Лапочка для Демона (СИ)

— Купил недавно, он погружается опять в свой маленький портативный комп. Отличный залет, второй раз когда вляпалась?
— Ну, не знаю, вляпалась я только вот сейчас. А второй раз тоже душевный.
— Ирина, я жду, как второй раз вляпалась? он давит морально. Напирает так, что ноги слабеют.
Вроде бы и объяснил. Зачем, и логично все… Но кровь стынет в жилах.
  
Ляпы Лапочки
 
Руки немного трясутся. Натянуто улыбаюсь, чтоб немного смягчить остроту момента. Непонятную для меня.
Быстро засыпаю свой кофе корицей и начинаю пить. Невкусно, так корицу в кофе не добавляют.
Но комментировать это, учитывая тот удивительный момент, что вообще корица в его доме отыскалась, не буду.
Лучше продолжить.
Мягко так, обтекаемо… Да?
Второй раз?
— Второй раз я решила стать самостоятельной… Встретила парня… Андрея. И очень скоро начала с ним встречаться… Любила… Ну, как мне казалось… Он был… Неважно, я морщусь от воспоминаний и корицы на губах. Он уговорил меня продать старую квартиру, что выдали после пожара. Она была в старом жилом фонде… Мы с Ладой и не жили в тех домах, там жить невозможно было. Квартиру я продала его матери. Андрей сказал, что та благодетельница для меня, готова даже за рухлядь деньги отдать. Деньги же он попросил себе на машину. Вроде как мать была против того, чтоб он машину брал, переживала, что опасно, он лихачит на дорогах. А так, вроде одно жилье с ее помощью продали, купим что-нибудь новое. Я и отдала Андрею деньги, он уговорил… Сама не понимаю, как, усмехаюсь печально, отпиваю еще невкусного кофе и начинаю откровенничать, хотя вообще не в моем духе, понимаешь… Мы же планы строили, жили вместе уже в съемной… Он моя первая любовь, мой первый… Ну, не важно… Просто такие планы были, он собирался устроиться торговым представителем в алкогольную компанию, уверял, что. Это быстрые деньги… А от старой халупы мне же никакой пользы, на самом деле, я ее даже сдать не могла, никто не хотел там жить… И насчет того, чтоб деньги в первый взнос на ипотеку… Это не вложение. А вот в машину вложение… Господи, как я ему поверила-то? Я совсем сникла и на время задумалась. Сейчас бы я так сделала? Настолько бы выключила мозг? Нет. Однозначно. Я только потом поняла, уже после всего, что не любила… Сначала любила, а потом… Но я же не хотела себе признаваться, что ошиблась. И Ладе стыдно так было говорить… Особенно про то, что деньги отдала. А Андрей… Машину купил, а работать его не взяли туда, куда он хотел. Оказалось, для того, чтоб стать торговым представителем, мало машины. Надо еще и с людьми ладить, уметь продавать… А он… Ну, короче говоря, работу он найти не мог, жили на мои, и на мои же снимали квартиру. Лада чувствовала, что что-то происходит,. Но у нее в тот момент карьера прямо пошла в гору, ее на работе начальство приметило, и она дома практически не бывала. Я с Богдашей все время… И в секцию его водила, и гуляла с ним… Андрей бесился, скандалы устраивал. Потому что семья чужая, и, типа, зачем вообще я лезу и помогаю. Пусть подруга сама справляется… И все мои слова, что. Это семья моя, впустую. Стало совсем невыносимо,. Но я даже уйти никуда не могла. И по времени не успевала, и по деньгам не получалось ничего снять, на работе сильные сокращения пошли, и я… Знаешь, чего-то ждала. Терпела его, думала, все выровняется. Поправится… Но мужчин добрых не бывает. Только Петр Григорьевич нормальный, остальные очень злые.
Игорь усмехается. Это я никак не могу трактовать. Не понимаю, что его повеселило. Замолкаю удивленно и немного обиженно. Хотя… История и в самом деле идиотская, правильно он смеется.
Поделом мне, дурочке.
— Ты ушла от него? с большим интересом спрашивает Игорь. А сам опять ковыряется в ноуте, что-то быстро набирает. На меня не смотрит даже, словно ему и дела нет до моего рассказа.
— Да, он сказал, что я не зарабатываю… Что не удовлетворяю его, как женщина. Ушла. А через полгода тот дом с квартирой, которую я за копейки им продала, расселили. Жильцам дали новое жилье. И его мама получила отличную жилплощадь. Они, оказывается, знали, что дом будет расселяться. Лада, кстати, тоже получила,. Но ей теперь не нужно.
 
Игорь не комментирует никак, опять только усмехается криво.
— Сошкин Андрей Викторович? Его мать Сошкина Валентина Петровна?
— Даааа… тяну я, лихорадочно припоминая, когда я называла фамилию бывшего. И имя его матери. И нет, не называла… Откуда ты?..
— Смешная ты, Лапа.
Он говорит. Это все без улыбки, и опять не смотрит на меня! Совсем!
Почему-то именно это, а не сам факт, что Игорь как-то очень уж быстро нашел информацию по моему бывшему, удивляет. И обижает.
Почему не смотрит? Настолько противна?
Я замолкаю, разглядываю его. Игорь не отрывается от экрана. Пальцы его, снежные, белые, длинные пальцы музыканта, летают по клавиатуре, слепым методом набирая нужную информацию. На. Это приятно смотреть, как и на любую профессиональную работу.
И я смотрю. Залипаю на волшебный танец пальцев, на отражение выведенного на экран текста в светлых острых глазах. На губы, пухлые, что кажутся мягкими. Прядь волос, упавшую на лоб.
Красивый. Мамочки, какой красивый.
Усмехается, перехватывая мой завороженный взгляд. И я торопливо отворачиваюсь.
Мне жаль, что он такой же, как и все мужчины. Злой и жестокий. Такой привлекательный для меня, и здесь дело не только в его внешности. Глубокое одиночество, которое его мучит, заметно любому, умеющему. Это понять человеку… Но. Это все скрыто за грудой ледяных камней, которые я никогда не смогу разгрести, потому что меня даже близко не подпустят.
Смаргиваю, отмечая на глазах слезы. Черт… Ну вот что я за человек такой? Плачу все время.
— Я знаю, что ты думаешь… начинаю я, не собираясь выдавать свои эмоции,. Но он перебивает жестко:
— Нихрена не знаешь. И лучше тебе не знать.
Я замолкаю с открытым ртом, не понимая, как реагировать на его неожиданную грубость.
— Говоришь, когда я спрашиваю! продолжает он, опять отворачиваясь к экрану. И. Это хорошо, а то от его глаз гипноз какой-то, ступор. А теперь подробно, с чего началось твое путешествие в Москву в роли проститутки.
— У меня был бизнес-план.
Встаю, чтоб отвлечься и переключиться, начинаю мыть посуду.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍По-деловому выкидываю яичницу в мусор и, не найдя средств для мытья посуды, определяю сковороду в горячую воду.
— Почти все истории так начинаются, ровно подгоняет меня Игорь, что за план?
— Вышивка. Видел, я подарила Ладе и Петру Григорьевичу на свадьбу постельное белье? И двойняшкам их вышила одеялки… И платье свадебное Ладе.
— Хорошая работа, кивает он, дернув углом губ. Наверно, не хочет, чтоб я заметила его эмоции.
Одобрение. Но я замечаю и улыбаюсь этой скупой похвале.
— У меня было много заказов. Для того, чтобы начать зарабатывать, мне нужна была хорошая вышивальная машина. А хороший агрегат, я посмотрела на его кофемашину, стоит очень дорого.
— Взяла в долг, констатирует Игорь. Название фирмы.
— «Деньги в долг», так и называется, я забираю его чашку и тоже мою. Игорь за этим следит с неподдельным и непонятным мне отвращением. Даже отрывается на секунду от своего компьютера.
— Мне бы никто не дал просто так. Я неплатежеспособная, без поручителей.
— Договор где? В облаке есть?
— Да, на моей почте, киваю я. Договор, конечно, рабский,. Но я точно знала, что выплачу.
— Значит, наебали с машиной… утвердительно говорит он, что-то читая на экране ноута.
Он что, копается сейчас в моей почте?
Я вытягиваю шею, пытаясь глянуть в экран монитора,. Но Игорь резко разворачивается, и я встречаюсь с его холодным взглядом.
— Адрес сайта помнишь?
— Да. Они взяли деньги и исчезли.
— Название говори.
— Вышивальные машины, оверлок, говорю я. Слитно, латинскими буквами.
— Домен?
— Это как?