Смертельная ночь (ЛП)

— В таком случае, я рада, что оставила гранаты дома, — сказала я, — но разве ему не следует удалить клыки? — я указала на Отто.
Вампир нахмурился.
Кейн пропустил шутку мимо ушей.
— Какой приятный сюрприз, мисс Клей. Не ожидал увидеть вас здесь.
— Думаю, вы знаете Отто Висконти.
— Да, привет, Отто.
— И я узнал этот голос, — сказал Отто. — Привет, Кейн.
Отто мгновенно перехватила два вампира, которые, казалось, были поражены и обрадованы увидеть его вне своих четырех стен.
Кейн бросил на меня любопытный взгляд.
— У вас свидание на похоронах?
— Он не мой парень. Мы приехали вместе, поскольку он слеп и слишком маленького роста, чтобы видеть поверх руля.
— Он знал Даймонда?
— Что за вопросы? Люди приходят на похороны. Это нормально.
— Он не человек. А вампир.
Я обвела рукой толпу.
— Как и половина присутствующих на похоронах. Почему это имеет значение?
— Ладно. Он вампир, который обычно не общается ни с кем.
— Не делайте из этого проблему. Если вы заставите его чувствовать неловкость, он замкнется в себе.
— Я бы и не подумал, что вы двое так подружитесь. Возможно, у вас с Даймондом еще сложились бы отношения, если бы он остался жив.
— Теперь мы никогда не узнаем, — сказала я с притворным сожалением.
Кейн слегка приподнял подбородок.
— Мне нравится ваше платье. Оно вам идет.
— Спасибо. — учитывая его реакцию на присутствие Отто, я не стала упоминать, что одолжила наряд у вампира.
— Джозефина наблюдает за процессом из скрытного места, — сказал он. — Она хочет посмотреть, сможет ли установить личность виновного.
— Она считает, что убийца Даймонда явится на похороны? Это дерзко.
— Если это сделал другой убийца, то такое возможно. Появились бы сомнения, если он не придет.
— Все ли члены гильдии присутствуют и допрошены? — спросила я.
Кейн молча пересчитал головы.
— Да.
Я понизила голос.
— Вы ведь на самом деле не верите в то, что это сделал кто-то из ваших, да?
— Не верю, но должен предупредить вас, что пара членов гильдии убеждены в вашей причастности.
Я чуть не рассмеялась.
— Я?
— Это не так уж и притянуто за уши. Вы были так расстроены его вторжением, что явились на собрание гильдии и высказали угрозу.
— Это было не угрозой. А всеобщим объявлением.
— Наемные убийцы не так рассудительны, как обычные люди. Они слышат угрозу, когда кто-то спрашивает о стоимости щенка в витрине магазина.
— Звучит как «их» проблема.
Он наклонился ближе.
— Я предупредил их, чтобы они оставили вас в покое, иначе будут отвечать передо мной.
Я медленно отодвинулась.
— Нет нужны сражаться за меня. Я сама на это способна.
Кто-то начал трезвонить в колокольчик у могилы, заставляя скорбящих подойти ближе к гробу.
Отто уже пристроился рядом с блондинкой среднего роста, у которой пара лишних килограммов в районе талии. Похоже, вампиру нравились определенные женщины.
Я отодвинулась от Кейна, чтобы встать между Гюнтером и Кэмрин, когда началась служба.
— Все знали, что этот день настанет, — сказал Гюнтер как ни в чем не бывало.
— Потому что он был убийцей? — спросила я.
Ган посмотрел на меня.
— Потому что он был ослом.
— Вселенная не всегда так справедлива, — заметила я, поскольку знала множество придурков, которые прожили длинные, здоровые жизни.
— Если бы Чарльз планировал лучше, на нас бы сейчас не нападали убийцы, — прошептала Кэмрин.
— Вряд ли можно винить мага за то, что он не знает дату своей смерти, — бросил Ган. — Ни один экстрасенс в этом не поможет.
— Он мог бы назвать имя своего приемника в завещании, — парировала она. — Избавить нас от лишней головной боли. — Кэмрин взглянула на меня. — Двадцать мест гильдии крайне желанные среди убийц из-за привилегий.
— Оружие лучше? — спросила я, наполовину шутя.
— Неприкосновенность в Фэрхейвене. Недосмотр Салливана. — Кэмрин встряхнула коробочку с конфетками, прежде чем ее открыть. — Знаю, может показать иначе, но мы элитная группа. Количество ограничено двадцатью.
— Если членство настолько элитно, удивительно, что его можно передавать другим, — сказала я.
 
Ган пожал плечами.
— В любом случае состоится голосование, но преемственность лучший выход. Чарльз отказался назвать имя своего продолжателя, вероятно, потому что нравилось, когда ему с надеждой целовали задницу.
— Обычно это кто-то из членов семьи, — заявила Кэмрин. — Но Чарльз был последним в своем роду.
Род, который по словам Даймонда, начался с создания La Fortuna много веков назад.
И теперь его место вакантно.
Я стояла рядом с большой группой сверхъестественных, не в силах рассмотреть основную группу скорбящих. Учитывая количество присутствующих, я могла заметить, что сила и влияние гильдии простирается далеко, широко и очень глубоко.
Судя по словам Кэмрин, сюда придут все, кто хоть что-то из себя представляет. Я наблюдала, как они боролись за место в надежде встретиться с каким-то влиятельным членом гильдии, кто бы мог замолвить за них словечко.
Кейн, казалось, стоял в стороне от остальных. Возможно, он внушал им благоговение, чтобы подойти ближе.
Или слишком пугал.
Наши взгляды встретили, и он кокетливо подмигнул, но я отвела взгляд. Я допускала наличие вмятин на своих стенах, но эти стены находились не в Замке. Мне нужно их укрепить, желательно после того, как закончится ситуация с Корпорацией. Принц ада мог бы пригодится — я не могла позволить себе оттолкнуть одного из моих единственных потенциальных союзников в городе, по крайней мере, до того, как закончится нынешний кризис.
Чем дольше я стояла, тем сильнее вид на такое количество убийц выводил меня из себя. Неудивительно, что оружие здесь под запретом. Напряжение было бы невыносимым.
— Держу пари, его карты Таро — потрясающий антиквариат, — прошептала Кэмрин. — Жаль хранить их вместе с ним.
— Зачем их хоронить вместе? — спросила я.
— Потому что больше никто не сможет ими воспользоваться. Магу нудно устанавливаться связь с картой, чтобы ее активировать, а это сложнее, чем кажется.
— Слишком много возни, когда можно воспользоваться пистолетом.
Гюнтер фыркнул.
— Карты — вид искусства. Пистолеты для приматов.
Кэмрин ахнула.
— Вон здесь.
Я проследила за ее взглядом, пока не наткнулась на квадратную челюсть. Он выглядел смутно знакомым.
— Он был на собрании?
Ган кивнул.
— Удивлен, что он оторвался от рулетки настолько долго, чтобы присутствовать здесь.
Кэмрин не сводила глаз с его квадратной челюсти.
— Ты слишком строг к нему.
— Он недостаточно строг к себе. Я лишь завершаю начатое.
Кэмрин улыбнулась.
— Ты просто ревнуешь к его изящным чертам лица.
Ган бросил на него восхищенный взгляд.
— Ты не ошиблась. — он потер свой собственный подбородок. — Если бы только для этого существовала карта.
Кто-то в толпе на них шикнул.
— Шикатель прав. Сосредоточься на службе, а не на своих мечтах, — тихо посоветовал Ган. — Сейчас мы чтим память погибшего, каким бы придурком он ни был.
Мы все замолчали, но ненадолго. Кэмрин чихнула, и этот звук прорезал тишину словно будильник.
— Ты думала о Воне, не так ли? — лукаво спросил Ган.
Кэмрин не отрывала взгляда от происходящего.
— С чего ты так решил?
— Потому что ты чихнула. Ты всегда чихаешь, когда испытываешь сильные эмоции.
Она косо на него посмотрела.
— Нет.
— Ты уже представляешь день своей свадьбы? Придумала имя детей? Поставила точки на е в своем имени в виде сердечек?
— В моем имени нет ё. — она вновь чихнула.
Ган не смог удержаться от торжествующей улыбки.
— Вы двое определенно родственники, — заметила я.
Я попыталась сосредоточиться над остальной частью службы, но стояла слишком далеко, чтобы как следует расслышать.