Непристойно богатые вампиры. Второй обряд

На секунду я задумалась, что бы на это сказала Диана. Или моя подруга Квинн, с которой я познакомилась во время первой оргии, на которой присутствовала. Магия, с которой я столкнулась, не казалась мне такой уж обычной и безобидной, как он ее представлял. Но не мысль о моей магии связывала мой желудок узлом. ― А что происходит на других Обрядах, или вы все поклялись хранить тайну?
― Ходят слухи, и я кое-что слышал. ― Он встретил мой взгляд и вздохнул, давая понять, что знает примерно столько же, сколько и я. ― В первых двух Обрядах участвуют все призванные. После этого все меняется. Если пара объявляет о своих намерениях, она продолжает посещать все вечеринки. Но они также начинают проходить и остальные Обряды. Некоторые из них ― это испытания. Другие ― ритуалы.
― Еще змеи? ― тихо спросила я.
― Вряд ли, ― пообещал он со слабым смешком. ― Некоторые мы будем проходить вместе, и я обещаю позаботиться обо всех змеях. Но с другими мы столкнемся поодиночке.
― Почему? ― Я содрогнулась при мысли о том, что мне предстоит пройти какие-то жуткие испытания, которые готовит кто-то вроде Сабины, без Джулиана рядом.
― Вампиры не разводятся. Браки юридически обязательны до самой смерти, ― многозначительно произнес он. ― Это не проблема для всех нас. Многие пары просто живут своей жизнью и появляются вместе на публике, когда это необходимо. Но бывали и такие союзы, которые заканчивались плохо. Лучше убедиться, что обе стороны согласны на брак, а не просто охвачены жаждой крови.
Он говорил так, словно это было совершенно нормально, и, возможно, так и должно быть. По крайней мере, то, что касается уверенности. Люди постоянно торопились с браком и в итоге разводились. Многие ли вступят в брак, если не будет возможности закончить его? ― Понятно.
Все это не изменило моего желания выйти замуж за Джулиана, но было полезно знать, как все это работает, особенно если ему удастся убедить меня вернуться и участвовать в его брачных играх.
― Но в основном, ― продолжил он, ― это дает семьям время обсудить приданое, слияние. И тому подобное.
― Приданое? ― рявкнула я, смех охватил меня. ― Мне нужно привести козу или что-то в этом роде?
Самодовольная ухмылка появилась на его лице. ― Иногда ты так восхитительно человечна, котёнок, ― сказал он, и улыбка стала еще шире. ― В вампирских браках приданое обеспечивает мужчина.
Я не смогла придумать, что сказать, кроме ― О.
― Если тебе это важно, я могу рассказать тебе о значительном приданом, которое ты получишь, выйдя за меня, ― сказал он, злобно добавив: ― Конечно, после того, как я найду романтический способ сделать предложение.
― Конечно, ― повторила я, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Я покачала головой. ― Но приданое?
― Это считается началом долга мужчины защищать свою жену, ― сказал он тихим голосом. ― Мы считаем своей священной обязанностью охранять и служить ей.
― Служить? ― Я облизнула нижнюю губу.
Его взгляд проследил за движением моего языка и задержался там. ― Что за грязные мысли, котёнок. Традиционно это означает уважать и исполнять ее желания как главы семьи, но я буду более чем счастлив служить тебе всеми возможными способами.
У меня поджались пальцы на ногах от его слов. Я была бы более чем счастлива позволить ему это, лишь бы можно было вернуть услугу. ― Мне не нужно никакое приданое. Я хочу, чтобы мы были равны.
― Такая решительная. ― Он провел большим пальцем по тыльной стороне моей руки, и по мне побежали мурашки. ― Моя мать полюбит тебя, как только даст тебе шанс.
― Сомневаюсь, ― пробормотала я. ― Может, я и волшебница, но… я девственница, помнишь?
Наступила тягостная пауза. Его голубые глаза метали молнии, а голос напрягся, когда он сказал: ― Да, это так.
Но под этими осторожными словами я услышала его голод. Возможно, мы пересмотрим наши планы, но я чувствовала, что его прежнее предложение остается в силе. Он был готов отбросить все свои опасения и прошлые обещания.
А я?
― Ты сказал, что некоторые Обряды ― это испытания, ― начала я, проводя большим пальцем по его руке. ― Что, если мы провалим один из них?
 
― Этого не произойдет. ― Его решимость не оставляла места для других вариантов. Я не могла не поверить ему.
― Будет… ― Я колебалась, крылья бабочки быстро бились в моей груди. У меня был вопрос, на который требовался ответ, но я также знала, что, если задам его, он начнет надеяться. ― Будет ли нам проще проходить испытания, если мы спаримся?
― Возможно. ― В его словах снова появилось напряжение. Его взгляд скользил по мне, словно он уже обдумывал способы, которыми планировал наслаждаться. Я едва не лишилась чувств, увидев, как он мечется в клетке, которую сам же и построил. Он мог вырваться из нее в любой момент, но не делал этого. Вместо этого он дал мне ключ.
Готова ли я использовать его?
― Я бы не хотела создавать проблемы. ― Я прикусила губу и на этот раз точно знала, на какую кнопку нажимаю.
Он так сильно сглотнул, что я услышала это. ― С тех пор как я тебя знаю, ты доставляешь мне одни неприятности, котёнок. ― Я начала протестовать, но он проигнорировал меня. ― Я думаю, возможно, тебе нравятся проблемы.
Было почти невозможно противостоять его ухмылке или едва сдерживаемому желанию, гудящему в его теле. Я тоже чувствовала это. Похоть. Это был провод под напряжением, натянутый между нами. Все, что для этого нужно…
― Будут ли проблемы, если мы появимся в Греции уже спарившись? ― прошептала я.
― Возможно. ― Его губы изогнулись.
― А если мы будем привязаны друг к другу? ― Я заставила себя спросить.
― Определенно, но я думаю, что у меня есть способ обойти это.
Я отшатнулась назад, услышав его откровение. ― И ты говоришь об этом только сейчас?
― Это неподтвержденная теория. Мы не узнаем, сработает ли моя идея, пока… ― Он сделал паузу, давая мне время осмыслить то, на что он намекал. Был только один способ проверить ее. Мы должны быть привязаны.
― Почему ты не сказал мне раньше? ― спросила я.
― Потому что я не позволю тебе принять это решение, основываясь лишь на надеждах и диких идеях, ― процедил он. ― Есть все шансы, что мы будем привязаны друг к другу навсегда. Я не хотел рисковать, что ты согласишься, потому что поверишь, что мы решим эту проблему. Я хотел, чтобы ты рассмотрела наихудший вариант развития событий.
Я моргнула, изучая ворчливого, упрямого, идеального мужчину, которого подарила мне Вселенная, а затем откинула голову назад и рассмеялась.
― Не уверен, как к этому относиться, ― хрипловато сказал он.
Слезы наполнили мои глаза, когда я радостно посмотрела на него. ― Прости, ― сказала я между приступами смеха. ― Просто меня осенило: пока ты беспокоишься обо всем… у тебя просто не будет времени найти романтический способ сделать предложение.
― Возможно. ― Нахальная ухмылка, которую я так любила, снова появилась. ― Может, мне стоит позвонить Жаклин.
― Хорошая идея, ― сказала я, хихикнув напоследок, прежде чем чувство внутри меня изменилось. Это был новый вид счастья, раньше мной не испытанный. Моя радость разгоралась и распространялась внутри, обволакивая мое сердце и проникая все глубже. Я чувствовала ее в своих костях, в своей крови, в самой своей душе.
Я медленно потянулась к нему, сжав пальцами его рубашку. Глаза Джулиана опустились на нее, а затем снова поднялись на меня. Но он не двигался. Он даже не дышал. И я знала, почему он оставался неподвижным, как и знала, чего он хочет от меня.
То, что он никогда не возьмет сам.
То, чему он изо всех сил сопротивлялся.
То, что можно только отдать.
Это зависело от меня. Это всегда зависело от меня. Теперь я это знала.
Этот жестокий, сильный вампир мог подчинить себе любую толпу. Я наблюдала за этим. Я видела, как другие реагируют на его силу. Я видела, как он ее использует. Он мог забрать жизнь. Он мог подарить ее.
Я не зря провела все эти годы, ожидая подходящего мужчину, который затащит меня в постель. Теперь я понимала, почему я не сделала этого раньше. Никто из них не был для меня предназначен.