Босиком по звёздам (СИ)

— Вообще, тебе нужно изучить все изображения, побыть с каждой картой хотя бы день. Понять, почувствовать все символы. Но мне так не терпится! — голос Киры взвился вверх, в таком предвкушении она была. — Ну же, сделай расклад!
— Да я же не умею, — растерянно ответила Рита, а карты казались почти теплыми, удобными и ласковыми.
— Я знаю самый простой расклад, на три карты. Задай любой вопрос и выбери карты: середина — настоящее, слева — прошлое, справа — ответ на твой вопрос. Только подожди! Не надо на голый стол выкладывать.
Рита стащила шарф с шеи, на полупрозрачной ткани танцевали чёрные коты, постелила его на стол. Май сел рядом, захлопал огромными чёрными крыльями.
— Гадалка, гадалка, — проговорил он, намеренно растягивая гласные, каркая. Рита недобро посмотрела на него.
— А ну пошел вон, глупая птица! — она махнула рукой, заставляя Мая отпрыгнуть почти на самый край стола.
— Ну зачем ты так, — с укором сказала Кира и протянула руку, чтобы погладить ворона. К удивлению Риты, он не отпрянул, а вперив презрительный взгляд в неё, позволил коснуться своих перьев, будто демонстрируя, что ей, Рите, такой чести от него не дождаться. — Майтес хороший, Майтес умный.
Рита удивленно вскинула брови.
— Майтес? — ворон никому не называл своего полного имени, обходясь кличкой. А тут надо же, хоть и не показывал, что умеет по-человечески говорить, но представился Майтесом.
— Ну что, какой вопрос задашь картам? — Кира уселась напротив.
Рита сначала хотела спросить о чем-то простом, чтобы испытать карты, потом её стал сжигать интерес о собственной судьбе, сможет ли она купить несчастный амулет и выбраться с земли? Но когда несносная птица снова начала показывать характер, распушив перья, Рита не сдержала мстительный порыв:
— Давай узнаем судьбу Мая!
— Ой, а я не знаю, работают ли карты с птицами…
Бесполезно. Рита уже перемешала их и одну за другой выложила три штуки на шарфик. Пятерка жезлов. Тройка мечей. Влюбленные.
— А теперь… — начала Кира.
Но Рита не дала подруге договорить. Вскинула руку, нахмурилась. Пролистала книжечку, которая прилагалась к картам, но скорее чтобы удостовериться, проверить себя, но большой необходимости в этом не было: символика карт вставала перед глазами ясная, как солнечный день, выпуклая, объемная. Рита видела и труд, заключенный в пяти жезлах, и боль и испытания в пронзенном тремя мечами сердце, и выбор и благословение влюбленных.
— В прошлом изнурительный труд и конфликт, он привел тебя туда, где ты есть, — проговорила она, постукивая ногтем по карте. — Испытание, которое однако не сломило тебя. В настоящем страдание, боль и тяжелые времена, — Рита затихла, посмотрела на Мая. Он ответил молчаливым, неожиданно пронзительным взглядом, а потом взмахнул крыльями и улетел на шкаф. — Смотри, в будущем тебя ждет влюбленность!
— Влюбленные означают трудный выбор, — подсказала Кира. — Но в общем карта позитивная, она означает, что хоть выбор будет сделать сложно, он принесет счастье. Скорее всего.
— Позитивная карта, Май, ты слышишь?! — крикнула Рита, чтобы ворон наверняка услышал, но он молча сидел на шкафу к девушкам хвостом, засунув голову под крыло.
— Да ладно тебе, — Кира погладила её по руке, судорожно сжимавшей карты. — Май хоть и очень умный, но всего лишь ворон. Он ничего не понимает.
Взгляд Риты был тяжелым и очень долгим.
— К сожалению, Кир, он всё прекрасно понимает.
Май на шкафу изо всех сил сжимал клюв и рвушийся из проклятой птичьей глотки клёкот, но терпел и молчал.
***
Алекс пришёл к старому дому на окраине Москвы вечером, когда небо заалело у горизонта, а земля укрылась прозрачными коричневыми сумерками. Дорога до Ритиного дома за последние месяцы стала ему родной и, как он признавался себе наедине, сулила приятные эмоции. Ему нравилось быть рядом с Ритой. Она была хрупкой, миниатюрной и стройной, её неизменно черные кофточки подчеркивали высокую грудь и тонкую талию, и Алексу нравилось на неё смотреть, нравилась её улыбка и тонкий цветочный аромат. Ему казалось, что Рита тянулась к нему, как потерявшийся ребёнок, и спасая её даже от самых незначительных неприятностей, например, от пустого холодильника, он чувствовал себя героем и замирал в предвкушении награды, которая обязательно будет его ждать.
 
Наблюдая за своими легкими, приятными мыслями, Алекс постучал в дверь. Ответа не было. Его это не встревожило: у Риты нечасто, но бывали клиенты, и она не открывала, занимаясь предсказаниями. Он вышел на улицу, сел на лавку. Вокруг сгущался теплый летний вечер. Мимо ходили стайки подростков, юных, веселых, смеющихся, вышагивали длинноногие девушки в коротких платьицах и бросали на одинокого Алекса игривые взгляды. Он отвечал им сдержанной дружелюбной улыбкой, ожидая, пока выйдет клиент Риты, гадая, кто это будет: суеверная пенсионерка или экзальтированная девушка. Но время шло, а из подъезда выходили только местные жители, которых Алекс уже знал в лицо. Он начал беспокоиться. Вернулся к двери, постучал еще раз, подавил на бесполезный звонок. Тишина. Тогда Алекс вышел из подъезда, обошел дом и, встав на цыпочки и приложив руки к стеклу, вгляделся внутрь.
В комнате было темно. Мрачными силуэтами возвышалась мебель. Белая скатерть на столе расстелилась поверженным призраком. Удалось рассмотреть даже узоры на выцветших обоях, в сумраке напоминавшие ветви засохших деревьев. Тишина. Темнота. Риты нигде не было.
Вдруг темная тень бросилась к окну! С громким стуком врезалась в стекло, забила темными крыльями. Алекс вскрикнул, шагнул назад. Нога подвернулась, и он всем весом упал на тротуар, продолжая ошалело вглядываться в серый прямоугольник окна. Сердце забилось быстро, почти болезненно. Страх сжал горло холодными пальцами. Май! Чертова птица билась в стекло, сдавленно каркая.
Ужас отступил, и Алекс осознал, что сидит на пыльном асфальте, а идущие мимо прохожие с подозрением смотрят на него. На лбу, спине, под мышками выступил пот. Легкая летняя рубашка прилипла к телу. Алекс облизал враз пересохшие губы, поднялся на ноги.
— Май, чертова птица! — процедил он сквозь зубы. Ворон сидел на подоконнике и ковырял шпингалет. Когда Алекс подошёл ближе, ворон справился со своей задачей и теперь смотрел не мигая на него. — Понятно, открывать окна — работа не для тебя.
Он постарался подцепить старую деревянную раму пальцами, но это оказалось не так просто: пальцы соскальзывали, под ногтями оставались кусочки краски. Наконец одна створка поддалась и открылась с тихим скрипом. Ворон каркнул.
— Эй, мужик, ты чего это делаешь? — раздалось сзади.
Алекс обернулся. На тропинке, которая шла позади дома, стояли двое мужчин в спортивных штанах и футболках с животными: у одного медведь, у другого воющий на луну волк.
— Ты это, решил обнести квартиру посреди дня что ли? — спросил один из мужчин и, чуть раздвинув руки в стороны, словно павиан, который старается казаться больше, двинулся к Алексу.
— Нет. Просто девушка не открывает дверь, — попытался объяснить тот.
— А может, девушка просто не хочет тебя, урода, видеть? — усмехнулся второй.
— Молодые люди, — а по сравнению с Алексом они были и правда очень молоды, буквально младенцы, хоть и не знали об этом, — не лезьте, будьте добры. Эта девушка… — он обернулся, чтобы показать внутрь квартиры и увидел Риту на полу. Она лежала на покрывале, раскинув руки, явно без сознания. Вокруг неё белели какие-то прямоугольники. — Черт, Рита!
Крик Алекса не был притворным, в нём смешались удивление и ужас, и мужчины это почувствовали. Они в два прыжка оказались рядом с окном, заглянули внутрь.
— Это чё с твоей девкой, мужик? Скорую нужно вызвать?
— Нет, пока нет.
Алекс поставил руки на подоконник, попытался подтянуться, но у него ничего не получилось. Май каркнул и испуганно вспорхнул на шкаф. Мужчины, не сговариваясь, сцепили руки замком и подставили под ногу Алекса.
— Спасибо, — быстро поблагодарил он и, оттолкнувшись от импровизированной подножки, запрыгнул в окно.