Неклассический некромаг (СИ)

Больница, куда мы приехали, миновав три или четыре квартала, встретила тишиной. Помещение чистое, светлое, ни никого, кроме худого мальчишки, старательно натирающего чем-то пол, не было. Пришлось помогать и с проведением операции. Обломок вытащили, рану тщательно очистили, чем-то промыли и зашили, на руку наложили шину.
— Сейчас праздник какой? — это были первые мои слова. Не относящиеся непосредственно к работе.
— Что? — лекарь не сразу понял, что я у него спросила.
— Никого нет, одному с таким хозяйством сложно. И работать без помощника неудобно.
— А, ты об этом, — поморщился лекарь. — Не задерживаются здесь. Кто посмышлёней, те ближе к центру перебираются, глупых сам выгоняю. Кстати, тебе работа не нужна?
— Нужна. Но я на лекаря не училась.
— Неважно. У тебя и без этого неплохо получается. Крови не боишься, в анатомии, как я успел заметить, что-то да понимаешь.
— Я в Училище хочу поступать на переломе, — заранее предупредила потенциального работодателя.
— До него ещё почти четыре месяца, и учёбу многие совмещают. Магикам же, даже недоученным — доплата положена.
— Хорошо, какие будут условия и оплата?
Лекарь назвал сумму, чуть ниже средней оплаты подмастерья. Пока добиралась до города, выяснила подобные вещи. Но тут предлагалось ещё и бесплатное проживание в мансардной комнатке. Обязанности заключались в помощи при операциях, следить за наличием лекарств, вести учёт посетителей, и ещё разное по мелочи.
Кроме самого лекаря в больнице работали ещё сестра-сиделка, усталая немолодая женщина, два санитара, крепкие парни, не отягощённые интеллектом, и мальчик на побегушках. Он и мыл пол, когда мы прибыли с пострадавшим. Нормального общения ни с кем из них не получилось. Мальчик оказался закупом, отданным за долги, и не смел ничего говорить без разрешения. Сиделка хоть была из свободных граждан, недалеко от него ушла, считая то ли неприличным, то ли недостойным разговаривать не по работе с людьми другого класса. Санитары такими условностями не заморачивались. Но уже я не стремилась к общению с ними.
Санитары, правда, пытались подшучивать над новым человеком не господского статуса. Ничего особенного и оригинального — то туфли вместе шнурками свяжут, то инструменты местами поменяют, то по больнице погоняют в поисках лекаря, который меня будто бы звал. Впрочем, после одного случай, они и это прекратили.
Был обычный день. Ко мне подошёл Вара, один из санитаров, и сказал, что тан Ласто просит срочно подойти к нему в холодную. Несколько удивлённая, я пошла в подвал. Лекарь редко спускался туда, он всё-таки работал с живыми пациентами, и в подвале, выполняющем роль морга, ему делать было нечего. Стражи и городские дознаватели обычно изучали тела со своими врачами.
Холодная соответствовала названию. Будь там чуть влажнее, не избежать инея на стенах и сосулек с потолка. Но с этим успешно боролись специальные артефакты, поддерживающие микроклимат, не позволяющий телам быстро портиться.
Я спокойно шла по проходу между лавками, на которых покоились жертвы пьяных драк и бандитских нападений. Добропорядочные граждане предпочитали помирать дома, либо их очень быстро вывозили отсюда скорбящие родственники. Привычно окинула взглядом прикрытые простынями тела. Надо будет сказать тану Ласто, чтобы вон того, крайнего, обязательно правильно похоронили, иначе к весне он сможет встать. В Карстене тела обычно сжигали, но в городах на топливе экономили, скидывая вот таких бедняков, бродяг и неопознанных в ров, опустошаемый огнём по мере накопления. Могильщикам вменялось обрабатывать тела перед сбросом, но с завидной регулярностью кто-нибудь да вставал.
Кроме мёртвых тел в этой части подвала никого не было видно. В полной уверенности, что это очередной тупой розыгрыш санитаров, я всё же решила проверить оставшийся закуток — подвал в самом конце загибался, и что там происходит, можно было разглядеть только подойдя к повороту. Остался один шаг, когда оттуда выскочило что-то с грозным рыком. Ещё не успев ничего сообразить, я рефлекторно отшатнулась назад и швырнула в это нечто ком недооформленного заклинания. В идеале это должен быть магический кулак, но я не успела довести его до автоматизма. Андин постоянно ругался, что я вбухиваю в него много лишней энергии, которая не уходит на работу заклинания, ведь многие существа с удовольствием её поглощают, а всяческая нечисть может ещё и окрепнуть после этого.
 
Однако, нападавший, получив в грудь удар, сразу прекратил рычать и сполз на пол возле стенки, куда его отбросило. Нормальная человеческая аура показала, что он особо не пострадал. Подумаешь, шишка на затылке от встречи со стеной, да синяк на груди от кулака. Значит, Свен. Вара остался наверху, а больше так шутить некому. Ну, ладно, я тоже шутить умею.
— Так, согласно какому-то там указу главы государства, — делая вид, что вспоминаю, я медленно подходила во всё ещё лежащему санитару. По ауре видела, что он в сознании, да и подсматривающему у входа напарнику тоже не мешает послушать. — Все восставшие мертвяки должны быть упокоены при обнаружении. Насколько я помню, лучший способ — отрезать голову. Та-ак, — протянула я многозначительно, — нож есть, туповат, правда, пилить долго придётся, но мертвяку это как-то без разницы.
Я сделала ещё шаг. В воздухе резко и характерно запахло, Свен, не вставая, на четвереньках рванул к выходу из подвала. Вот балбес. Нашёл, чего бояться. Он же меня одной левой удержать может. Уходя, бросила взгляд на тела. Да, зря силу так выпустила, теперь тот мужик до весны точно спокойно не долежит, к середине зимы созреет. Надо тану Ласто сказать, пусть решает. Я бы и сама упокоила, да вдруг этот труп на что нужен, а я его испорчу. К тому же нет желания светить умения, и без того в медицине знаю не намного меньше лекаря, а то и побольше. Здесь в лечении полагаются на магию, а без неё — здравствуй, дикое средневековье с травками и мазями из какашек редких зверушек.
Прошла осень, началась зима, и наступил тот самый день, что я назначила себе на вторую попытку поступления. На этот раз пришла поближе к полудню. Поздоровавшись с бабкой-вахтёршей, прошла на второй этаж и остановилась у знакомой двери, успокаивая лёгкий мандраж. Или меня сегодня принимают в Училище, или придётся искать способы устроиться получше, чем помощником лекаря городской больницы бедного квартала.
Постучав в дверь и получив разрешение войти, я глубоко вдохнула и, с ощущением, будто прыгаю вниз головой в незнакомую реку, переступила порог. На этот раз глава Училища был один. Он сидел всё за тем же столом, на этот раз почти полностью покрытом разными бумагами. Мужчина хмуро поднял на меня глаза.
— А, некромаг, — почти сразу признал. У меня сердце будто пропустила удар — опять откажет, раз вспомнил.
— Учиться хочешь?
Я обречённо кивнула.
— С отработкой, поди — он не спрашивал, а как-то грустно и досадливо утверждал.
— Нет, с оплатой, — мне удалось его удивить. Взгляд из рассеянного стал острым и цепким.
— Год обучения — четыре ладьи. Знак и доступ в библиотеку ещё две короны. Сколько времени займёт обучение зависит только от тебя. Оплата за год вперёд. Нет, не мне, — он предупреждающе поднял руку, увидев, что я потянулась за кошельком. — Оплата у коменданта, у него же спросишь подробности об учёбе. Подпиши вот эти бумаги, — он достал из ящика стола договор об обучении и протянул мне, — и можешь считаться студентом.
— Всё, иди, это дашь коменданту, — после того, как я прочитала договор и подписала его, глава Училища протянул листок с быстро написанными на нём несколькими строчками. Вежливо поклонившись, я взяла записку и вышла из кабинета. Остался последний шаг — найти коменданта и официально стать студентом Училища.
Дар Сартий проводил взглядом новоиспечённого студента, покачал головой, будто не веря, что кто-то, особенно девушка, по собственной воле хочет стать некромагом, и вернулся к бумагам. Это её проблема, как будет учиться, а четыре золотых прекрасно закроют вот эту небольшую брешь в бюджете.