Криста. Сердце жемчужного моря (СИ)
— Понимаю, — повторила Илона, выслушав меня. — Однако тут я вынуждена вас разочаровать, Кристина. Перевести дневник на язык того мира, из которого вы пришли, у меня не получится. А единственное, что могу предложить, это переписать его от руки. Вам самой. Вы ведь какое-то время находились в другой реальности, говорили на местном языке и понимали местную письменность. Было такое?
В первый момент мне захотелось возразить собеседнице. Не про речь Джалиса, нет. Про его письменность. Но потом я вспомнила, как копалась в вещах аилы Лорены в поисках своего кольца, и как нашла книгу, из которой узнала название мира, куда меня призвали. Вот только я сейчас даже под страхом смерти не вспомню, как та самая письменность выглядела. О чём и сообщила ожидающей моего ответа гадалке.
— А вот это как раз не проблема, — отмахнулась та. — Я могу помочь тебе вспомнить.
— А это не опасно? — тут же переполошилась моя мама, услышав сказанное хозяйкой квартиры.
— Нет, Ольга Михайловна. Не волнуйтесь. Это будет что-то вроде транса. Я погружу в него вашу дочь, а затем вы сами, ну или я — на ваш выбор — станем зачитывать ей содержимое дневника. Он ведь, насколько я вижу, не сильно большой. Кристина быстро управится. А потом я попробую отправить её супругу сам дневник вместе с переводом.
Договорив, брюнетка умолкла и по очереди обвела всех нас троих вопросительным взглядом.
— Я согласна, — кивнула первой, в то время как мои родители промолчали. Сомнение читалось на их лицах.
— Я клянусь, что не наврежу вашей дочери, Ольга Михайловна, Олег Иванович! — Илона совершенно верно поняла причину такой их реакции.
— Мам, пап, пожалуйста! — попросила я, протянув ладони к обоим. — Это очень важно для меня!
— Ну хорошо, — первой сдалась моя родительница и взяла за правую руку.
— Если ты так хочешь, — вздохнул отец, беря за левую.
— Тогда за дело! — постановила хозяйка дома, поднимаясь со своего места. — Сейчас принесу чистую тетрадь, и приступим.
Мир Джалис
Старший из наследников Верховного Владыки Анстара
Он снова вернулся на тот же самый остров, где однажды повстречал Кристину. Приплыл вместе с братьями, в надежде, что здесь им повезёт. Что именно в этих старых архивах они найдут подсказку, как найти дорогу к его жене, и не собирался предаваться ностальгии о прошлом. Однако, стоило Лорану ступить на песчаный берег, как воспоминания о судьбоносной встрече с Кристиной всплыли сами собой. Улыбка девушки, её теплый, временами насмешливый взгляд.
Младшие родичи ушли вперёд, понимая, что ему нужно немного побыть в одиночестве. Вот мужчина и стоял, прикрыв глаза, вспоминал. Сердце ныло, рвалось к девушке, что находилась так далеко от него; накатывала, подобно волнам, тоска. И была та настолько сильной, что в какой-то момент хозяину Жемчужных рифов вдруг послышался голос Кристы.
«Лоран! — донеслось до него тихое со стороны моря. — Лоран!»
Мужчина встрепенулся, открыл глаза, и в этот самый момент ему под ноги что-то упало. Старший из пятёрки Владык опустил взгляд вниз… и не поверил своим глазам. На песке, возле самых носков сапог, лежала книга в знакомой корочке. Дневник его матери: между страниц которого выглядывали края ещё какой-то тонкой, зелёного цвета книжицы.
Лоран быстро наклонился за дневником, открыл, и убедился, что ни слова не понимает. Записи, как и в других дневниках, которые он имел возможность видеть, были сделаны на незнакомом языке. Том, который был родным для матери. А стоило мужчине взяться за то, что было вложено в дневник и увидеть странный белый листок, вверху которого красивым почерком было выведено его имя, как Владыка ощутил острую необходимость сесть.
Что и сделал, принявшись с жадностью вчитываться в строки послания, которое отправила ему юная жена. Внимать рассказу о том, что с ней происходило после перемещения в родной мир, и происходит сейчас. А когда письмо, каким-то невероятным образом попавшее сюда из другого мира закончилось, едва не взвыл от отчаяния. От острого чувства потери. Перевернул страницу странной тетради в надежде, что Кристина написала что-то ещё. И не ошибся. Она действительно написала. Но не свои собственные мысли. То был перевод дневника Мариль. Девушка сделала ему, Лорану, невиданный подарок. Не просто вернула третий из дневников матери, но и перевела тот для него. Супруга умудрялась проявлять заботу, даже находясь в другом мире. А он? Что сделал он для неё?
В душе вспыхнула злость на себя самого. И чтобы хоть немного успокоиться, хозяин Жемчужных рифов взялся изучать перевод, который сделала Кристина. И именно вот таким, погружённым в чтение, его и нашли младшие братья.
Глава 42
Город у подножия дворца Верховного Владыки пяти морей кипел жизнью. Волранги, что ранее жили в нём, а также их потомки, решили вернуться в свои некогда покинутые дома. Возвратились также, как это сделал Анстар, ушедший однажды на покой.
Ожил и сам дворец. По его коридорам заскользили представители морского народа, решившие пойти в услужение к своему истинному повелителю. А к его трону потянулась многочисленная знать и главы родов: спеша заверить могущественного волранга в своей вечной верности и просто выказать дань уважения.
Что думал по этому поводу сам Владыка пяти морей, никому не было ведомо. Его суровый лик не отражал ни единой эмоции. А о том, что Анстар вообще замечает приходящих к нему на поклон подданных, говорили едва заметные кивки мужчины.
Почти до самой ночи длилось это паломничество во дворец. И продлилось бы, вероятно, дольше, если бы в какой-то момент венценосный волранг не вскинул руку, подавая знак страже, находящейся возле входа в тронный зал. Те тут же принялись выпроваживать посетителей, в то время как сам Владыка поднялся с трона и направился в хозяйские покои, по дороге отдав слугам приказ подать ужин туда.
Мысли мужчины крутились вокруг сыновей и старшего из них, в частности. Все они, с момента последнего разговора в тронном зале, не давали о себе знать. Посланная им разведка донесла, что наследники всё время держатся вместе и что-то ищут: методично прочёсывая библиотеку за библиотекой.
Анстар знал, что им требуется. Как знал он и то, что в мелких библиотеках дети не найдут искомого. Будут вынуждены приплыть сюда. Во дворец. Нужно лишь просто подождать. А пока можно спокойно заниматься своими делами. Чистка рядов инакомыслящих — дело непростое. Кропотливое. Роан хорошо постарался. За те годы, что его Владыка спал, успел посеять ростки сомнения во многих умах сородичей. Мысли о том, что можно жить иначе, а смена правящей династии пойдёт на пользу морскому народу. И с людьми окончательно умудрился испортить отношения под конец своей жизни. Они и так не сильно-то жаловали волрангов и боялись их, а теперь и вовсе ненавидеть будут.
Кальмо VI оказался убит, часть прибрежного участка Аластриона разрушена Лораном, не сумевшим удержать Силу в результате утраты своего Сердца, несколько десятков людей погибло… Словом, куда ни кинь — всё клин. Так любила говорить Мариль, когда сталкивалась с какой-то безвыходной ситуацией.
«Хорошо хоть договор этот дурацкий, с предоставлением живых Даров со стороны людей, теперь расторгнут, — мрачно подумал про себя Верховный Владыка. — Не будет ни человеческих девиц на территории волрангов, ни парней в качестве слуг».
Мужчина вспомнил момент, когда услышал историю о Дарах и Острове избранных, и поморщился. О том, как его дед, в юности, влюбился в смертную девушку. Младшую дочь тогдашнего короля людей. Как решил взять её в жены. Вот только девушка с характером оказалась. Не захотела выходить за наследника Верховного Владыки, правившего в ту пору, и сбежала прямо из-под венца. Да не куда-нибудь в глушь своего королевства, а аж в другой мир. Чтобы наверняка не достали.
Не на шутку разозлились обманутый наследник и его могущественный отец. Опустили часть человеческого королевства на дно. И тогда король Аластриона решился на отчаянный шаг. Пообещал отдать в Дар десять невинных девиц из своего королевства, взамен сбежавшей невесты, чтобы наследник мог выбрать себе любую из них: временной женой или постоянной. Что будет повторять этот ритуал каждые десять лет: до тех пор, пока не родится следующий наследник правителей морского народа.