Любовь и полный пансион (СИ)

Услышав об этом, я обвела почетных горожан растерянным взглядом, затем принялась их благодарить – на что мне стали хлопать в ответ. Но аплодисментами дело не ограничилось – мэр вручил мне символический чек с тремя нулями, который с торжественным видом внес на сцену секретарь.
В буквальном смысле вручил – сунул мне в руки объемное пресс-маше в виде разукрашенного чека. Оно оказалось настолько тяжелым, что я с трудом его удержала.
Затем Оуэн Хейз вскинул руку, потребовав тишины, и зал стих, а мэр уставился на меня выразительно – судя по всему, пришло мое время произнести благодарственную речь.
И я, пусть и немного запинаясь, ее произнесла.
Если первые несколько фраз вышли у меня так себе, но потом я заговорила вполне уверенно.
Сказала, что все мы люди, и каждому из нас не чуждо сострадание и любовь к ближним. И еще – что я сделала именно то, что сделал бы любой житель Монрея, окажись его дом в такой же близости к Королевскому Госпиталю, как мой «Охотничий Уголок».
Затем добавила, что приложу все усилия, чтобы пациентам, которые окажутся в моем доме, был обеспечен максимальный уход и комфорт. Но жители Монрея должны знать: то, что я сделала и делаю, не имеет никакого отношения к деньгам, хотя мне приятно их получить. Отказываться от чека я не стану, но и сейчас, и в будущем госпиталь и город могут на меня рассчитывать.
Наконец, добавила, что несказанно благодарна за оказанную мне честь, но теперь, раз уж я получила не только деньги, но еще и доверие горожан, мне нужно как можно скорее вернуться домой.
У меня скопилось слишком много дел. О нет, я не стану обо всех упоминать, чтобы не утомить присутствующих…
Но все же не удержалась и заговорила о судьбе старых охотничьих трофеев, которые перекочевали из вестибюля сперва в слесарную мастерскую, а потом в прачечную, потому что Джаспер затеял ремонт мебели, и теперь я понятия не имела, что с ними делать.
Если только сжечь, но говорить об этом я не стала.
Вместо этого рассказала, как мы не совсем удачно запустили фонтаны и что Магический Контроль – тут я все-таки не удержалась от маленькой мести – перепутал адрес моего дома с гостиницей господина Мольена.
Наконец, добавила, что большую часть заботы о больных на себя возложили сестры из Ордена Святой Виргилии, у которых свой собственный взгляд на лечение. Но их методы, а также доброта и любовь к ближним, несомненно, работают, как и молитвословы, которые монахини раздают направо и налево.
В зале раздались смешки, и я поняла, что разрядила обстановку и моя речь пришлась собравшимся по душе. Но пора было и закругляться, поэтому я сказала, что мне стоит со всеми попрощаться.
Я не могу оставить своих гостей на слишком долгое время, потому что боюсь, как бы некоторые из них окончательно… гм… не споили моего старенького привратника.
Из зала послышался смех, и я решила, что на этом все, можно и откланяться.
Но напоследок все-таки добавила, что открыть бал со своим сопровождающим – лордом Айданом Костиганом, замечательным боевым магом, – я не смогу.
Но в следующий раз – если меня, конечно, пригласят! – я почту за честь. Сегодня же, уверена, найдутся другие кандидаты, кто подхватит, так сказать, выпавшее знамя их моих рук.
Произнеся это, я многозначительно уставилась на вошедшую в зал леди Эйвери Иссан в белоснежно-бриллиантовом наряде – великолепную настолько, что даже на сцене у меня захватило дух. Не только у меня – собравшиеся поворачивали головы, привычно задерживаясь на ней взглядами.
Впрочем, леди Иссан интересовал только один человек – она уверенно направлялась к герцогу Суэсскому, и у меня не было ни малейших сомнений в том, что именно эта прекрасная пара откроет сегодняшний бал и, несомненно, станет его украшением.
А то, что герцог уставился на леди Иссан, словно на ядовитую змею, – мало ли, что мне показалось со сцены?!
- Мне нужно идти, – негромко сказала я мэру, улыбнувшись приближающемуся Айдану, и Оуэн Хейз понятливо кивнул, заявив, что раз уж такое дело, то он не станет меня задерживать.
 
Тут, сказав что-то резкое Эйвери Иссан, со своего места поднялся еще и герцог Суэсский и тоже направился к сцене.
Ну вот что ему неймется, подумала я тоскливо, поняв, что идет он по мою душу.
Зачем ему нужно так старательно отравлять мне жизнь?!
- Конечно же, мисс Дорсон! – вполне благожелательно произнес мэр. – Я все понимаю – постояльцы, заботы, хлопоты…
Я покивала.
- Эта сумма, мисс Дорсон, – мэр покосился на внушительного размера чек в моих руках, – лежит на счету, открытом на ваше имя в Центральном Банке Атрии. Вам стоит явиться в их главный офис на Династической улице и подтвердить свою личность. Тогда вы получите доступ к деньгам.
- А это, – я потрясла увесистым пресс-маше, – мне тоже принести с собой?
- Нет же, мисс Дорсон! – усмехнулся Оуэн Хейз. – Вам оно больше не потребуется. А вот паспорт с собой возьмите, его вполне хватит.
Кивнув, я повернула голову, потому что заслышала позади себя шаги. Понимала, что Рэнделл Корнвей и проблемы, которые он олицетворял, не заставят себя долго ждать.
Не заставили – они были уже близко.
- Робин, – подойдя, начал герцог, и Оуэн Хейз, почтительно откланявшись, нас оставил, – признаюсь, я слабо понимаю, что происходит, но меня не оставляет ощущение, что между нами закралось недопонимание. Произошла досадная ошибка...
- Ну что вы, ваша светлость! – отозвалась я вполне любезно. И даже улыбку из себя выдавила. – В чем же тут может быть непонимание? Ваши письма полностью прояснили ситуацию.
- Робин…
- Но я теряюсь в догадках, – перебила его. Пусть это было и довольно невежливо, но я больше не смогла себя сдержать. – Быть может, вы это считаете ошибкой?! – с этими словами я впихнула ему в руки несуразное папье-маше, и Рэнделлу Корнвею ничего не оставалось, как только взять гигантский чек. – Может, вас тревожит то, что кто-то из Дорсонов получил от города столь дорогой подарок, потому что мы этого не заслужили?! Ну что же, я уверена, что в ваших силах все переиграть. Ничего, уж как-нибудь обойдусь и без этих денег!.. Никто в моем доме не останется голодным, милорд, я об этом позабочусь!
- Робин! – вновь выдохнул он. – О чем ты вообще говоришь?! Какие деньги?! Я ничего не понимаю…
Вот и я тоже не понимала причину его растерянного вида.
Ничего не понимала, кроме того, что после собственных слов стало больно и обидно до невозможности. Поэтому, кинув взгляд на такого же растерянного мэра, который пусть и стоял в сторонке, но тоже ничего не понимал, потому что все прекрасно слышал, я попросила подоспевшего Айдана как можно скорее увести меня домой.
- Прошу вас больше никогда меня не беспокоить, – вот что напоследок сказала я герцогу Суэсскому.
И раньше, чем он снова меня побеспокоил, Айдан распахнул портал. Я же, кинув последний взгляд на Рэнделла Корнвея, первой шагнула в синее магическое кольцо.
Айдан не отставал, и в следующую секунду мы с ним стояли где-то на другом конце площади возле мэрии.
- Защитные заклинания на здании, – пояснил маг. – Дальше пробить не смог. Хорошо, хоть вообще удалось открыть портал!
Затем он распахнул новый, и через несколько переходов мы оказались возле ворот «Охотничьего Уголка», а потом уже и на крыльце.
Именно там Айдан развернул меня к себе. Попытался обнять, но я не далась.
Покачала головой, с трудом сдерживая слезы. Неужели он не понимает?!
- Не надо! – сказала ему. – Не стоит портить хорошую дружбу попыткой завязать отношения, из которых все равно ничего не выйдет. Прости, но я не могу...
 
Маг уставился на меня, и в его глазах я прочла… сочувствие.
- Тебе нужно время, – кивнул он, – ты уже об этом мне говорила. Но скажи, Робин, что произошло между тобой и герцогом Суэсским?
- Ничего, – отозвалась я. – Между нами ничего не произошло, потому что нас не существовало и в помине. Дело в том, что мой дядя был не самым примерным гражданином Атрии, поэтому, когда все открылось, отношение ко мне в обществе резко переменилось. Вот и герцог Суэсский тоже... – Вздохнула. – Быть может, ты слышал об Итоне Дорсоне, который сумел несколько раз с выгодой предать родину? Это произошло совсем недавно.