Под покровом ночи (СИ)

Зайдя в туалет, я включаю холодную воду и подставляю под нее руки, чтобы привести себя в чувство. Зачем я это сделала? Видела же, что на самые идиотские подвиги способны только ревнивые бабы, и сейчас веду себя именно так. И, к моему большому сожалению, облегчения от этого поступка я не испытываю. От невеселых мыслей меня отвлекает звук открывающейся двери.
— Я смотрю, ты быстро меняешь партнеров. — Блондинка, весь вечер облизывавшая Яна, подходит ко мне сзади. — Ты думаешь, он обратил внимание на то, как ты долбилась в десны с этим гопником? Думаешь вызвать у него ревность? Девочка, знаешь, сколько я видела таких наивных дурочек, как ты? Но только я с ним продержалась на протяжении семи лет. Ему этот вытрах мозга не нужен, можешь не стараться! Только я знаю, что ему нужно. И поэтому он всегда возвращается ко мне… от таких вот глупеньких девочек. А к тебе он испытывает всего лишь жалость. Ведь, насколько мне известно, у тебя никого нет, а это как синдром старшего брата. На большее не рассчитывай, чувствами к тебе он не пылает. Так, новенькая игрушка, к которой он очень быстро потерял интерес…
Прерывая ядовитый монолог шлюхи, я впечатываю ее физиономию в зеркало. До хруста. Болезненный вопль разрывает тишину. А я стою, не в силах пошевелиться. Я впервые причинила боль человеку. И наша с Соломоном игра тут ни при чем. Я сама хотела этого. Даже сейчас, видя ее искаженное от боли лицо, я не испытываю жалости. Схватив блондинку за волосы, рывком притягиваю к себе и яростно шепчу ей на ухо:
— Глупая здесь только ты. Жить в роли подстилки по вызову мне не по вкусу. И раз этому сраному менту нужно только это — подавись!
Отталкиваю эту дрянь, и она ударяется спиной о стену. Вылетев из туалета, я решительно направляюсь к нашему столику.
— Я выполнила задание, если не веришь, зайди в женский туалет! — Мои нервы напряжены до предела, голос натянут, как тонкая струна, которая вот-вот порвется.
Соломон расслабленно затягивается, выпуская рваное облако дыма. Меня трясет так, будто обряд изгнания бесов в самом разгаре. Я нервно прикусываю губу, не замечая металлического привкуса крови на языке.
Змей тянет меня к себе и усаживает на колени.
— Жаль, что я лично не увидел этого, — хрипло говорит он и трется носом о мою щеку, жадно втягивая ноздрями мой запах.
Я таю в его руках, как свечка от пылающего огня, но вновь напрягаюсь от леденящего взгляда, который чувствую на коже. Ян. Он сидит молча и выглядит вполне даже спокойным, но от его взгляда моя душа сжимается в комок. Но я сейчас так зла, что решаю добить его своим любимым жестом — показываю ему средний палец. В ответ он кривит губы в усмешке. Вот так люди и уничтожают то, что даже не успевает зародиться между ними. Из-за нелепых предрассудков, из-за неуравновешенных характеров, из-за молчания, которое многое скрывает…
— Я хочу уйти отсюда, — с горечью шепчу я.
Бросив деньги на стол, Соломон властно притягивает меня к себе, и мы шагаем к выходу. Последнее, что я слышу — звон разбивающегося стекла..
  
Глава 18
 
Ян
Признание Авроры, что она переспала с Грозным, приводит меня в бешенство. Пытаюсь гнать прочь назойливые мысли, но скрывать эмоции не выходит. Стараюсь сдерживаться, но это сложнее, чем я думал. Поэтому приходится скрывать бушующий во мне гнев под маской холодного равнодушия. В душе полыхает дикое пламя, уничтожая связь между нами и выжигая дотла теплые чувства, которые я испытывал к этой девушке.
После знакомства с Разумовской секс перестал доставлять мне былое удовольствие, более того, превратился едва ли не в пытку. А все потому, что любая девушка, которая извивалась подо мной, пока я беспощадно таранил ее своим каменным членом, не была кареглазой бунтаркой Авророй. Только фантазируя о ней, у меня получалось кончить. Однако стоило опустить взгляд и понять, что это не она, и эйфория тут же растворялась в суровой реальности. Мне оставалось только мучительно долбить очередную шлюшку, пытаясь не вспоминать обжигающий взгляд цвета горького шоколада. Это могло длиться несколько часов. Мои партнерши сходили с ума, испытывая рекордное количество оргазмов за ночь. Я же тем временем едва вымучивал один-единственный, после чего обессиленно падал и представлял себе несносную девчонку. Хотел ее до скрежета зубов, но понимал, что наша близость станет для меня самой большой ошибкой. Если уж я сейчас одержим ею, то потом точно не смогу отпустить.
 
Образ жизни волка-одиночки и работа не оставляют мне шанса на личное счастье. Я не желаю, чтобы женщина рядом со мной страдала. Постоянное отсутствие дома при моей профессии гарантировано, поэтому ничего, кроме криков и ругани, в семейной жизни меня не ждет. И я сделал выбор в пользу свободных отношений. Истинное счастье девушки будут испытывать только подо мной, закинув свои стройные ножки на мои плечи. Такой вариант мне больше подходит. Ни выноса мозга. Ни ограничений. Я свободен, как ветер в поле, и другого принять уже не смогу.
Только вот появление кареглазки перевернуло все с ног на голову. От нее исходит жизненная энергия. Ее смех и улыбка сносят мне крышу. А когда девчонка злится, кажется, даже волосы вспыхивают у нее на голове, а глаза загораются, словно у чертенка. И тогда передо мной уже во всей красе предстает маленькая бестия, которая, демонстративно виляя змеиным хвостиком, готова вцепиться мне в глотку и перегрызть. Опасная жгучая брюнетка. И ведь она даже не догадывается, насколько щедро природа наградила ее способностью уничтожать людей вокруг себя. Возможно, это и к лучшему. Аврора еще не умеет пользоваться своей истинно женской силой, но я без проблем разглядел в ней это и решил не связываться. С ней будет непросто.
Годы тренировок, где я учился контролировать эмоции, сейчас мне очень пригодились. Я просто отключил их. А теперь сам же страдаю от своих действий.
Новость о том, что в МГУ зверски избили сына мэра, заставляет меня насторожиться. И чутье на этот раз не подводит.
— Рассказывай, как все произошло? — приказываю курчавому парню.
— Ну… в общем… — он мнется и чешет затылок, — Андрей стоял, мы просто разговаривали, и внезапно налетает какой-то чувак и с одного удара выносит Андрюху. Но не останавливается на этом, наносит еще два удара, пока его не останавливает Разумовская…
— Так, а вот с этого момента поподробней. — От упоминания ее фамилии тело моментально напрягается. — Как он выглядел?
— Весь в татухах, пирсинг в носу. Такой серьезный тип в косухе. Но вот больше всех удивила Разумовская: она прыгнула ему на спину и вцепилась в шею, как собака, — с усмешкой произносит парень.
— Где сейчас девушка?
— А я откуда знаю? Этот бугай закинул ее на плечо и унес, — равнодушно бросает кучерявый, а меня от его слов начинает трясти.
— За что он кинулся на Андрея? — пытаюсь сменить тему, но все мысли только о ней.
— Я не знаю… психопат какой-то неуравновешенный…
— Все, можешь быть свободен.
Встаю из-за стола и направляюсь на улицу. Я не знаю, где она и что с ней, и это бесит. Дозвониться до Разумовской не получается, что только подливает масла в огонь. Решаю пока глянуть видео с камер и поэтому возвращаюсь обратно. Пацан не соврал, описал все, как было. Но стоит дойти до записи на улице, и меня пронзает новая вспышка гнева. Аврора сама села в машину к бандюку, нет даже намека на насилие. Моя одержимость этой девушкой достигает такого уровня, что в голову закрадывается эгоистичная мысль, что лучше бы он убил ее, но только не трахал, не прикасался к ней. Хотя я прекрасно понимаю, что это следствие обуревающей меня слепой ярости. Не сомневаюсь, что если с нею что-то случится, я никогда не прощу себе этого.
Чтобы отвлечься от разъедающих мыслей, набираю знакомый номер. Мне надо спустить пар, и эта девушка идеально подходит в данной ситуации.
— Лер, привет! Я сейчас заеду!