Большая книга ужасов 19.<br/>Наследница тьмы. День вечного кошмара. Лорд Черного замка.
– Спасибо, Ми-ау, ты настоящий друг, – кивнула Саша и тут же посерьезнела. – Пора заняться делом. Будь рядом, а то я боюсь.
Она действительно очень боялась. Каждый раз, когда она брала в руки тетрадку, обязательно происходило что-то плохое. Вот тогда, когда Саша хотела написать о розах – о розах и только, – что вышло? Правильно, ничего хорошего. Но кто знает, возможно, все сложится иначе, если рядом будет надежный друг.
Девочка на миг зажмурилась и решительно открыла тетрадку. Поставив на кухонный стол свечу, она взяла ручку и, немного подумав, принялась писать:
«Тьма отступила. Ушла, как будто ее и не было, и над поселком снова засияло солнце.»
Саша отложила ручку и выжидающе посмотрела в окно. Ночь не проходила, было так же темно.
«Мрачные тучи развеялись без следа. Наступил ясный день, и все исчезнувшие люди вернулись в Осинки».
Ничего не изменилось.
«ПОЖАЛУЙСТА, Я ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ ХОЧУ, ЧТОБЫ ЭТОГО КОШМАРА НИКОГДА НЕ БЫЛО! ПУСТЬ БУДЕТ ТАК, КАК БУДТО ОН ПРИСНИЛСЯ МНЕ, И Я СЕЙЧАС ПРОСНУСЬ В СВОЕЙ КРОВАТИ, А ЗА ОКНОМ ВОВСЮ СИЯЕТ СОЛНЦЕ, ПОЮТ ПТИЦЫ, А ВНИЗУ, В ГОСТИНОЙ, ТЕТЯ ЛЮДА И СВЕТА КАК РАЗ СОБИРАЮТСЯ ПИТЬ ЧАЙ. И Я СОВСЕМ НЕ ПРОТИВ, ЕСЛИ СВЕТА ОПЯТЬ БУДЕТ ЦЕЛОВАТЬСЯ С ВЛАДОМ!»
Все оставалось по-прежнему, и Саша в отчаянии сжала зубами ручку. Она ужасно – больше всего на свете! – хотела, чтобы все стало по-прежнему. Пусть Светка считает ее малолеткой и презирает. Эта такая ерунда! Саша не будет ей надоедать, даже может с ней вообще не разговаривать, главное знать, что с двоюродной сестрой все в порядке, что она в безопасности, где-то рядом. И тетя Люда, и Влад…
Над домом висела зловещая тишина – такая, как будто в уши Саше напихали ваты. Ничего не менялось.
Девочка закрыла тетрадку и открыла ее снова. Написанные строки никуда не делись. Они просто не сработали – вот и всё.
– Попытаюсь еще, – сжав зубы, проговорила Саша, – может быть, нужно написать красиво.
Она постаралась сосредоточиться и вновь взялась за ручку.
«Казалось, тьма никогда не исчезнет, но тут взошло солнце. Его лучи стрелами пронзили мрак, и мгла дрогнула и отступила.
«Да здравствует солнце!» – зашумели деревья.
«Да здравствует солнце!» – подхватили птицы.
Вся земля, освобожденная от тьмы, радовалась солнцу и пела ему хвалебный гимн. Ведь испокон веков свет всегда побеждал тьму, а зло не могло противостоять добру. Так повелось издревле».
Пока Саша писала, ей казалось, что в комнате и вправду стало немного светлее. Но нет, только казалось. Добро и свет торжествовали лишь на бумаге, а в мире по-прежнему царили холод и тьма. И кто знает – лишь над небольшим коттеджным поселком Осинки или над всей землей?
Саша снова взяла в руки тетрадь и поняла, что с ней было что-то не так. Раньше она была теплая и как будто даже живая, а теперь… совершенно обычная бесполезная тетрадка в черном клеенчатом переплете.
Девочка уронила голову на руки и заплакала.
Мяу!
Кошка одним прыжком вскочила ей на колени, а оттуда – на стол, и слизнула со щеки девочки соленую слезу.
– Все кончено, Ми-ау, все кончено, – прошептала Саша.
– Ми-ау! – не согласилась кошка, глядя прямиком ей в глаза. А еще говорят, что животные избегают человеческого взгляда…
– Ты думаешь, еще можно что-то поправить? Ты и вправду так думаешь? – ее голос пресекался и дрожал от волнения.
Кошка зажмурилась и потерлась теплым боком о руку девочки, уверяя, что все еще может быть хорошо, главное – не терять надежду.
Глава 7
В поисках живой души
На этот раз Саша подготовилась к походу со всей серьезностью. Собрала небольшой рюкзачок, положив в него бутерброды и воду для себя и налитое в бутылку из-под кока-колы молоко – для Ми-ау. Надела высокие удобные ботинки и теплую куртку – мало ли что случится. Никогда не знаешь, куда заведет тебя дорога.
Саша планировала разыскать всех уцелевших жителей поселка и всем вместе постараться найти выход отсюда. Она даже не хотела думать о том, что у мглы нет границ и вся земля превратилась во владения Повелителя кошмаров. О том, что может случиться, если он снова встретится на ее пути, она тоже старалась не думать. Речь шла о том, что было ценнее ее собственной жизни, в конце концов, Саша всегда считала, что надо уметь исправлять собственные ошибки, хотя и не предполагала, что они приведут к столь трагическим последствиям. Кроме еды Саша захватила с собой фонарик и большой кухонный нож. Она откровенно сомневалась, что он может помочь против предполагаемого противника, однако вдруг да пригодится. Как всегда говорил папа, лучше перебдеть, чем недобдеть.
– Ну что, выходим. И пусть нам сопутствует удача, – сказала Саша, уже стоя в дверях.
Ми-ау согласно мурлыкнула и вышла из дома вслед за девочкой.
На улице было так же темно и тихо.
Для начала Саша отправилась к ближайшим соседям. Их синяя «Деу Нексия», ставшая во тьме темно-серой, стояла во дворе, значит, они должны быть дома. Девочка постучала, но никто не отозвался. Она толкнула дверь, и та тут же открылась.
– Дядя Федя! Тетя Маша! – позвала Саша с порога.
Ответа не было.
Она шагнула вглубь и тут же споткнулась о брошенный в коридоре мячик.
Ми-ау, мягко ступая бархатными лапками, зашла вслед.
Вот и комната… Фонарик по очереди выхватывал из темноты разрозненные предметы, тем не менее создающие общую картину. Пустое кресло, возле которого валяются развернутая газета и мужские клетчатые тапочки… Стол, на котором стоит тарелка с недоеденным кусочком яблочной шарлотки… Опрокинутый стул… Разбросанное по полу «Лего»…
– М-мяу! – сказала Ми-ау, намекая на то, что искать здесь больше нечего, нужно идти дальше.
– Да… Сейчас пойдем…
Саша зачем-то подняла с пола игрушку из набора «Лего». Смешной человечек в синей кепке и форменном комбинезоне с гаечным ключом в руках. Кажется, автомеханик. Нарисованная на круглом розовом лице улыбка казалась жуткой во мраке опустевшего дома.
– Простите меня, – прошептала девочка, – Я… я не знала! Я не хотела!
Это были пустые оправдания, не приносящие успокоения. Слова, точно жемчужинки из разорвавшихся бус, упали на пол и раскатились по углам – бессмысленные и нелепые.
Больше всего Саша сейчас хотела, чтобы ей было у кого просить прощения, чтобы нашелся хоть кто-нибудь…
Кошка мяукнула уже от входной двери: не трать время попусту, нужно поторопиться, и Саша, зачем-то сунув в рюкзак нелепую фигурку, тихо вздохнула и вышла из опустевшего дома. Они двинулись дальше…
Сколько времени они шли, Саша не знала – время здесь, похоже, не подчинялось обычным законам и текло как ему вздумается, а может, просто стояло на месте – но вдруг Ми-ау зашипела и прижалась к ногам девочки. Да и сама Саша почувствовала, что во мгле кто-то есть. Он движется к ним. Все ближе и ближе…
Саша погасила фонарик и замерла. Сердце судорожно колотилось где-то в горле, как будто намеревалось выпрыгнуть из грудной клетки. Ми-ау затаилась рядом, прижавшись к ногам. Саша чувствовала, что животное ужасно напугано и рассержено одновременно: шерсть на спине вздыбилась, кошка дрожала, хвост так и ходил ходуном из стороны в сторону.
– Тсс! – Саша приложила палец к губам и принялась гладить четвероногую подружку, успокаивая ее.
Та перестала дрожать, доверчиво прижавшись к руке.
Он прошел совсем близко. Буквально в нескольких шагах от них. Огромный сгусток тьмы, темнее, чем сама тьма. Саша всей кожей ощущала исходящие от него волны страха. Это существо, которое она сама нечаянно вызвала откуда-то из глубин, оказалось самым ужасным из того, что когда-либо появлялось на земле. Там, где он, – нет места надежде, там, где он, – вечная ночь, и боль, и отчаяние. Земля с трудом носила его, настолько противоестественным и отвратительным он был.