Неклассический некромаг (СИ)

— Значитсо, энта пакость теперь и двигаться станет?
— Станет, — подтвердила я. — Он должен будет вести себя как обычная ручная крыса. Дрессированная и подконтрольная. Вся разница, что скелет, а не тушка целиком.
— Посмотрим, посмотрим, — чуть сильнее окая с сомнением произнёс Самойло. — Всякой нечисти нам тутошки не хватало!
Я чуть не рассмеялась. Сам-то ведь тоже нечисть, даром, что домовой, а ещё возмущается.
— Пойдём мы, пожалуй. Ежели сама не позовёшь, мы опосля полуночи заглянем, не сожрали ли этот поганец.
Домовые удалились, а я продолжила работу. Закончив печать, поместила в её центр скелет крысы. Теперь самое сложное — непосредственно создание заклинания. Печать являлась как-бы фундаментом, на который накладывались многочисленные «квартирки» и «этажи». Одна часть отвечает за движение, другая — за возможность подпитки, третья — блок прямого управления поднятой нежити. К нему цеплялся кусок обеспечения связи с хозяином. От него идут отростки в остальные участки заклинания. Самое сложное, как водится, создавалось последним. Возможность автономных действий в соответствии с видом будущего умертвия. Для человеческих неживых слуг добавляли ещё возможность интеллектуальных приказов, но у меня крыса, ей хватит и простой дрессировки.
По сложности это заклинание в полном виде превосходило печать ученика на руке, но создавалось немного легче. Можно помогать себе обеими руками, нет боли от нанесения линий заклинания на тело, и сам масштаб крупнее, меньше вероятность ошибиться. И, всё равно, провозилась чуть дольше трёх дисков. Наконец, заключительный момент — активация заклинания. Волнуясь, подала энергию в чуть дрожащий контур. От усталости и нетерпения стало сложно его жёстко удерживать.
Линии, заполняясь силой, начали слегка светиться в истинном зрении. Когда зажегся последний узел, почувствовала слабое давление на волю, сразу исчезнувшее, стоило только обратить на него внимание. Об этом в трактате было особое упоминание. Нежить сопротивлялась подчинению. И, если поднимающий маг слишком слаб, то, в лучшем случае, получался неуправляемый вставший. В худшем, маг сходил с ума и пожирался собственным творением. В основном это касалось человеческих умертвий. У животных, даже крупных, воли к сопротивлению много меньше. А у крысы так, вообще, капля.
С половину меры я устало пялилась на скелет. Внешне он не изменился, но в истинном зрении обрёл насыщенную фиолетовую ауру с полосой привязки. Всё же сообразила, чего он не двигался, ослабила давление на «поводок». Скелетик отбежал в угол и начал умываться.
— Крыс, иди ко мне, — добавила к словам лёгкий посыл по связи. Нежить послушно подбежала. Я подняла его на руки и осмотрела поближе. Скелет-скелетом. Только связи между костями укрепились и стали, где положено, подвижными суставами из сгустков энергии. Нежить не сопротивлялась осмотру, только иногда пыталась вертеться и обхватывала руку хвостом. Отпущенная на пол снова отбежала в сторону умываться.
Получилось! Я подняла свою первую нежить! Давно я так не радовалась своим успехам. Покружив по комнате от распирающего восторга, позвала домовых.
— Пантелей! Самойло! Всё в порядке, у меня получилось!
— Тьху ты! — Самойло в своей манере выразил отношение к нежити. — Ну и начто он тебе? Польза-то от него какая есть?
— А никакой! — весело ответила. — Он мне просто чтобы был. Для статуса.
— Енто как?
— Вот тебе борода зачем?
Самойло погладил широкую бороду, лопатой закрывающую всю грудь.
— Так это, положено. Какой я домовой без бороды? Ежели хозяйство большое, то и борода соответствует. Вона, даж Пантелей отрастил.
— Так и я — какой некромаг без собственной нежити? Незаконченный какой-то. Мруна и немёртвых слуг общество не поймёт, а крыса в самый раз.
— Ну, ежели положено, тады ладно, — согласился Самойло. Пантелей же, не участвуя в разговоре, знакомился с Крысом. Размерами они друг другу соответствовали. Домовой высотой в локоть, пасюк — длинной без хвоста в тот же локоть. И благосклонно позволял себя потрогать даже без моего контроля.
 
На следующий день радость от поднятия немного поутихла, когда я вернулась с занятий. Крыс сидел на полу в гостиной и сосредоточенно грыз сапог. Ему сильно повезло, что выбрал старый, много раз латаный. Не выбросила только потому, что хотела заказать у сапожника пошить новые по его образцу.
Кожаная стружка падала на пол сквозь костяные челюсти. Крыс только повернул голову в мою сторону, продолжая портить обувь.
— Ах ты, скотина! — позабыв, что могу управлять умертвием, бросилась к нему отбирать сапог. Крыс, как мне показалось, испуганно пискнул (и чем только? У него же только кости) и юркнул под кресло. Оттуда я его вытащила за шкирку, вернее, за шейные позвонки, и отхлестала изуродованным голенищем сапога по морде.
— Нельзя! Нельзя грызть!
Крыс смиренно принял наказание, хоть я не брала его под контроль. Сложив лапки, он висел в руке и только отворачивал мордочку.
До конца дня я развлекалась с ним, экспериментируя с разными вариантами контроля и управления. Затем занялась обычной дрессировкой, как с простым животным. Поощрением служили крошечные порции энергии, чуть больше искры. Пасюк и при жизни был умным и сообразительным, так что основы вроде «ко мне», «фу», «на место» понял быстро.
На следующий день перед уходом на занятия, посадила Крыса сидеть неподвижно на столе.
Через полтора диска я опять гоняла его по гостиной остатками сапога.
Но я ведь точно приказала ему замереть! И вчера он спокойно сидел неподвижно всю ночь, что сейчас то случилось? В том трактате, где была схема заклинания поднятия, ничего не сообщалось об особенностях управления умертвиями и как «починить» их, если не слушается. Остался старый проверенный метод научного тыка.
Вскоре всё же выяснила, что прямое управление, которым обездвиживала скелет, действует только в пределах достижимости магического щупа-канала, по которому передаются команды. Стоит только закрыть дверь, или отойти далеко, или чтобы до скелета щупу приходилось несколько раз изогнуться, как канал рвался, и прямое управление заканчивалось. А, так как Крыса я создала максимально автономным, он возвращался к обычному крысиному поведению. И, чтобы он каждый раз не пробовал на зуб что попало, его надо не обездвиживать, а «выключать». Или сажать в клетку с настолько мелкой сеткой, чтобы через неё не пролазили кости.
Наверно, с неделю я игралась с поднятым скелетом, тратя на него всё свободное время. Потом новизна пропала, эффект поугас, и у меня осталось необычное домашнее животное. Пить-есть не просит, выгуливать не надо, убирать за ним не надо, не линяет. Если не уследить, может начать грызть что-нибудь. Зато всегда можно поставить на полочку оригинальной статуэткой.
А с заклинанием надо разбираться плотнее. Поискать возможности к упрощению, а то в него, кажется, засунуто всё, что можно. Но, точно знаю, раньше поднимали и простых умертвий, с минимальным контролем. И не только полные маги, закрывшие свою ученическую печать.
  
Глава 6
 
Недели через две в дверь постучали. В коридоре стоял дежурный с проходной.
— Дарра Ренато, там пришёл какой-то мужчина, вас просит.
— Меня? — я удивилась. В городе у меня очень мало знакомых, общаюсь в основном с коллегами и адептами.
— Не совсем именно вас, — чуть смутился молодой человек. — Он попросил позвать того, кто нечистью занимается. А, кроме вас, тут, вроде и некому.
Ещё интересней. Значит, из лечебницы или зверинца отпадает, там знают, как меня зовут. Я спустилась к выходу. Там в ожидании маялся незнакомый мужчина лет сорока. С небольшим брюшком, залысинами, одет в строгий деловой костюм. Похож на какого-нибудь клерка среднего звена, приближающегося к переходу в высшее.
— Вы что-то хотели? — я подошла к мужчине. Он совершенно не удивился, увидев молодую женщину.
— А, да, — мужчина чуть заметно засуетился. — Мне сказали, что здесь можно найти специалиста по нечисти.