаях парочка уединялась и через некоторое время, озаренная каким-то особым лучезарным настроением, расставалась после обещаний повторного свидания. Впрочем, периодически косого матерно прогоняли или отвешивали тумаков. Но тот не терял радостной благости и устремлялся к новым свершениям. Косой за короткое время стал легендарной фигурой на городских улицах, затмив славу эколога Лешего, и даже собрал свой фан-клуб среди сектантов. Эти уважительно называли косого учитель Санапа и гуськом семенили за ним, как будто ожидая внезапного чуда.
Став руководителем отдела пересмотра базовых ценностей, опытный лектор Виталик Петухов почувствовал себя глашатаем свободы и независимости.
Виталик вымуштровал четверку своих бойцов и заставил их выучить тексты наизусть. Петухов собирался просветлить своими докладами весь город, а может, даже устроить выездную сессию по области. На следующих выборах его лицом будет оклеено все рекламное пространство. Но до сентября еще далеко… Воображение неукротимо подгоняло Виталику красочные картинки роскошной жизни. Особенно в картинках радовало изображение покорной суки-жены и уважительно смотрящих на отца детей. Красивая наглая баба в красном купальнике то и дело манила его пальцем, и Петухов больше не изгонял ее из воображения усилием воли.
У него даже походка изменилась: приосанившись, расправив плечи и высоко подняв небольшую яйцевидную голову, Виталик поднимался по ступенькам, ведущим на сцену актового зала металлургического комбината. Металлурги – это вам не деятели культуры и не продвинутая молодежь. Имидж Виталик подбирал с подходом. Слегка мешковатый костюм, белая рубашка и галстук. Вид должен быть как у председателя профкома времен социализма, обаяние и харизма – как у Кио, а напор и уверенность не меньше, чем у Кашпировского.
Виталик прочистил горло и оглядел зал. Пролетарии сидели тихо и даже проявляли некоторую изысканность манер, внимательно и спокойно ожидая начала лекции.
– Для нас с вами не секрет, что у каждой эпохи свои стандарты, – осторожно «присоединился» Петухов. Несколько голов согласно кивнули. – В наше время научно-технический прогресс уже не наступает на пятки, скорее, мы изо всех сил догоняем его.
Это утверждение тоже было воспринято с пониманием.
– В рамках нового времени было бы неосмотрительно и недальновидно бороться с сигналами Вселенной и пытаться затормозить процесс эволюции. Разве кто-то хочет быть посмешищем перед лицом объективной реальности?
Виталик входил во вкус. Народ, судя по всему, внимал и принимал его позицию. Особенно позитивно откликался огромный седовласый мужик с умным лицом и прозрачными голубыми глазами. Он согласно кивал и вдумчиво вникал в каждое слово лектора. Петухов выбрал его своим визави. Дальше все пошло как по маслу. Мужик активным кивком поддержал заявление о том, что настала эпоха толерантности. Не сводя внимательного взгляда с оратора, седовласый слушатель прикрыл глаза, склонил голову, задумчиво потрогал подбородок, продемонстрировав полное единство с говорящим. Виталик вдохновился еще больше. Пост городского главы приобрел реальные очертания.
Пропагандист, героический борец с победобесием раскрывал глаза пролетариату, сбрасывая с их глаз пелену коммунистической пропаганды. Он возвышался на сцене, активно жестикулируя.
– Цепляясь за прошлое, мы лишаем себя настоящего и будущего! – вещал Виталик, отбросив всяческую осторожность. – Никакой Ленинградской блокады на самом деле не было. Во всех прогрессивных странах уже поверили: в блокадном Ленинграде продуктов было навалом, просто кровавый сталинский режим жаждал новых жертв. И только отсталый патриархальный народ упорствует и не хочет признавать новую правду.