Тень и искры

– Сколько ей лет?
– Исполнилось четыре несколько недель назад. Она самая младшая. Риверу – дракену, которого ты видела с Лейлой, – десять лет.
Она вскочила на стол, и Эш вздохнул.
– Джадис, ты же знаешь, что нельзя ходить по столу.
Маленькая дракенка повернула голову к Первозданному и издала негромкую трель.
На лице Эша заиграла улыбка.
– Слезай.
Я вытаращила глаза, а дракенка топнула задней лапой и пронзительно вскрикнула.
– Джадис, слезай со стола, – повторил Эш терпеливо и ласково.
Дракенка вздохнула и слетела вниз. Над краем стола взметнулись шипастые крылья, и она издала раздраженный звук.
Эш рассмеялся.
– Ну иди сюда, маленькая негодница.
Джадис соскочила со стула, и ее когти застучали по каменному полу. Эш наклонился и протянул руку.
– Она еще не умеет летать, – пояснил он. Джадис запрыгнула ему на руку, а потом на колени. Она издала трель, и ее взгляд прилип к тарелке с беконом. – Пройдет еще несколько месяцев, прежде чем она сможет удерживать свой вес в воздухе. Ривер только учится летать.
Я смотрела, как он берет ломтик бекона.
– Ты понимаешь их, когда они в этом облике?
– Я достаточно с ними общался, чтобы понимать, – пояснил он, а Джадис принялась радостно жевать. – Первые шесть месяцев жизни они проводят в облике смертных, а потом в первый раз обращаются и обычно первые несколько лет остаются дракенами. Это не значит, что ты не увидишь их в смертном облике, но мне говорили, что им удобнее быть дракенами. Они взрослеют подобно богам или Первозданным – первые лет восемнадцать живут как смертные. Но все это время в облике дракенов они стремительно растут. За несколько лет они почти достигают размеров Одина, а к восемнадцати становятся как Нектас.
Трудно было представить, как это маленькое существо, поедающее бекон, может вырасти до размеров огромного дракена, который приветствовал нас на входе в Страну теней. Я подумала о Давине.
– Как они могут из человека превратиться в существо величиной с Нектаса? – Я сдвинула брови. – Разве что он и в человеческом облике немыслимо крупный мужчина?
– Он примерно как я, – ответил Эш. То есть большой, но не сравнить с дракеном. – Ты можешь подумать, что это болезненно, но мне говорили, что превращаться – словно снять слишком тесную одежду.
Конечно, тут не обходится без первозданной магии.
– Сколько они живут?
– Очень, очень долго.
– Долго, как боги?
– Некоторые – да. – Он окинул меня взглядом. – Они плохо размножаются. По крайней мере, мне так говорили. Потомство у них может не появляться столетиями.
Столетиями.
Я откинулась на спинку стула и тяжело сглотнула.
– Хватит. – Эш отодвинул от Джадис тарелку, когда она попыталась ее схватить. – Нектас сожжет меня заживо, если узнает, что я кормил тебя беконом.
– Нектас ее отец?
– Да. – Его голос посуровел, а Джадис подняла голову и посмотрела на него. – Ее мама умерла два года назад.
У меня сжалось сердце при мысли, что такое маленькое существо осталось без матери.
Джадис опустила голову, и ее яркие кобальтовые глаза заглянули в мои. Она загудела, подняв крылья.
– Она хочет к тебе, – сказал Эш. – Ты не против?
Я быстро кивнула, и Эш опустил дракенку на пол. Она торопливо подбежала ко мне и встала на задние лапы.
– Что мне делать?
– Просто протяни руку. Она ухватится, не цепляясь когтями. К счастью, она уже переросла этот этап, – добавил он, что-то пробормотав себе под нос.
Ух!
Я сделала, как сказал Эш, и Джадис без промедления схватила мою руку. Я ощутила давление холодных лап, пока она взбиралась по руке и запрыгивала мне на колени.
Дракенка уставилась на меня.
Я – на нее.
Она что-то проблеяла и хлестнула меня по ноге хвостом.
– Можешь ее погладить. Это не змея, – тихо сказал Эш.
Я взглянула на него. Он приложил два пальца к уголку рта. Конечно, он не забыл, как я отреагировала на змей.
– Ей нравится, когда ее чешут под челюстью.
Надеясь, что она не примет мой палец за что-нибудь вкусное, вроде бекона, я приложила палец под ее челюсть. В том месте, где, как полагала, когда-нибудь вырастет оборка вокруг шеи, выпирали чешуйки. Дракенка сразу сложила крылья и закрыла глаза.
 
Я улыбнулась, испытывая легкое благоговение перед этим существом.
– Все еще не могу поверить, что вижу дракена, прикасаюсь к нему, – призналась я и улыбнулась шире, когда она наклонила голову. – Я читала о них в исторических хрониках и видела рисунки. Но там всегда писали о драконах, а не о дракенах, и вряд ли многие верили, что драконы в самом деле существовали. Если честно, сомневаюсь, верила ли я.
– Наверное, это к лучшему, – заметил Эш. – Не думаю, что они прожили бы долго в царстве смертных, ни в облике дракена, ни в человеческом.
Я кивнула. Смертные склонны уничтожать существ, которых прежде не видели или боятся. Шейка Джадис завибрировала под моим пальцем.
– У меня есть вопрос, который, как мне кажется, неприлично задавать при ней.
Эш негромко рассмеялся.
– Не терпится услышать.
Лучше бы он не смеялся. Мне слишком нравится его смех.
– Они едят?.. – Я показала на себя свободной рукой.
Он улыбался.
– Они по натуре охотники, поэтому едят почти все – в том числе смертных и богов.
– Чудесно, – пробормотала я.
– Тебе не стоит об этом волноваться. Нужно очень сильно разозлить дракена, чтобы он захотел тебя съесть. Мы вовсе не такие вкусные, какими себя считаем. Видимо, слишком много костей и мало мяса.
– Ну, тогда хорошо. – Я улыбнулась, а Джадис прижалась головой к моему пальцу. – А как они тебя охраняют?
Эш несколько мгновений молчал.
– Они знают, когда Первозданный, с которым они близки, ранен. Могут это чувствовать. Они защищают Первозданных в определенных ситуациях.
– В каких ситуациях?
Эш допил виски.
– Если в дело не замешаны другие Первозданные. Им запрещено нападать на Первозданных.
– А… Нектас знал, что я сделала тогда, в царстве смертных, когда ты без предупреждения подошел ко мне?
– Ты имеешь в виду, когда ударила меня в грудь кинжалом? – ухмыльнулся он.
– Не знаю, почему ты улыбаешься.
Его глаза изменились. В них не стало бурлить серебро, но они посветлели до оттенка олова.
– Твое нежелание говорить о том, что ты сделала, дает мне маленькую надежду не опасаться новой атаки.
– Я бы не стала слишком полагаться на это убеждение, – промолвила я и тотчас пожалела, что не подумала, прежде чем говорить, – по многим причинам.
Однако он рассмеялся, и его реакция меня позабавила. А еще я почувствовала что-то похожее на стыд.
– Да. Нектас знал: что-то произошло, – ответил он, и мое сердце заколотилось. – Но он почувствовал, что рана несерьезная.
– Я ударила тебя…
Джадис подтолкнула мою руку, потому что я перестала гладить. Я опять принялась ее почесывать.
– Просто небольшая рана.
– Просто небольшая рана? – оскорбилась я.
– Если бы тебе удалось ранить меня серьезно, Нектас пришел бы за мной.
– Даже в царство смертных?
– Даже туда.
Хвала богам, что я ранила Первозданного несерьезно. Иначе я превратилась бы в кучку пепла.
– А как он это чувствует?
– Он связан со мной. – Эш помолчал. – Все местные дракены связаны со мной. Точно так же, как дракены из других дворов связаны со своими Первозданными.
Я сглотнула при этом новом подтверждении, что не выживу.
– Мне и правда нужно лучше сдерживать гнев.
Эш рассмеялся.
– Ну, не знаю. Твой гнев…
– Если ты назовешь его забавным, я точно потеряю контроль.
Его ответная улыбка пробудила чувство, которое, я надеялась, он не сможет сейчас ощутить.
– Я хотел сказать – интересный.
– Не уверена, что это лучше. – Я продолжала почесывать шейку Джадис, отбросив тревогу. – Я ничего не знаю насчет связей.
– Конечно, не знаешь. Смертным ни к чему об этом знать. – Прошла пара секунд. – Она не такая страшная, как ее отец, правда?