Узнай меня (СИ)
— За что пьем? — уточнил он.
— За взаимопонимание!
Она торжественно подняла бокал, хрусталь мелодично звякнул, соприкоснувшись боками. Восторженно понаблюдала за игрой пузырьков в вине, прикрыла глаза, смело отхлебнула большой глоток и… незамедлительно выплюнула обратно. Частью в бокал частью на хозяина дома.
— Ох, простите, — сконфузилась она, прикрывая рот — Гадость какая!
Урмэд невозмутимо вытер лицо рукавом и запрокинув голову, засмеялся — не мстительно — весело.
— Оно пропало, испортилось? — вытирая рот возмутилась Иэнель, рассматривая дату розлива на бутылке.
— Нет, — отдышался дайн, — Оно само по себе такое. Его делают из дангурских колючек, разбавляя сок морской водой с добавлением белого перца. У дангуров такое вино называется Лагас, а настоянные колючки на обычной воде — Миога. Миога как правило мягче Лагаса.
И только тут Иэнель действительно почувствовала, что рот жжет!
Она заметалась, заглядывая в пустой графин, смешно высунув язык, замахала руками.
Урмэд знал, что она притащит это пойло, поэтому извлек из-под кушетки початую бутылку красного вина. Забрал у нее бокал, вылил остатки «Флёра» и налил своего.
Пережидая, когда девчонку отпустит, принялся рассказывать.
— Я когда-то тоже купился как пацан, да пацаном и был… — усмехнулся он, — Но потом вы поймете вкус. Его надо пить, закусывая лимоном с сахаром и листиками перечной мяты.
Отдышавшись, Иэнель с подозрением посмотрела на красивую бутылку и плотно закупорила. Мысль о том, где мальчишка, да притом дайн мог пить столь дорогой напиток, осталась на втором плане. Опять поняла, что ужасно глупо выглядела, когда заказывала его Нейдану.
— Вряд ли я когда-то пойму этот вкус, — буркнула она, прополаскивая вином рот и горло.
— Не зарекайтесь.
Они устроились в углах длинной кушетки и с наслаждением тянули густое, сладковатое вино. Солнце садилось за горы одаривая последними теплыми лучами.
— Кстати, вы наши в библиотеке то, что искали? Не подумайте, что я подсматривал, просто дверь была приоткрыта. Увидев вас полностью поглощенной поисками, не стал мешать.
Иэнель смутилась.
— Нет, не нашла.
— Библиотека большая, может вам что-то подсказать?
— Не стоит. Думаю, ответов на мои вопросы нет в ваших книгах.
— А что икали, если не секрет.
Иэнель вздохнула. Может уже пора? Так искусно притворятся просто нельзя. Тем более, он спас ее сегодня. Уж на откровенность он может и должен рассчитывать.
— Я в смятении.
Дайн удивленно поднял брови отчего шрам на лбу стал еще заметней.
— Абсолютно запуталась на ваш счет, — Иэнель нахмурилась, смешно закусив нижнюю губу.
Урмэд наконец понял, что она искала и усмехнулся.
— А почем у бы не удовлетвориться словами вашего отца? Почему бы просто не пожить здесь спокойно две недэи, а потом вернуться домой и благополучно забыть. Зачем вам эти знания? Мы вряд ли когда-то ещё увидимся, так что думаю, интерес на мой счет абсолютно излишний. Тем более, за меня говорят действия. Я хоть раз был с вами груб, обидел вас?
Иэнель отрицательно качнула головой.
— Я не могу доверять тому, о ком ничего не знаю. Тем более вы — дайн! Иэнель выразительно посмотрела на него, показывая всем своим видом, что именно это первопричина и корень конфликта.
— Вы были в числе налётчиков, и явно знали, что засада именно на меня. Спасли мне жизнь, и перебили почти всех дайнов, что пришли с вами. Вы разговариваете с отцом как с равным, а это не многим позволено. Знаете магию айнов, одеваетесь как айн, живете как айн, но выглядите как чистокровный дайн….
Она стрельнула глазами в его сторону, стараясь прочесть реакцию по выражению лица, но Урмэд с отсутствующим взглядом смотрел вдаль. Его лицо не отражало ни единой эмоции.
Вздохнул.
— Это принцип или просто любопытство?
— И то, и другое, — улыбнулась она.
— Мне надо посоветоваться с вашим отцом. Если он даст «добро», то так тому и быть.
***
16 день девятого месяца Листеня.
Комната была светлая, просторная, окнами выходящая на геометрически-выстриженные деревья парка и небольшое зеленое озеро. Вдалеке, за прямоугольной, уходящей в горизонт площадкой парка и коническими верхушками кипарисов, лазурью блестело море.
У круглого белого стола, заставленного разнообразными закусками на ступенчатых тарелках, вином и фруктами, сидели двое.
— Зачем меня опять позвали? — одышливо фыркнул Офлейф, — Я свою позицию не изменю и участвовать в этом балагане не намерен. Оставьте наконец меня в покое.
Хозяин поместья ухмыльнулся, и закинув в рот оторванную от кисти крупную виноградину, хитро прищурился.
— Тебя позвали не для того, чтобы уговорить, а для того чтобы поговорить.
Офлейф тяжело вздохнул. Кажется, он начал догадываться — о чем именно. И с философской грустью подумал, что иногда, самые темные дела замышляются в самых светлых комнатах.
Воздух у двери тихо треснул и в образовавшейся портал вошел еще один приглашенный.
— Здорово, Кейран! — вставая, поздоровался Отард, — Рад видеть.
Перегнувшись через стол, Кейран пожал руку Офлейфу.
Мужчины расселись в кресла.
Офлейф удивился, ведь он ожидал увидеть никак не Кейрана, а Лайна, который тоже отказался содействовать Эндвиду. Сдержанно поздоровался.
Правитель Морвуда по-хозяйски налил себе вина, наложил закусок в тарелку и подняв кубок, ни с кем не чокаясь, выпил залпом.
— Подкрепился, можем начинать? — ухмыльнулся Отард.
— Да, у меня сегодня зверский аппетит, — пережевывая сразу две тарталетки с утиным и грибным паштетом, улыбнулся Кейран.
Офлейф иронично фыркнул. После «Белого забвения» всегда хороший аппетит. А темные круги под глазами молодого лорда говорили о разгульно проведенной ночи и обильном его употреблении. Уж ему ли не знать.
— Так какая у нас повестка дня? — складывая руки на объемном животе, любопытно наклонив голову на бок, поинтересовался он.
Кейран как раз дожевал, еще раз запил, вытер рот салфеткой и откинувшись на спинку кресла, сыто рыгнул.
— Я думаю, что затея Эндвида никуда не годится и мы, как адекватные и радеющие душой и сердцем за будущее Айданара лорды, должны что-то с этим сделать.
— Но на совете ты был «за», — спокойно парировал Офлейф, — Что изменилось?
— Моё «за» вовсе не моё, к сожалению, — нахмурился он, — На меня давит малый совет лордов всей провинции Морвуд, а они — эти старые пердуны (за очень редким исключением) благоговеют пред Эндвидом. Последнее происшествие с похищением его дочери доказывает, что он больше не может контролировать ситуацию. Даже собственную дочь уберечь не смог. Он ослаб, состарился, потерялся в бешенном ритме этой жизни и не может принимать адекватных решений. Вспомнить хоть его последнее заявление о дружбе с дайонаром. Бред! Мы без всяких там «союзников» можем поднажать и разбить их наголову, — фыркнул Кейран, — Айданару нужна новая кровь, новый правитель. Этот изжил себя.
— Например, молодой и более активный типа тебя? — усмехнулся Офлейф.
— Ну почему же? Это может быть и Отард, — парировал Кейран, указав на хитро ухмыляющегося друга — Он на тридцать вёсен моложе Эндвида и вполне может управлять ситуацией с большей, так сказать, пользой. Да и опыта ему не занимать. Командовал тысячей в последней Красной Войне. Знает о серых ублюдках больше, чем, например, я или ты. Их давно пора вырезать под корень и расширить владения на север. А те, кто останутся, будут служить нам. Вот и вам и экономические выгоды, и интеграция населения, — зло ухмыльнулся он.
— Хорошо, я-то вам тогда зачем? — регент пожал плечами и качнул головой, — Я не великий воитель и покоритель дайнов Мне осталось подождать полторы весны, и я стану полноправным правителем Озерного Леса, независимо от того, кто правит Айданаром. Логичней вам заручиться поддержкой Лайна из Бейфала, он тоже голосовал «против».