Босиком по звёздам (СИ)

— Нет, — ответил Алекс после небольшой паузы, но голос его был твердым. — И хорошо, что им оказался Михаил. Теперь ты сможешь что-то с этим сделать.
— Но что?
— Думаю, сначала тебе лучше подумать над этим самой. Но если что, я рядом.
— И никогда больше не уйдешь?
— Если только в магазин за едой, — сказал Алекс. Он закинул руку за голову и уже засыпал. — Могу поспорить, в холодильнике у тебя опять пусто.
— Зато в сердце — нет.
  
Глава 21, в которой Джек находит нового друга
 
Обои отходили от стен с тихим шорохом. Их клеили на газеты, как было принято пятьдесят лет назад, и Алекс вскрывал старые новостные заметки, словно окна в прошлое. Рита совсем перестала ему помогать, она уселась на пол и с увлечением читала большую статью о параде на День Победы. Сквозь стекла светило солнце и покрывало пол узором из теней, пахло теплой землёй и сухими листьями.
В двери повернулся ключ, и на пороге появилась Кира с бумажным пакетом в руках.
— Подруга, у тебя, наверное, еды нет…
Она осеклась, увидев Алекса в домашних штанах и вытянутой футболке, который сражался с последствиями потопа. Рита сидела на полу и сияла самым бессовестным образом.
— Почему же? У нас есть запеченный картофель и куриные крылья, — улыбнулся Алекс. — Добрый день, Кира.
— Добрый, — потрясенно поздоровалась она и посмотрела на шкаф, где обычно восседал Май.
— Сам в шоке, — пожаловался тот. — Нашёл их с утра в спальне, — он слетел с нагретого места и коротко ткнулся в подставленную Кирину ладонь. — Он что, теперь постоянно тут будет ошиваться?
— Тебе придётся с этим смириться, Майтес, — крикнула снизу Рита.
— Я сдохну от умиления, — с нескрываемым сарказмом отозвался Май.
— О, на той стороне тебя с нетерпением ждут, — она не осталась в долгу.
Кира вспыхнула от возмущения:
— Рита! Кто на такие темы шутит вообще?
— Ты мне лучше скажи, ты никого не записывала на сегодня? У меня выходной?
— Да, как и договаивались.
— Отлично, — Рита решительно поднялась. — Потому что у меня созрел план.
— Какой? — с несчастным видом спросила Кира, наблюдая, как Рита начала носиться по комнате, одеваясь на ходу.
— Как немного исправить старую ошибку, — ответила та, натягивая свитер. — Может быть, мне за это плюсик в небесной канцелярии поставят.
— Когда это тебя интересовало мнение небесной канцелярии? — проворчал Май. — Деточка, Земля тебя испортила в конец…
— А за деточку запру тебя в туалете, — пообещала Рита, пригрозив ворону, и тот сразу насупился.
— Тебе помощь нужна? — спросил Алекс.
— Нет. Впрочем… Если ты не будешь высовываться, ты сделаешь мне одолжение. Если Михал Андреич узнает про тебя, я его никогда не выманю.
— Я же говорил, что ты умница, — Алекс коротко поцеловал Риту. — Не переживай, мы пока тут справимся с обоями.
— Говори за себя, — буркнул ворон.
— Алекс… Май. Михаил Андреевич! Да что тут вообще происходит?! — воскликнула Кира, но ответа Рита уже не слышала. Она захлопнула дверь и затопала наверх, к квартире своего заклятого соседа.
Осознавать, кем на самом деле оказался Михаил Андреевич и как он был связан с её собственной судьбой, было волнительно и немного жутко. Рита уже не могла по-прежнему на него смотреть, он перестал быть просто невыносимым стариком, а превратился в человека который пал жертвой… Её глупости, чего уж тут скрывать.
Рита хотела и дальше предаваться самобичеванию, но дверь открылась и выглянул Михаил Андреевич.
— Чего пришла? — проворчал он. — Если иголки под коврик совать, то не трать швейные принадлежности, со мной это не работает.
— Что? Иголки? — удивилась Рита. — Нет! Здравствуйте. Я просто хотела попросить о помощи.
— Вот так протяни руку один раз, заберутся и на шею сядут, — пробурчал Михаил Андреевич, но глаза его вспыхнули интересом. — Чего, никто больше не поможет?
— Нет. Я к Григорию ходила, но он не открыл.
— А то ж, все на работе. И тебе бы надо, а то ерундой все занимаешься.
 
Рита отчего-то жутко волновалась. Она сжала в кулаки влажные пальцы и кивнула:
— Обязательно пойду. Но сейчас вы можете мне помочь?
Михаил Андреевич хотел помочь. Это было видно и по горящим глазам, и по тому, как он весь собрался, засуетился. Но его природная вредность могла перевесить, и тогда весь план бы пошёл в общеизвестное место.
— Давай, говори, чего там у тебя?
— Мне нужно купить пару мешков, положить их в машину, а потом помочь выгрузить, — затараторила она. — Мешки совсем небольшие, но мне одной никак не справиться.
— Я что, на грузчика похож? Мне шестьдесят пять лет, между прочим, — сказал он, а потом уточнил: — С чем мешки-то?
Рита помедлила.
— С собачьим кормом. Для приюта.
И затаила дыхание, ожидая реакции. Михаил Андреевич замер с ключами в руке спиной к ней. Он так стоял несколько бесконечных секунд, после чего повернул ключ в замке.
— Пошли.
Рита выдохнула. Первый пункт плана был выполнен, и он же, по её мнению, был самым сложным.
— Я сейчас вызову такси, вы не волнуйтесь.
— Никакого такси! Я к этим сумасбродам не сяду. Поедем на моей “Волге”.
Михаил Андреевич и правда являлся гордым обладателем “Волги” 1996 года выпуска, белой, с узнаваемой тупой мордой и бегущим оленем на значке. Машина безбожно устарела, но была ухоженной, аккуратной и полностью исправной. Сиденья были непривычно жесткими с черной обивкой в точечку, внутри пахло бензином и противной “ёлочкой”, но Рита не жаловалась. Они доехали до ближайшего крупного магазина, где она ещё с утра заказала три больших мешка сухого корма для собак. Рита хотела помочь ему с мешками, рассчитывала, что они потащат вдвоем, но Михаил Андреевич сердито отказался.
— Вот, скоро и для людей такие делать будут, — сказал он, сгружая в багажник последний мешок. — Насыпят нам миску сухариков и скажут: на, жри.
С грохотом закрылся багажник, и Рита вернулась в машину. Михаил Андреевич был недоволен всем и вся, но она терпела, цепляясь за неверную надежду: а может, ему станет лучше?
Приют располагался на личном участке одного из волонтёров, где помимо маленького дома было установлено несколько вольеров, в которых сидели, лежали, бегали и прыгали самые разные псы. Рита нажала на кнопку звонка, и где-то далеко послышалась резкая трель.
— Кто там?
— Это Рита. Я вам звонила с утра. Я привезла корм.
Открылась дверь в заборе, и за ней оказалась невысокая девушка. Она была одета по-простому, по-деревенски: удобные штаны и куртка, хорошие резиновые сапоги и перчатки до локтя.
— Добрый день, — она улыбалась широко и искренне. — Я опасалась, что это соседи. Иногда они начинают доставать меня из-за собак. Говорят, что мои хвостики слишком громкие, боятся, что они разбегутся и всех перекусают, хотя пока больше всего проблем именно от людей.
— Куда нести мешки? — мрачно прервал её Михаил Андреевич. — Мне не двадцать лет, чтобы держать их на весу.
— Ох, простите, — спохватилась женщина. — Проходите сюда.
Взвалив мешок на плечо, мужчина двинулся вглубь участка по специальным дощатым настилам. Здесь сильно пахло собачьей шерстью, но питомцы вели себя на удивление смирно. Подходили к клетке вальера, нюхали гостей, что-то ворчали, и только один пёс бросился на дверцу грудью и отчаянно залаял, но его вольер был далеко от тропинки.
— Это Арес. У него сложная судьба, и он никак не научится жить в мире с людьми и другими животными. И я не уверена, что научится. А это у нас Джек, — с теплотой в голосе представила женщина. Девушка лет шестнадцати как раз вела мимо кудлатого пса с висячими ушами и длинной шерстью, которая закрывала глаза — Хороший мальчик, кто тут такой хороший мальчик? Хозяева привезли его в клинику совсем молодого, ему было лет пять. Привезли усыплять, представляете? потому что уезжали в Америку и не смогли найти, кому его оставить. Подружка, она ветеринаром работает, мне позвонила и мы забрали Джекушку. Два года у нас уже живёт. Отличный пёс.