А н н а (СИ)

До чего я докатилась. Как еще он меня унизит?
— Я совсем недавно обследовалась. Все нормально. У меня нет инфекций! Ты….
Запнулась, не решаясь продолжить.
— Что я?…Отвечай!
— Второй мужчина в моей жизни!
Последние слова произвели на него впечатление. Тот заметно удивился, приподнял брови и не отрывая взгляда от меня, отпил со своего бокала.
— Где отец твоего сына?
Неожиданный вопрос, приводящий меня в ступор. Не была готова услышать это, как и продолжать эту тему. Закрыла глаза и медленно выдохнула.
— Извини. Я не хочу говорить об этом.
— Я спросил где он!
Его не интересует то, что думаю и говорю Я. Этому человеку наплевать на чувства других людей.
— Я не знаю где он. Мы не общаемся.
И опускаю взгляд в тарелку. Пусть больше не спрашивает. Пожалуйста. Эта тема причиняет мне боль.
— Любишь его?
А после этого вопроса мне захотелось засмеяться громко и истерично. Благо я сдержалась.
— Нет.
Он продолжал сверлить меня почерневшими от возбуждения глазами. О том, что он возбужден я не сомневалась. Изменилось и его дыхание и голос.
— Подойди.
Страх моментально проникает под самую кожу. Я нервно поднимаюсь с места, не решаясь встретиться с ним взглядом. Не смей плакать. Вспомни счастливое лицо и улыбку своего сына. Не веди себя как тряпка, Анна. На дрожащих ногах подхожу к нему. Он как вчера, резко сметает все со стола, пугая еще больше. Почему он разозлился? Я ведь ничего плохого не делала, ответила на все вопросы.
— Ложись на стол.
Я не сразу подчиняюсь, но его убивающий взгляд не оставляет мне другого выбора. Я больше не буду сопротивляться. Сделаю этим только хуже. Ложусь на холодную поверхность, стараясь смотреть в потолок, и никак не на него.
Он нежно проводит ладонью по моему животу, поднимаясь и сжимая полушария груди. Опускает бретели моего лифчика, обнажая грудь. Хватает пальцами один сосок, затем второй. Тело странно реагирует на эту грубую ласку, покрываясь мелкими бусинками пота. Я стараюсь не обращать внимание на реакцию своего тела. Это все страх.
— Раздвинь ноги.
Делаю, как он говорит, чувствуя что тянет внизу живота. Странное полыхание, которое я испытывала тогда, в его машине. Громко сглатываю слюну, когда он опускает ладонь ниже и просовывает в трусы. Я дергаюсь от неожиданности и дикого удовольствия.
— Мокрая девочка!!!
Кир резко вводит в меня один палец, большим надавливая на клитор. Закатываю глаза от нереальных ощущений. Когда он вводит два пальца я выгибаю спину и издаю негромкий стон. Что он творит с моим телом? Его быстрые движения заставляют терять рассудок. Сдерживаюсь, чтоб не закричать, не унижаться еще больше. Но его умелые пальцы творят безумие.
— Сдерживаешься? Не хорошо…
Он выводит пальцы, и я чуть не издаю разочарованный выдох.
— Я не позволю тебе кончить, пока не попросишь об этом.
— Никогда.
И снова вводит сразу два пальца, дразня и играясь со мной. От наслаждения по щекам катятся слезы.
— Давааай. Проси сказал….
— Нееееет.
И снова их выводит. Я сейчас постыдно разревусь. Что он делает? Он проникает не только в мое лоно, но и в голову. Кир приближается к моему лицу и расстегивает ремень брюк, освобождая свой огромный каменный член. Проводит головкой по моему соску, задевая его и вызывая сладкую дрожь во всем теле. Сдерживаюсь из последних сил.
— Я накажу твой дерзкий рот.
Округляю глаза от ужаса и начинаю дерзить, в попытке предотвратить все это.
— Ты мне противен!
Хватает меня за затылок и проводит членом по моим губам.
— Открывай.
Когда его член входит в мой рот, я не чувствую тошноты, как в прошлый раз в машине. Наоборот, по телу неожиданно проходит дрожь удовольствия.
— Дааааа. Вот так девочка. Обхвати глубже.
Закатываю глаза от его пошлых слов и хриплого голоса, который странным образом действует на мое сознание.
Выгибаюсь от наслаждения, когда снова его пальцы ласкают мою промежность. Одновременно с толчками его члена в мой рот, он делает глубокие толчки пальцами. Я никогда такое не испытывала. Все тело дрожит от удовольствия. Чувствую, что на грани. Последние резкие толчки и я закрываю глаза и громко мычу от яркого оргазма, сжимая стенками влагалища его пальцы.
 
Он громко рычит, и по горлу протекает что — то соленое. Несколько секунд он стоит молча не выводя член из моего рта, затем поправляет свои брюки и цинично шепчет в самое ухо.
— Маленькая дерзкая дрянь, кончила с моим членом во рту…А говоришь противен!
Я еще не отошла от оргазма, но безумно хочется встать и ударить за эти слова. Конечно, я не посмею.
Ему нравится меня унижать? За что? За то, что ослышалась? Я не должна была давать ему повод. Не должна была себя так вести и показывать как мне хорошо. Идиотка.
Кир стягивает свою футболку и кидает мне.
— Надень и поднимайся в свою комнату
Затем разворачивается и уходит, оставляя меня со слезами на глазах. Когда же все это закончится? Сколько дней и ночей он будет меня испытывать?
Как же я ненавижу его. Всем сердцем!
Женская ненависть, собственно, та же любовь, только переменившая направление.
Генрих Гейне
  
Глава 12
 
Иногда я задумывался в жизни, на что может пойти одержимый человек! Только тогда, когда в моей жизни появилась ОНА, понял, что на все!
Мне было постоянно ЕЕ мало. Моя красивая, капризная девочка с изумрудными глазами, не подозревающая, что каждое ее НЕТ будит во мне дикого и опасного зверя. Хочется подчинить ее, сломать, и в ту же минуту лелеять и заботиться, как о ребенке. Что она делает с моим сознанием? Настолько хреново мне не было никогда. Все мысли только о ней. Ее запах, лицо, глаза не выходят из головы. Б….дь. Она каждую секунду там.
Меня накрыло еще тогда, когда она кинула купюры мне в лицо. Показала свои коготочки. Я уже в ту секунду знал, что влип конкретно. Была бы другая, наказал, но ее не тронул. Решил окончательно, что она МОЯ. Хочет этого или нет мне насрать. Подозревал, что попытается убежать, скажу больше, я ждал этого! Мне безумно нравилось ее сопротивление. Но до поры до времени. Когда дерзкая девочка сломала эту чертову тарелку, меня накрыло с головой. Наказал, взяв ее силой. Хотя прекрасно понимал, что это мать вашу неправильно. Нельзя с ней так грубо. Она нежный цветок, который требует ухода, а я прошелся по нему, ломая. Б….дь, она с ума меня сведет.
Напился в кабинете и не спал до самого утра. Постоянно ее голос, как она просила не трогать. Ее заплаканное лицо перед глазами.
Первое сентября. Устроил малого в школу. Самую престижную. Если ОНА моя, то забота о ребенке тоже моя.
Я еще день назад забрал их с вокзала. Что дети, что старики- у них один ум и одно мышление. Мне не составило большого труда поиграть перед стариком во влюбленного Ромео. Оформил свою трешку в центре на имя Анны и отвез их туда. Конечно дед был шокирован. Ради Анны я готов на все- так я сказал ему, когда мы зашли в новую квартиру. А потом задумался, что говорил правду. Эта ведьма меня каким — то образом околдовала.
В тот же день, когда покупал малому костюм, решил по хитрому все разузнать. Дети наивны и доверчивы, особенно к тем, кто к ним добр. Спросил про отца. Узнать где этот придурок и сломать ему челюсть. Из- за того, что оставил такую девку одну, с ребенком на руках, да еще и в таких условиях. Ясное дело, он их больше не увидит. Не позволю. Она теперь только моя. Но малой даже в лицо своего папашу не видел. Странно.
Анна другая, непохожая на всех. Я знал, что будет хреново с ней. Желать и получать сопротивление одновременно это п…ц как трудно, особенно когда я не хотел ее ломать. Увидел ее улыбку, когда обняла сына, и просто залип нахрен. Красивая. Ей идет улыбаться. Хочу видеть это постоянно. Она будет улыбаться мне, или я не Сокол.
Приказал своим закупить все модное и красивое и отправить ко мне. Шмотки и все прочее, от чего у девок дрожат коленки и теряется рассудок.