Сполохи (СИ)

– Мы разведчики, – все еще хмурясь, ответил Этейн, и Мист обратила внимание, что он говорил немного иначе, чем Эррах и, соответственно, она сама, подхватившая разговорные части от своего предполагаемого ученика. В речи Этейна вместо “а” был оборотный смешанный звук “ае”, и практически отсутствовало “с”, которое он словно проглатывал при произношении. Другая подраса? Эррах начинал рассказывать о том, что среди эолен было четыре народа, которые не смешивались до конца, но никогда не упоминал, из какого конкретно он сам. – И мы почувствовали магию, волшебство, как его творят наши волшебники, и поспешили на помощь, думая, что сородичам нужна помощь против выродков Ардоры. И нашли вас.
– Магия была наша, – легко подтвердила Мист. – Я и мой брат знаем несколько заклинаний и умеем варить зелья. Симбеланну, Симбельмин, другие.
– Люди варят наши зелья? – искренне удивился Этейн, но напряжение его несколько оставило. – Я хочу взглянуть.
Мист повернулась к Тору и попросила на весторне:
– Дай что-нибудь из склянок, у тебя осталось еще?
– Немного так, – подтвердил Торрен, убирая Хладогрыз в ножны, раз переговоры идут успешно. – О чем балакаете-то, я что-то и не понимаю ничего толком. Это как, нормально?
– Ты знаешь язык хуже, чем я, – покачала головой Мист. – Мне-то трудно и понимать, и говорить, а я колупалась в этом все годы обучения. А ты письменной речи нахватался и все. Не надо было зевать, когда мы с Рахом делом занимались.
– Да что там, скучно же, глядь, – несколько смущенно отозвался Торрен, шаря в сумке. Через несколько секунд он щедро протянул Мист свою добычу. – Осталось самое ненужное, специально для дорогих новых знакомцев. Горный козел и кирдык.
– Горенкош и Киредие, – перевела обратно Мист, протягивая пузырьки эльфу. Тот осторожно принял их, повесив свой лук на плечо, и, откупорив, понюхал каждый, по капле размазал по ладони, тронул языком каждый след.
– Зелья правильные, – подтвердил Этейн, переводя взгляд с одной на другого и на третьего. Они все еще явно не вызывали у него сильного доверия: впрочем, Мист тоже не торопилась рассказывать ему все, как есть, хотя внутри у нее дрыгалась и плясала радостная мысль, что вот, вот, наконец, настоящие эльфы, они все-все знают, они могут помочь, они настоящие маги и волшебники, и они живые, в отличие от паскудного Мейли.
Мейли, который, видимо, еще даже и не родился.
Мейли, который если чему и научил ее – так это тому, что никто не идеален, и никто не непобедим, и каждый может совершать глупые ошибки.
– Кто из вас колдовал? – спросит Этейн.
– Я и Тор, – не сочла нужным скрывать Мист. – Могу показать, если вы не станете стрелять.
Говорить было все еще трудно, но постепенно, с каждой репликой, становилось легче, словно и разум, и рот адаптировались к чужой речи. А вот Тор, кажется, даже взгрустнул от ограниченности своего понимания.
Этейн поднял руку, сложив пальцы в какой-то сигнал для своих, потом кивнул.
– Показывай, человек.
Мист недовольно огляделась, разыскивая мишень побезопасней, потом сложила руки и мысли и выпустила белую молнию в землю подальше от Этейна.
– Вот, – прокомментировала она. – Мы умеем варить эльфийские зелья, умеем пользоваться эльфийской магией, мы всего лишь хотим поговорить с кем-то из ваших магов, чтобы обсудить ситуацию, в которую ненароком попали. Как насчет капли доверия и помощи?
– Нам не стоит вам доверять. Нам не стоит вам помогать. Я не понимаю, как человек может быть учителем эльфа, и я не знаю такого народа – н’ирн.
Этейн явно колебался, не зная, что с ним делать.
– Ты полон сомнений, – сказал Рах, складывая ладони вместе жестом, которым зачастую пользовались Видящие. Голос эльфа немного изменился, становясь каким-то особенно сочувствующим, и Мист даже встрепенулась – такого от своего официального тер-Ианде она еще не слышала. Зато … зато знала, откуда это пришло. – Тебе непросто. Самым простым было бы сделать как мы говорим, так ведь? Просто отвести нас к старшим, и оставить решения на их усмотрения. Но ты не можешь этого сделать, я прав?
 
– Откуда тебе знать? – с оттенком тревоги переспросил Этейн, поднимая руку в новом явно сигнальном жесте.
– Я эльф, хоть и другого народа, – мягко сказал Эррах, почти отзеркаливая его позу. – Я знаю, что и как делается среди нас. Ты отвел бы нас к своим старшим, конечно же. Но у тебя и твоих людей есть задание, отклониться от которого вам нельзя.
Этейн опустил руку, впиваясь напряженным взглядом в лицо Раха, в его странные глаза с черными белками, и н’ирн снова повторил его жест. Мист даже дыхание затаила: Эррах каким-то образом разворошил и поставил себе на службу уловки и умения Калеба, будь он неладен, потому что сам н’ирн , милый и немного нелепый при своей угрожающей внешности и происхождении, никогда не смог бы так.
– Спроси у Деи Дилинги, как тебе быть, – посоветовал Эррах. – Разве не так надо поступать, если те, кто мудрей и старше, далеко?
– Да, – Этейн резко кивнул и махнул рукой, и его команда бесшумно и осторожно выступила из окружающих зарослей. – Так и стоит сделать. Я обращусь к Дилинге тут же. Не вздумайте двигаться, не вздумайте бежать или использовать магию.
– Дозволено ли нам воззвать к Дее Дилинге тоже? – почтительно уточнил Эррах, и Мист, наконец, поняла его мысль: в любом времени, в любом месте Эквеллора Домены должны были быть прежними или почти прежними, созданные одновременно с этим миром и обреченные погибнуть только вместе с ним же. А в Доменах она обладала хоть каким-то авторитетом.
– Да, – недолго подумав, согласился Этейн, бережно откладывая свое оружие и становясь на одно колено, чтобы обратиться к свету. Было очевидно, что остальной мир для него просто перестал существовать, пока он молится.
Мист глянула на Раха, и тот уверенно сказал на весторне:
– Я знаю нужные слова, а у тебя есть сила, чтобы обратиться к богине. Мы справимся. Повторяй за мной, этого должно быть достаточно.
Девушка кивнула, с кряком опустилась на одно колено, и эльф последовал ее примеру, после чего начал вполголоса произносить молитву-призыв, а Мист (и Торрен тоже, видимо, за компанию) стали повторять за ним. Слова прозвучали, и Мист, помедлив, добавила:
– Дея, зову тебя. Приди в наш мир.
Белая нить, едва видимая в солнечном свете дня, развернулась из ее дыхания и полетела вперед, раздвигая пространство и устремляясь на оборотную сторону воздуха под удивленными взглядами и короткими перешептываниями разведчиков-эльфов. Этейн, чья молитва, конечно, не возымела такого эффекта, тоже впился взглядом в разворачивающуюся картину.
Нить тем временем потянула саму себя, сматываясь в клубок, и этот клубок постепенно начал оформляться в другую форму, приблизительно антропоморфную и состоящую из чистого света. И это была не Камия, с которой они уже худо-бедно были знакомы, это было что-то другое, кто-то другой.
– Ты звала, – сказала светящаяся фигура. – И я пришла.
  
Сполохи грядущего. Глава 2
 
Сполохи грядущего. Глава 2
На каком языке она говорила, Мист не знала, не могла ни понять ни различить, но зато каждое слово было понятно, превращаясь в процессе обработки мозгом в набор образов и символов, которые Мист вполне могла разобрать.
– Мы ищем твоей мудрости, – уверенно ответила Мист, которую Рах ловко толкнул под локоть. – И совета.
– Кто ты? Ты мне не знакома. Но твой зов идет до дна Доменов, до Последнего города, до небесной черты, – светящийся призрак словно обвел всех присутствующих взглядом, от чего у каждого на коже заплясали золотистые мелкие искры.
– Я и мои друзья оказались тут случайно. Мы хотели бы знать, куда мы попали и как нам вернуться, – вежливо сказала Мист. – Мы с радостью уберемся туда, откуда взялись, если только нам укажут путь. Мы надеемся, что нам смогут помочь маги эль-Саэдирна, но Этейн, – она кивнула в сторону эльфа. – Считает, что мы лазутчики или что-то такое.