Рогоносец (СИ)

Остались на ночлег на обжитом месте. Растянули один навес и две небольшие палатки поставили. Костёрик, еле тлевший за неимением топлива, кое как раскочегарили. Бин четверых выделил с повозкой и гнома к ним, чтобы не заблудились, на сбор всего, что могло гореть. Могли в этой степи гореть только чахлые деревца и кусты. Чтобы набрать топлива на всю ночь до этой ночи и собирать нужно. Остальным загорать кверху пузом Бин тоже не дал, отправил перегружать доспехи и оружие на другие телеги, чтобы всем лошадкам лихо досталось. Перетаскивание железа согрело застывших ветеранов лучше костра и гномьей водки, да ещё и топливо с водкой сэкономили. Вскоре над старичками пар стоял, даже ветром не сдувало. Посмотрев на эту благодать, Бин и сам решил согреться таким способом. Но… не получилось. Может быть, и получилось бы, но не получилось. Железо кончилось. Не назад же его перетаскивать на драконидские повозки. Пришлось греться у костра. Это на таком-то ветру, и у такого-то костра. Смех, да и только. Вот тут Бин и вспомнил о кристалле, выполнявшем насущные желания. Одно такое желание у него как раз появилось. Согреться. Он уже совсем было его произнёс, но тут увидел жмущихся к костерку Эльвиру, гному и эльфийку (это в кожаной-то рубашке) и желания самому согреться у рыцаря поубавилось. Нужно, как и полагается Соламнийскому Рыцарю вспомнить Кодекс и Меру, вспомнить о рыцарской чести и позаботиться о женщинах. Пришлось желание переменить. Необходимо, по зарез, топливо для большого костра. Напрягшись, Биновер произнёс это про себя, сжимая, камень зелёный в руке. 
- Эй, что расселись? Принимайте дрова, - из-за холма показался довольный Струдель с не менее довольным гномом, - На целую рощу сухих деревьев наткнулись. На всю ночь хватит. 
Бин с подозрением глянул на кристалл. Его это работа или нет? Кто мешал заготовителям час назад самим на эту рощицу наткнуться. Тем более, не после того, как Бин произнёс желание, а задолго до этого. Вот и думай, само это произошло или этот камешек может и в прошлом события изменять. Опять вместо разгадки сплошные загадки. 
- Помогайте, чего расселись? – вывел рыцаря из задумчивости Струдель, - Тепло ведь привезли, а не железо. 
Сказать, что Торбардин ждал и готовился к встрече бинова воинства, было бы преувеличением. Гномы холмов о Бине и слышать - не слышали, и видеть - не видели. Про эльфийскую принцессу они знали не больше, а то и меньше, чем про Бина. Хотя, вот бывает меньше, чем «ничего»? Конечно. Есть ещё – «ничегошеньки».
Город был обнесён невысокой каменной стеной. У южных ворот, с той стороны, где горы, были когда-то выстроены две деревянные башенки. Одну их них сожгли во время одной из Воин Копья, вторая рухнула от старости. Рухнула прямо на ворота за два дня до появления посольства Бина к эльфам Квалинести. Обрушив ворота, башня (или башенка) на этом не остановилась и качественно изнахратила подъёмный мост. Теперь его и поднимать не нужно было. Всё равно по нему проехать было нельзя. 
День накануне был выходной. Главы кланов по этому случаю не собрались, чтобы решить вопрос, что делать с воротами, мостом и самой башней (башенкой). Гуляли гномы. Кроме того, что день был выходной, так ещё и праздник. Назывался он буднично: «День середины зимы». Зима уже всем порядком надоела и отпраздновать хоть половину её окончания настроились все гномы от мала до велика (хм, велика). Гостей на праздник не ждали, а значит и ворота с мостами могли подождать. То есть, кроме этих самых сломанных ворот и такого же моста Бина с отрядом никто не ждал. 
Были когда-то в Торбардине и вторые ворота, со стороны холмов. Но защищать сразу двое ворот у гномов холмов силёнок не хватало и вторые ворота несколько десятилетий назад успешно изнутри засыпали. Засыпали, завалили камнями и поставили на этой куче небольшую сторожевую башенку. Кто не знал о том, что ворота ложные попадали под обстрел лучников и долбились в несуществующие ворота до поумнения или до истребления. 
 
У Бина в отряде был гном, местный уроженец и поехали они сразу к южным воротам. А там полное крушение надежд на сытый ужин, тёплый камин и мягкую кровать в гостинице громко именуемой «Королевство Дурана», которую Золотой Меч расхваливал весь последний день тяжкого путешествия по холмам. Тяжким оно и сразу-то было, но после того как чуть потеплело и дороги раскисли из-за небольшого потепления и тут же выпавшего дождя, стало оно вдвое тяжельше. Даже втрое. Себя тащи по раскисшей дороге, коня тащи и гружённую железом телегу волоки. Ужас. 
И когда уже все силы кончились, и осталась одна надежда на скорый отдых в «Королевстве…», тут-то и нарисовался сломанный вдоль и поперёк мост через ров. Сами ещё может быть, и переправились бы по руинам, но табун лошадей и полные драгоценного железа телеги по останкам моста не перетащить. Обосноваться лагерем прямо в двух шагах от тепла и уюта было тоже глупостью. Вот он заслуженный отдых, так нет, ночуй в чистом поле на голодный желудок.
Меж тем начинало смеркаться. В недоступном городе слышался гром барабанов и завывание труб – праздник был в разгаре. Бин нащупал волшебный кристалл в кармане и хотел было загадать желание о переброске всего отряда по другую сторону изнахраченных ворот, но вовремя отдёрнул руку, а вдруг там полно народу. Насколько было известно Бину, гномы недолюбливали магов почище самих соламнийских рыцарей. Магией гномов была механика и кузнечное дело. Пришлось позвать гнома и для начала пообсуждать сложившуюся ситуацию. 
- Дня два, скорее всего, придётся сидеть, - отодвинул ещё на день обретение уюта Золотой Меч. 
- Почему не завтра? – удивился и расстроился Бин. 
- Завтра все будут спать до обеда, потом пол дня совещаться, какому клану восстанавливать мост, а какому чинить ворота, - резонно заметил за гнома знаток их обычаев Вой старший. 
- У нас куча денег. Могли бы мы сами нанять несколько гномов, чтобы они починили мост? – наивно поинтересовался будущий граф.
- В праздник «Середины зимы»? – скривился гном. 
- Так что же делать? – в конец отчаялся рыцарь. 
- Разбивать как можно быстрее здесь лагерь, - повторил своё предложение Золотой Меч. 
- Схожу я на разведку, - немного подумав, решил всё-таки Бин. 
Сходить не получилось. Получилось сползать. Одна из досок откидного моста была почти цела. Идти по ней было страшно. А вот ползти вроде как можно было. Бин долго стягивал с себя железо и кожу (чужую), (свиную). Доски были не гнилые, но и не целые ведь. Более того, падая и ломаясь они приобрели извечное свойство, к которому ползуны по доскам испытывают некоторое недоброжелательство. Они утыкались занозами. Одни занозы были махонькие, другие обычными, а третьи, вообще, были не занозами, а занозищами. Все три разновидности немедленно вонзились ползуну в живот, под задравшуюся специально рубашку. В сговоре с занозами свои рубашки Бин подозревал ещё в глубоком детстве, как ни полезет куда по занозистой поверхности, рубашка сразу задиралась и отдавала живот на растерзание занозкам, занозам и занозищам. Почему бы этому разу быть исключением. Он и не стал. Чего ради. К середине моста Бин изодрал пузо в кровь и решил остановиться поправить рубашку. Остановился. Поправил. Раненая доска не выдержала всех этих извиваний и сломалась. С ужасным треском сломалась. 
Делать в заполненном нечистотами, пиявками и дохлыми кошками рву будущему графу было нечего. Он схватился за обломки соседней доски, та его держать отказалась, он перехватился за другую, та подумала, потрещала рассержено на графа (возможно) и тоже переломилась. Бин уже летя в ров, всё же успел сунуть руку в карман, нащупать кристалл и представить себя в шаге от ворот. 
 
Представлял всё это он очень тщательно, опасаясь возможных недоразумений с гномами, недолюбливающих магов. А вот падал он гораздо быстрее. Магия сработала. Бин и не сомневался в целом. Почти уже раскусил зелёный кристалл. Он стоял перед воротами, ровно в шаге и …
Бин стоял в шаге от ворот и по нему стекали все те нечистоты, что годами и десятилетиями накапливались во рву. Овражный гном выглядел лучше Биновера, что там выглядел, он и пах гораздо привлекательнее. Липкая склизкая жижа и стекать-то особенно не хотела. Так, какими-то ошмётками соскальзывала с одежды и с чавканьем хлюпалась о камни, коими была вымощена площадь перед воротами. Вляпался Бин в ров по самое «не хочу». Вляпался по шею. Выляпался, можно сказать, вовремя, ещё бы чуток и хлебнул грязи полным ротом. От такого невезения, не оттого, что не хлебнул, а оттого, что вляпался, Бин окончательно утратил охоту появляться волшебным образом перед гномами. Ещё и пузо зудело от нахватанных заноз. Полный крах всем радужным надеждам с коими подъезжали к столице гномов холмов.