Неклассический некромаг (СИ)

— Дарра Ренато, — обратился Микас. — Вы бы не могли подробней рассказать о видах нежити?
Я удивилась.
— У вас же есть свой преподаватель, дар Баккер.
— Он нам зачитывает трактат о некромагии дара Лирана. И на все вопросы отвечает, что всё в этом трактате есть, и он не собирается тратить время на разжёвывание простейших истин, — пожаловался Микас.
Я знала этот трактат. Если убрать из него воду, то по существу из сотни страниц останется, хорошо, если пять. Но преподаватели вольны строить занятия, как им угодно. Не мне жаловаться на толстяка.
— Я ни от кого, кроме Охотников, то есть Истребителей, не требую чёткого знания классификации, — постаралась ответить уклончиво, без явного отказа, но, чтобы поняли. — Это вспомогательный инструмент. Что же касается занятий у дара Баккера, то вам стоит подойти с этим вопросом к дану Ригану. А сейчас перемена заканчивается, вам стоит поспешить, чтобы не опоздать на следующее занятие.
Сама тоже поторопилась в учительскую, отдать журналы групп.
— Что-то вы задержались. Адепты шумели? — спросила дарра Давос, забирая журнал своей группы. Задержка адептов после окончания занятия было у целительницы излюбленным опосредованным наказанием нарушителей дисциплины. Если из-за этого адепты опаздывали на следующее занятие, то потом сами разбирались с виновником.
— Не больше обычного, — я вежливо улыбнулась. — Меня некромаги попросили дополнительно разъяснить кое-что.
Дарра Давос презрительно фыркнула, а сидевшая в учительской за бумагами Ксанка не удержалась от комментария.
— Учебный год только начался, а им уже дополнительно заниматься надо. Правильно говорят, некромаги — интеллектуальные уроды. Зачем вообще таких учат?
Она добавила ещё несколько неприглядных выражений в адрес некромагов. Я не выдержала.
— Тебе давно рот с мылом не мыли?
— А что я такого сказала? — возмутилась девушка, и отодвинулась подальше, хотя я и шагу не сделала в её сторону. — Они же знать ничего не знают, им магов дают только из жалости!
— Да ты сама от них мало отличаешься! Поток с притоком не отличаешь, а всё туда же. А тебя ведь, учили, а не бросили «вам это надо, вы и ищите, как это делать»!
Развитие конфликта прервал звонок начала занятия. Учительская опустела. Я подошла к шкафам с архивами и достала журналы прошлого года. Неужели, и тут в некромаги отправляли самых безнадёжных? Заодно и своих истребителей посмотрю.
Нет, учились все ровно. Совсем двоечников отчислили, группы первых двух лет, до специализации, раза в полтора больше. Истребители не блистали, но и не в аутсайдерах ходили, как и некромаги. Даже, наоборот, группа некромагов по оценкам немного сильнее. Странно.
— Ничего странного, — ответил дан Риган, когда я об этом спросила. — Группы формировались не только по успеваемости. Дар Баккер у нас уже работал, вот ему и отдали лучших из оставшихся.
— Скажите, а дополнительные занятия не запрещены?
— Если не занимают время других уроков, и адепты согласны, то пожалуйста. Найдите свободное место и занимайтесь.
Если есть возможность улучшить престиж профессии, надо ей воспользоваться! На следующий день выловила в коридоре парнишку-некромага.
— Микас, найдите свободное время и место, позанимаюсь с вами.
* * *
Если есть возможность улучшить престиж профессии, надо ей воспользоваться!
Время и место они нашли быстро, и я им подробно рассказала о классификациях нежити. Привела несколько подходов со сравнением достоинств и недостатков. По окончанию Таран поднял руку с вопросом.
— Получается, что один и тот же мертвяк может быть разного класса опасности?
— Разумеется, — я кивнула. — У самоходок он зависит от уровня энергии. Был одного класса, сожрал несколько человек, класс поменялся на более опасный. Долго бродил без подпитки, растратил энергию, стал безопасней. Вам это дар Баккер должен рассказать подробней, если ещё не сделал.
— Не станет он ничего рассказывать, — зло ответил Таран. — Он до конца семестра будет трактат читать, а там и нас за незнание предмета отчислят.
 
— Я смотрела ваши оценки. На двоечников вы не похожи.
— Лучше бы двоечники! Отчислили бы весной, и не позорились с этим, — Микас дёрнул за серый платок, намотанный на шею. Разговор перешёл в неформальное русло, и молодой человек позволил себе к нему присоединиться.
— А хотите стать настоящими некромагами, а не кладбищенскими сторожами? — закинула удочку.
— Это как? Поднимать армии мертвецов?
Произнесено скептически, но, чувствовалось, что заинтересовались.
— Поднятие — это только одна часть работы, причём не самая важная. Если вы согласны, я буду с вами заниматься. Но и вам придётся очень много работать по всем остальным направлениям.
— Почему это?
Резонный вопрос. Обычно разные ветви магии почти не пересекаются.
— Некромаг в большой степени универсал, — пояснила я и подошла к доске. — Итак, с чем работают некромаги?
— С мертвецами, — получила уверенный ответ.
— А что это значит?
Вся четвёрка начала переглядываться, не зная, что ответить.
— Это значит грязь, вонь, гниль и прочая гадость. Её надо убирать. То есть, учим очищение, фильтрацию воздуха, уборку. А это, — на доске написала цифру один и озвучила следующую надпись. — Бытовая магия.
— Далее. Наш клиент может помереть не просто так, а от заразной болезни, или случайно поцарапать или укусить и занести в рану грязь и трупный яд. Что нам тогда надо учить?
— Целительство?
Немного неуверенный ответ, но на доске появилось и это направление с цифрой «два».
— А теперь нас позвали упокоить умертвие. Оно уже отожралось, ходит, топором размахивает, заклинание упокоение не успевает в него попасть или уже неэффективно.
Я не успела договорить, как адепты почти хором восторженно воскликнули «боевая магия!»
— Вот, как минимум три ветви надо хоть немного, но изучить. Природную только не знаю, как приспособить.
— Так при похоронах дождь разогнать, — произнёс молодой человек и сразу замолчал, будто испугавшись своего предположения.
— Как звать? — спросила его.
— Зирк, — чуть грустно ответил. Боится наказания за высказывание без разрешения? Зря.
— Молодец, Зирк. О таком варианте я не подумала, похоронами никогда не занималась, моё дело упокоить.
— Вот видите, кроме, собственно, некромагии, надо и всё остальное. И это только при работе с умертвиями. А что вы умеете из магии?
— Только истинное зрение, — за всех ответил Микас. Назначить его старостой, что ли?
— Остальные заклинания мы должны учить только сейчас, когда стали адептами, но на общих лекциях их не дают, а дар Баккер…
Парень замолчал, подбирая слова. Я усмехнулась. Этот научит… Как жрать в три горла и лапшу на уши вешать с умным видом.
— А дар Баккер сам давно не практиковал, — продолжила за парня. — Сомневаюсь, что он заклинания без шпаргалки помнит. Уверена, выдаст вам к концу обучения стандартную схему подготовки тела к похоронам и скажет, что сделал всё, что мог.
Я посмотрела на часы над дверью. Свободное окно у молодых людей подходило к концу, пора заканчивать.
— К следующему разу изучите классификацию и начинайте осваивать истинное зрение минимум на восемь дуг. Лучше на двенадцать и выше. Это в ваших же интересах, легче будет учиться и работать. Через неделю встречаемся снова.
Своих истребителей я тоже загрузила тренировками зрения. И, изучив расписание некромагов, предложила им первое время ходить вместе на практические занятия. У них два раза в неделю выпадало «окно» как раз на это время. Мне особо нет разницы, восемь человек учить или дюжину. Тема пока одна, подходит обеим специальностям, практика по вспомогательным магическим ветвям требуется как истребителям, так и некромагам. Будь моя воля, объединила бы эти две группы в одну, сделав внутри деление на боевых некромагов и прикладных.
Мои парни приняли четвёрку спокойно, пусть и с небольшой каплей ревности. Эта капля начала перерастать в соперничество, но мне удалось вовремя пресечь нехорошие тенденции совместными занятиями и упражнениями. В итоге истребители и некромаги стали воспринимать друг друга как одну группу, но с разными акцентами работы, как я и хотела бы.