Пиковая дама, приди!
– Отлично! Значит так: во-первых, нам нужно будет проделать всё в темноте и без лишних глаз. Гоша будет стоять на шухере.
Мальчик, услышав своё имя, встрепенулся:
– А чего это сразу я? Пусть Артём стоит, – кивнул он на пухлого и всегда улыбчивого брата. Тот, как обычно, молча и загадочно улыбаясь, поднял пухлые ладони вверх и выставил их вперёд, как бы говоря «чур не я!»
– Во-вторых, – не обращая внимания на мальчиков, Аня продолжила свой мистический инструктаж, – вас слишком много! Пиковая дама не станет появляться перед такой толпой.
Все присутствующие раздосадовано промычали.
– Может, нам вдвоём пойти? – тут же вступила в дискуссию неугомонная Света.
– Ну, не-е-ет! Светка понапридумывает потом всякого, чего и не было вовсе. Как всегда! – скрестил руки на груди Гоша, явно недовольный, и показал девочке язык. Та некрасиво искривила лицо, высунув свой в ответ.
– Нет, вдвоём всё же страшновато. Вдруг она нас утащит или проклятье какое-нибудь наложит… – всерьёз задумалась Аня, отчего наша компания юных медиумов серьёзно напряглась. Позже, чего греха таить, – я вышла из этого спиритического круга первой, как только стали решать, кто пойдёт вызывать пиковую даму, а кто останется ждать наверху.
– Ребята, я пас, – подняв ладонь, словно белый флаг, я, без капли стыда и зазрения совести, тут же почувствовала возвращающееся спокойствие души. Однако, на удивление, каждый из ребят меня понял и кивнул, приняв моё решение с уважением. Сразу же за мной отказался и Артём. Чуть позже я с непонятным внутренним волнением наблюдала, как он отговаривал от участия в вызове пиковой дамы своего брата. А ещё позже – как ходил кругами по холлу в ожидании его возвращения вместе с остальными участниками обряда.
В итоге мы проводили Аню, Свету и Гошу на цокольный этаж, который все между собой называли «подвалом», словно это придавало некий шарм полузаброшенному помещению. Мальчик, шедший последним, прикрыл за собой дверь, и в смыкающейся щёлке мы увидели его хулиганскую ухмылку.
Я вернулась и села на диван, Артём же не мог усидеть на месте – так сильно он переживал за брата. Это было видно и по его рукам, которые то нервно дрожали, то сжимались в кулаки, то сцеплялись между собой в замок. Мне было одновременно волнительно за Артёма, и так же радостно было за Гошу – ведь не у всех такие любящие братья.
В трёх словах – мы напряжённо ждали.
Тем временем подростки были в тёмном подвале. Свет туда проникал только через щели над входной дверью и под ней. Гоша, как и предполагалось, стоял на шухере. Света и Аня зашли в дамскую комнату, где всюду лежал строительный мусор. Ремонт здесь ещё не был закончен, но зеркала, частично обёрнутые рваным полиэтиленом, уже висели на своих местах. Девочкам пришлось потратить некоторое время на то, чтобы на зеркале ничего не висело и не мешалось.
Рядом стояло ведро и щётка для мытья полов, которые здесь оставляли уборщицы после рабочих смен. Тут же Аня обнаружила и тряпку, которой хотела протереть зеркало от пыли. Девочка открыла кран, но вода не потекла, видимо, была перекрыта. Пришлось вытирать зеркало сухой тряпкой.
– Вы долго там ещё возиться будете? – спросил Гоша, делая вид, что зевает от скуки.
– Тихо ты! Не мешай, мы скоро начинаем. Следи лучше за дверью, чтобы никто не вошёл! Ну, и за нами тоже… на всякий пожарный, – с тревогой в голосе сказала Аня.
Гоша продолжил наблюдать за происходящим. Его сердце забилось сильнее, когда он увидел, что девочки уже зажгли свои огоньки.
– На, подержи мою, я вытащу карту, – Аня передала подруге свечу, достала в темноте колоду из небольшой прямоугольной коробочки и приблизила её к свету, чтобы отыскать нужную карту.
– Вот она! – шёпотом произнесла Аня, достав из колоды даму пик.
Света нервно сглотнула. Она чувствовала, что начинается некое таинство. Девочки на секунду прислушались к тишине. От неё немного закладывало уши и начинали мерещиться звуки, вроде чьих-то шагов или таинственного шёпота… Учащённое дыхание и стук сердца мешали им обеим.
– Ты всё помнишь, о чём я тебе говорила?
– Три раза произнести имя, закрыв глаза, потом задать вопрос… – огоньки у свечей задрожали.
– Да, и не забудь – нам нужно успеть стереть ступеньки с зеркала, если её фигура побежит к одной из нас, иначе…
– Я всё поняла, – отрезала и без того бледная Света, не дав подруге договорить.
– Тогда начинаем.
Аня достала из кармана джинсов губную помаду, затем начала рисовать ею на зеркале тринадцать ступеней, начиная с нижней, как бы самой ближней к ним. Дорисовав лестницу, она мельком обернулась на Свету, будто бы ища в её испуганном лице поддержки. Девочка дрожала от страха, и теперь это было видно не только по свечам, горящим в её руках. Однако пути назад уже не было. Увидев на себе взгляд подруги, она с трудом уняла дрожь и произнесла:
– А дверь?..
– Ты готова? Тогда я рисую дальше…
Аня отвернулась и продолжила выводить помадой изображение: над лестницей с тринадцатью кривенькими ступеньками появилась дверь, а на ней, ровно посерединке у левого края, последним штрихом появилась слегка изогнутая ручка.
– Дай мне свечу. Теперь берись за карту, как я. Закрой глаза, и начинаем вызывать.
Света кивнула. Девочки закрыли глаза. Свечи в их руках тихо горели, пламя было ровным, ничто не нарушало его спокойствия. Гоша, увидев полную готовность девочек, напрягся в ожидании. Холодный пот предательски выступил на лбу. Гоша услышал неровный, но синхронный выдох девочек и их дрожащие голоса, которые мерно, но настойчиво произносили хором:
– Пиковая дама, приди!
Небольшая пауза. Тишина. Вроде всё спокойно.
– Пиковая дама, приди!
Внезапный треск свечи заставил Свету приоткрыть один глаз. Неровное свечение от свечки отражалось на её бледном лице. Огоньки начали чадить. От свечей с треском стал подниматься в воздух чёрный дым. Нервно задрожали руки обеих девочек.
– Пиковая дама, приди! – прозвучали в третий раз их голоса, в нервном напряжении срывающиеся на писк. Света и Аня стали вглядываться в лестницу на зеркале, освещаемом двумя дрожащими огоньками.
Маленький чёрный силуэт, словно тень, быстро скользил вниз по нарисованным ступеням по направлению к ним. В ту же секунду девочки завизжали от ужаса. Свечи погасли, словно их задул сильный ветер, оставив участников спиритического сеанса в кромешной тьме. От обугленных фитилей в помещении резко запахло дымом. Девочки тут же выпустили из рук восковые свечи, как будто именно в них содержалась нечистая сила. Те упали на пол с глухим стуком.
* * *Мы с Артёмом услышали их крики и тут же побежали к подвалу. Оттуда пулей вылетела Света – с лицом, бледным, как снег. Как только она оказалась наверху, её ноги стали ватными и начали подкашиваться. Света бухнулась на диван, еле дойдя до него. Она закрыла лицо руками и заплакала. Да так сильно, что плечи её тряслись, не унимаясь, словно в судорогах. Мы ещё долго не могли успокоить Свету. Когда же она смогла говорить, то, заикаясь и срываясь на крик, произнесла:
– Ник-ког-да б-больше!
После этой фразы мы все тоже побелели. Значит, она увидела что-то в зеркале? Или кого-то? Что её так сильно напугало?
К слову, Аня вышла из подвала практически сразу за Светой. Но она брела медленно, не глядя по сторонам, а куда-то в одну точку перед собой. Её взгляд был, как у зомби – пустой, отрешённый, а глаза – какими-то неестественно белыми. Аня тихо и молча прошла мимо нас. Мы окликали её по имени, но она никак не реагировала, словно была околдована или находилась под гипнозом.
Гоша тем временем вразвалочку вышел в холл последним. Было заметно, что он старался сохранять спокойствие, чтобы продемонстрировать друзьям высокий уровень самообладания. Завидев брата, Артём, так сильно волновавшийся, тут же сорвался с места и бросился обнимать Гошу. Тот его слегка оттолкнул, мол, «чего ты как девчонка? Со мной всё в порядке. Мне ещё пришлось свечи убирать и воск с пола оттирать». Но Артём всё равно был рад, что его брат вернулся невредимым со свидания с пиковой дамой.