Сполохи (СИ)

“Приди ко мне, моя сила, приди ко мне, защити меня”.
И колючие звезды радостно танцевали под эти слова, продолжая свой бесконечный хоровод до тех пор, пока Мист не надоело на них смотреть и она не проснулась, бездумно уставившись в далекий потолок, освещенный дневным светом из бойниц.
Огромные дозы симбельмина и киннетката явно пошли ей на пользу, она почти не чувствовала последствий вчерашних приключений, и в целом, пока лежала и ничего не делала, чувствовала себя вполне нормально.
Однако, судя по всему, возможности ничего не делать и ждать у моря погоды больше не было. Она достаточно потратила времени на прокрастинацию – и мир не поленился, пошел и дал ей пинка. И даже не один пинок, а несколько. И заботливо закрыл позади нее на замок двери, чтобы не вздумала вернуться назад.
И, раз так, то оставалось собраться и сделать то, что она должна была. И, какой бы глупой и странной не была цель, нужно было достичь ее, чтобы все, что уже случилось, было не зря. Ни одно из тех событий, которые оставили свои следы и на ней, и на всем этом мире.
– Ладно, ладно, – сказала она отстраненно. – Я уже встаю. Я уже иду.
  
Сполохи настоящего. Глава 6
 
Сполохи настоящего. Глава 6
Умывшись и разделив с Воином нехитрую трапезу, Мист разложила на укрепленном столе все имеющиеся у нее карты и записи, посвященные пресловутому эльфийскому вопросу.
– Мейли не смог внятно вспомнить, из какой именно башни его позвали в тот день, когда он пропал, – начала Мист, собравшись с духом. Воин, конечно, был совершенно никаким собеседником, но рассуждения вслух сильно помогали ей разложить мысли по полочкам, словно она что-то с Торреном перетирала, и в перетираниях зерно истины становилось очевидней. – Он сказал, Семайра или он ее переименовал, и разве что вот это зачеркнутое это СА? Но, значит, он в самом деле поменял название.
Ей показалось, что Воин едва слышно хмыкнул, но, когда она подняла на него подозрительный взгляд, лицо у него было тупое и равнодушное.
– В связи с чем я думаю последовать первоначальному плану, и попытаться добраться до эль-Саэдирна. Там могут быть какие-то воспоминания или следы пребывания Торрена, например. А еще, раз у Мейли были ученики, в смысле, читай по губам, у-че-ни-ки, множественное число, то это был не только Алгар, и там мы сможем узнать что-то про них. И, если сильно повезет, от них. Что, думаешь, попадем как утятки к Ашу на обед? А я так не думаю. Один раз я там прошла, и второй раз пройду? Опять-таки, в крайнем случае, Дею призову – на эльфов должно подействовать. Это же вам не верующие в Единого дикие ваэрле, а цивилизованный, знающий народ, – с сарказмом сказала Мист.
– Перевал обозначен примерно вот тут. Если сличить с описаниями, которые давали тем, кто возвращался в эль-Саэдирн из земель людей, прожив там всю жизнь, то у нас есть точка входа. Эррах мне записал, что “чтобы начать дорогу в камнях, обними дерево смерти”. Лери Акринна подтвердила, что было что-то похожее в том, что она помнит. Значит, все, что раньше, это описание пути по Дикой земле. Будет, конечно, сложно, потому что на тот момент Дикой она только становилась, но – ничего. Вот тут, если верить карте из Имрейса, есть деревенька Гнилицкие дворики, и, вероятно, это и есть Геннелит, от которого описан путь по приметам. По крайней мере, Эррах считал, что такое вполне может быть. Надо добраться дотуда и найти первую метку, тогда все станет ясно. До Геннелита нам либо караваном из Имрейса, либо кубарем с Таласси. Да, я прекрасно помню, что было, когда мы с Торреном не пошли с караваном. Но я также помню, что было, когда пошли. Так что, выбирая из двух зол, сейчас время выбрать кратчайшее. И да, это будет кубарем с Таласси. Возможно, и не кубарем, потому что туда уже два раза забирались всякие подозрительные лайеннцы, так что, видимо, тропинка-то уже протоптана для нас.
Мист, опираясь на стол обеими руками, рассеянно поводила глазами по карте, пытаясь понять, что она забыла, но никаких отговорок не придумывалось, кроме того, что она в принципе и в целом никуда идти не хотела, а хотела забиться в дальний угол в родных Подземельях и там сидеть до скончания веков.
 
Впрочем, она предполагала, что этот прекрасный план технически неосуществим. Слухи, которые пересказал ей Илм, в сочетании с тем, что Трогмортен решил посотрудничать с Видящими, намекали на то, что скоро и родным темным землям грозят потрясения. И, значит, нужно успеть завершить все другие дела до того момента, как потребуется возвращаться домой, чтобы защищать, спасать и оберегать, как то и полагается единственной, фактически, настоящей волшебнице в Эквеллоре.
– Зря мы Пешек выкинули, зря, – заключила Мист, сворачивая карту, на которой отметила все ключевые точки и переписала на оборот приметы. – То есть, на тот момент решение было совершенно правильным, мы понятия не имели о том, как это все работает, и оставлять условно-контролируемую армию там было опасно.
Мист кинула взгляд на Воина, словно пытаясь поймать его на смене выражения лица, но он, конечно же, хранил обычный равнодушный и немного глуповатый вид, так непохожий на выражение лица, когда-то свойственное Вилю. Впрочем, Мист уже почти не помнила его живым – больше года она провела со своим молчаливым спутником, и привыкла к нему уже такому, заново. Тем более, что и Вейлариса она знала не так уж хорошо.
– Да, мы и сейчас не очень знаем, как оно работает. Но определенно знаем лучше, и сейчас я бы уже рискнула, знаешь ли. Нам бы пригодилась собственная армия. Скажешь, нет? То-то же. Так что, когда вернемся в Подземелья, надо будет как следует облазить все, что там, внизу. Может, отыщем хотя бы сколько-то целых Пешек. Да и производством Марионеток я, в общем-то, уже не погнушалась бы. Жизнь заставит – и мертвецов начнешь поднимать. Ладно же, – она вздохнула, пытаясь вместе со словами оставить позади и болезненные воспоминания. – Идем, Воин.
Жустова башня встретила их, к счастью, снежной тишиной. Новых наглых подселенцев за прошедший день не набилось, к счастью, зато внизу обнаружились вполне видимые следы, которые исследователи и не думали за собой маскировать.
– Хорошо, что вчера не было снега, – с удовлетворением сказала Мист, оглядывая явно обрисованный перед ними путь. – А то следопыт из меня так себе. А тут в целом все неплохо так складывается – с должной толикой удачи, мы выйдем или к пресловутым Гнилицким дворикам, или куда-то поблизости. Главное, чтоб никакой метели по дороге не случилось, или еще какой незадачи.
Незадача нашлась буквально через час ходу.
Пожалуй, несмотря на свое чувство направления и неплохо продвинувшиеся за время скитаний топографические навыки, воспроизвести путь исследователей вниз без их следов у Мист вряд ли получилось бы. Была пара мест на тропе, где Мист была уверена, что надо было свернуть в другую сторону, чем вела их утлая тропинка. Однако, судя по следам, отряд шел не задерживаясь и без споров, значит, знали куда и как, и это обнадеживало – ровно до тех пор, пока впереди на снегу не показалась оторванная окровавленная рука, на которой уже пировала пара местных пернатых падальщиков. Мист даже остановилась, моргая, но Воин был спокоен – значит, какой бы ни была опасность, она была далеко.
– Ты не хочешь мне рассказать, что тут случилось? Нет? Такой возможности не додали? Недосмотр, – борясь с собственным страхом, сказала Мист и осторожно приблизилась к очевидным следам внезапного нападения, и потревоженные птицы с клекотом взмыли в воздух.
Пожалуй, не надо было быть великим знатоком, чтобы понять, что случилось. На мирно шедший гуськом караван из лайеннцев с ближайшей невысокой каменной кручи спрыгнуло что-то огромное, судя по размеру отпечатков ног, и напало. Возможно, сразу схватило кого-то первого попавшегося и начало харчить, или какое-то время от него смогли отбиваться – тут было не очень понятно, но натоптано было изрядно. Вероятно, раненых было больше одного, потому что одна кровавая дорожка продолжалась налево, а вторая оканчивалась неподалеку – скорее всего, раненого перевязали. А потом, скорее всего, произошел разлад, или, может быть, мирное стратегическое расставание. Кто-то из отряда продолжил путь вниз, и следы туда изредка перемежались мелкими каплями крови, то есть, среди них был как минимум один раненый. А кто-то двинулся за передвигающимся огромными прыжками чудовищем с огромными лапами, то ли надеясь отбить у него добычу, то ли в целях отмщения. Судя по следам, их было не менее четырех.