Неклассический некромаг (СИ)

— Помилуйте, он явно не того полёта, — а вот мне было интересно. Хотя бы потому, что такие события нарушали равномерное течение жизни, внося хоть какое-то разнообразие. — Как минимум из белостенных кварталов, — я поворошила ногой кучу одежды, снятой с покойника.
— Одежду можно и украсть.
— Тело слишком ухоженное и хорошо леченное. У нижних часто даже на знахаря денег нет, а тут целителем пахнет.
Я всё-таки обернулась посмотреть, кто же такой любопытный. В дверях стоял, прислонившись к косяку, и с интересом в слегка прищуренных глазах, новый следователь. Небольшой медальон на груди и массивное кольцо ярко светились в магическом зрении. «Полностью заряженные артефакты, — автоматически отметило сознание. — Интересно, что они делают?» При создании артефактов маги старались придерживаться определённых принципов, либо действовали по заученным шаблонам. Медальоны, подвески и браслеты чаще всего были защитными, кольца — атакующими и различными детекторами. Другим предметам, не ювелирным, старались придать форму, наиболее соответствующую действию, или же сделать артефактом обычные предметы. Считалось, что тогда мощь, вложенного заклинания станет больше.
— Вы продолжайте, мне интересны ваши рассуждения, — следователь прервал затянувшуюся паузу, образовавшуюся, пока я рассматривала его артефакты.
— Что тут продолжать-то? Основное уже сказала.
— А не основное? — серые глаза как будто улыбались.
— Не основного? — рука потянулась было взъерошить волосы, но вовремя остановилась. Скоро экзамен по этикету, надо следить за собой. — Амулеты у него дорогие, но они не показатель — иные в Нижнем без штанов ходить будут, но амулетик возьмут, хоть и попроще. Но, мало ли, — в куче одежды действительно поблёскивало несколько побрякушек.
— Вы, я вижу, в медицине разбираетесь.
— Она мой помощник, — вмешался молчавший до сих пор лекарь. — Уже год как.
На лице следователя промелькнула тень недовольства. Если бы не долгое общение с Андином, на чьём мёртвом лице эмоции выражались такими же слабыми тенями, я бы, как и лекарь, этого не заметила.
— И что девушка может понимать в таких вещах? Им бы мужа найти, да детей растить, — тан Ласто завёл любимую пластинку. Каждый раз, когда кто-нибудь обращал на меня внимание, лекарь начинал принижать как мои способности. Так и роль женщины в обществе. Всё боится, что меня переманят работать в другое место.
— А вы?..
— Я тут шляпу забыл, — следователь взял с тумбочки шляпу, — вернулся за ней, и тут такие занимательные рассуждения. Не буду вас дольше отвлекать, меня дела ждут.
* * *
— Итак, господа, тринадцатого числа, ровно в восемь, я ожидаю вас на малом приёме по поводу празднования перевала зимы. Это будет вашим экзаменом по этикету.
Чопорная дама надменно обвела взглядом аудиторию. Дар Мара была одной из немногих преподавателей не магов, и почти единственной, кто проводил массовые экзамены, а не ждал, пока студенты сами решат, что они хотят сдать этикет.
— Попрошу на приёме всех вести себя соответственно своему статусу.
— Простите, дар Мара, — с места поднялся молодой человек, кажется, сын богатого купца. — А статусу текущему, или тому, что получим, став магами?
Хороший вопрос. Пока этот юноша имел право только на приставку «тан», и то с некоторой натяжкой. Я же из всех учащихся второй ступени, одна была фамильной, то есть бесприставочной. Остальные — благородные дары или хотя бы почтенные даны. Вроде даже ар был, белая кость, голубая кровь и всё такое.
— А вы что, уже считаете себя магом? — дар Мара тоном и взглядом будто помоями облила юношу, отчего тот смутился и покраснел, вызвав у благородных издевательские смешки.
Это произошло четыре дня назад, до приёма осталось чуть больше шести дисков, а что мне делать, так и не определилась. Дар Мара учила этикету опираясь на то, что большинство учащихся благородные дары, а остальные, став магами, получат данов. Но в текущем статусе, без приставки, меня на приём если и пустят, то разве что прислугой. Явиться на приём — безоговорочно завалить экзамен. Не явиться — провалить из-за неявки. Следующая попытка возможно через четверть года, а вторая ступень оплачена только на два месяца вперёд. То есть, из-за какой-то придури преподавателя, придётся оплачивать лишний год обучения. Все дни, выделенные на подготовку к приёму, я пыталась решить эту проблему с куратором, но он куда-то уехал, и вернуться должен только сегодня. С репетитором по этикету тоже ничего путнего не выяснила. Я, не доверяя учебникам и зная о презрительном отношении дар Мары к простолюдинам, договорилась с одной престарелой обедневшей аристократкой, живущей в среднем городе о практических занятиях. Два раза в десяту занималась с ней по полтора диска, тренируясь правильно двигаться, вести себя и разговаривать. Дар Малия была весьма скупа на похвалы, однако она отмечала несомненные успехи и, на последних занятиях, объявила, что дальше ей нечего мне дать. Дальнейшее совершенствование только через тренировки. А что касается экзамена, то в этом она сама ничего не понимает.
 
Приведя себя в относительный порядок после быстрой ходьбы по грязным улицам, я заглянула преподавательскую. Хоть бабка-вахтёрша и сказала, что куратор ещё не приходил, но он ведь мог воспользоваться служебным входом. Однако секретарь, которому я уже надоела за прошедшие дни, в очередной раз разочаровал — тёплая зима и недавний обильный снегопад размыли дороги вокруг города и ждать куратора стоит не раньше послезавтра. Ну всё, капец котёнку, срать не будет. Другие преподаватели не вмешиваются в дела учеников если те не высокой ступени их специальности, да и то, кто будет возиться с некромагом? Удружил мне Андин с профессией. Встречу — прибью, даром, что и так уже мёртвый.
Улица была грязной. Они здесь и так особой чистотой не отличаются, но я решила срезать путь и пошла по нижнему городу. Если не заходить глубоко к трущобам, то в дневное время здесь не намного опасней, чем в среднем, хотя и намного грязнее. Улицы не мостили и раскисшая грязь марала сапоги и брюки. Как хорошо, что я студент Училища, и могу не носить юбки и платья. Студентам, как будущим магам, прощались некоторые попрание традиций. В Карстене женщинам считалось неприличным ходить в штанах. Не запрещали, но активно осуждали. Исключение делали для наёмников и магов.
Увидев небольшую толпу на выходе из переулка, я приостановилась. Хоть и самый край нижнего города, но непонятного скопления людей лучше избегать. Возвращаться назад и обходить место, желания не было, присмотревшись, приметила в толпе женщину и знакомого булочника, да и остальные выглядели вполне порядочно. Решив, что они вряд ли будут участвовать в противоправных действиях, я приблизилась к столь заинтересовавшему людей переулку.
— Разойдитесь! Разойдитесь! Не мешайте работать! — знакомый голос следователя безуспешно пытался разогнать толпу. Он же так только подогревает интерес, нельзя так разгонять. Даже мне стало интересно, что там произошло.
Скучающая публика обнаружила труп. С развлечениями в городе туго, серьёзных происшествий почти не бывает, новостей мало, вот и остаётся глазеть на казни, да на подобные случаи. Сразу видно — не нижний город. Там покойник такого ажиотажа не наберёт, скорее, наоборот, случайные прохожие по-быстрому его осмотрят в поисках ценного, и уберутся подальше, чтобы их самих не обвинили в смертоубийстве.
Благородный дан взялся за рукоять меча. Пожалуй, этого делать не стоило. Его примеру последовали стражники, что вместе с ним пытались разогнать толпу. Даже если они не станут обнажать оружие, и будут бить ножнами, кто знает, как отреагируют люди. Вдруг, обидятся, начнутся волнения, и тогда либо начнутся постоянные проверки безопасности, либо в наш район совсем перестанут ходить стражники, как они не появляются в глубинах нижнего.
— Так, кто свидетель? — вооружившись карандашом и блокнотом, я напала на толпу. — Вы свидетель? Имя, род деятельности, где проживаете? — первой моей жертвой стал плюгавенький мужичок с бегающими глазами.