Boy Meets Evil (СИ)

— Ерунда, — отмахнулась от парня ногицунэ, — есть проблема похуже — Чимин с Шугой впереди нас. Немного, но все-таки. Очень важно кто первый схватит копье, ведь именно он и начнет бой.
— Что ты предлагаешь? — Чонгуку сейчас равнодушие давалось с трудом, и в любой другой день Рен было бы приятно, но сейчас ей просто хотелось побыстрее покончить с этим. Она так устала от этой погони, в конце которой её ждала черная ленточка на её черно-белой фотографии.
— Скажи, Тэхён, ты уже научился телепортировать отдельные предметы-людей, а не только себя? — Рен вцепилась в него внимательным взглядом, пока Ким погружался в собственные мысли. Очевидно он просчитывал варианты стоило ли ему рассказывать или же лучше было бы прикинуться дураком, как он это делал всегда.
— Ой, да перестаньте, — закатила глаза лисица. — Я слышала характерный хлопок. У нас в Японии таких называют прыгунами, вы большая редкость.
— О моей способности не знает даже Суён, так что держи рот на замке, — прошелестел ровным голосом Тэхён, но Рен все равно почувствовала себя паршиво.
Она знала на собственной шкуре, что такое быть дорогостоящей игрушкой, вынужденной скрывать собственные силы и подавлять себя. Ей вдруг почему-то стало ужасно жаль Тэхёна, который всю свою жизнь притворялся, потому что кто-то когда-то решил, что его способность может быть полезна настолько, что за неё не жалко было бы отвалить круглую сумму или даже убить.
— Прости, я не хотела, — совсем тихо шепнула Рен.
— Не надо, — качнул головой Тэхён. — Я могу телепортировать предметы. Что ты хочешь?
— Перекинь им туда Каири, это их задержит хотя бы на минуту, а может и вынудит разъединиться. С Чимином я ещё могу справиться, но вот с Юнги — вряд ли.
— Черт, Рен! Какой нахрен Чимин? Ты ранена! — одернул её Чонгук, в надежде привести в чувства. — Я сам всё сделаю!
— Успокойся, — сухо бросила ногицунэ. — Я всё равно доберусь туда быстрее, если перекинусь в лису. Тогда появится шанс перехватить копье.
— Но..
— Чонгук, она права. Не глупи, ты не должен идти на поводу у чувств, — остановил его Тэхён. — Поддашься им и тут же проиграешь. Мне придется пойти с Каири, чтобы сократить расстояние броска, так далеко я не смогу его портнуть без себя. Так что, Чонгук, — он понизил голос, обращая внимание друга на себя, — останься тут и дождись меня.
Короткий кивок головой, а потом Тэхён подхватил ворона на руки и разорвал пространство, исчезая в темной дыре небытия. Звонкий хлопок, от которого Рен непроизвольно дернула плечом, и пазл лабиринта встал на место, возвращая привычную картинку. Девушка развернулась на пятках, собираясь обернуться в лисью шкуру, но Чонгук притянул её за локоть к себе и развернул обратно. Он обнял её лицо руками, прижимаясь губами к её. Он целовал рвано, грубо, но при этом очень нежно. С каким-то особенным трепетом гладил пальцами шею, скулы, волосы, постоянно углубляя поцелуй.
Рен сдалась. Снова пошла против заданной ей роли, снова свернула не в ту сторону, позволяя себе раствориться в объятиях. Но разве можно было надышаться перед смертью? Она оторвалась от его губ, делая глубокий вдох, пока Чонгук запустил пальцы в её волосы и потянул за них, запрокидывая девичью голову назад.
Его взгляд мазал липкой болью и страхом по лицу. Он смотрел в её глаза, стараясь разглядеть там надежду, которой ему так не хватало.
— Тэндо Рен, как твой хозяин, я приказываю тебе не умирать, — густой и хриплый шёпот, который не терпел возражений. Сердце пропустило удар, во рту безжалостно пересохло.
— Чон Чонгук, как твой фамильяр, я обещаю тебе сделать всё возможное и выполнить твой приказ, — она загнанным зверем смотрела на него, старательно пряча под паникой чувство вины.
Цепи магической связи на их руках вспыхнули, словно их подожгли, запечатывая договор между ними. Теперь они погаснут только в двух случаях: если приказ будет успешно выполнен или если кто-то из них умрет, выполняя приказ. И Рен уже знала к какому варианту относились они. Она с самого начала это понимала, ещё задолго до встречи с Чонгуком.
***
Чимин бежал к вершине, оставив позади Юнги и Каири. Он слышал, как шелестят ветки под лапами ногицунэ, но не мог остановиться. У него не было иного варианта, иначе — смерть. Он чувствовал, как мышцы начинало покалывать от напряжения, внизу живота завязывался тугой узел предвкушения, когда впереди замаячил желанный пьедестал с копьем.
Чимин тянулся рукой к нему, словно за спасательным кругом, что по факту не далеко ушло от правды. Горло жгло от боли и ужаса, в ушах стоял шелест листьев. Рукоять оказалась на ощупь холодной, почти ледяной, вот только руку обожгло невероятной болью. Челюсть лисы сомкнулась на запястье, прокусывая до крови. Он против воли зарычал и дернулся назад за ногицунэ. Они повалились кубарем, внутри которого она перевоплощалась обратно в человека. От этого стало только хуже, останься она в животной форме, и убить её было бы проще.
Рядом с ними послышался безумный топот ног. Чимин скользнул взглядом вокруг и поспешно запихал их с Рен в ближайшую тень. Она с силой пнула его в щиколотку, сваливая на землю и седлая его бедра. Тонкие пальцы сомкнулись на его шее, сдавливая и мешая кислороду пройти в легкие, другая рука цеплялась за рукоять копья.
Чимин извивалась, словно уж на сковородке, стараясь скинуть с себя девушку, но она только на вид была маленькой и хрупкой. Всего лишь очередная её маска, которая скрывала огромную силу. Только вот она немного замерла и зашипела гневно что-то на японском. Чимин воспользовался моментом и перевернул их, теперь он придавливал Рен к земле. О подбородок билась серебряная подвеска, взгляд девушки завороженно следил за каждым наклоном кулона. Чимин довольно сверкнул зубами, обнажая победный оскал.
— Я знал, что тебя это остановит, — хмыкнул насмешливо Чимин. — Жаль только, что уже поздно и больше ты меня не зацепишь своей лживой любовью.
— Катись ты к черту, — она с силой ударила коленом по его спине, а ребром ладони под ребра, заставляя задохнуться от резкой боли, — Пак Чимин.
Она вырвалась из хватки, подскакивая, и плавным движением, скользнула ему за спину, обвивая рукой шею. Чимин больше всего боялся оказаться перед ней на коленях и почувствовать своего рода облегчение, и его самый главный страх прямо сейчас сбывался. Она сдавливала его шею, пока он медленно и тягуче терял связь с реальностью.
— Ты… не выберешься… отсюда, — хрипел Чимин, оставляя на её руке очередь вялых ударов, — останешься в тени с моим трупом.
— Чонгук найдет меня со своими сверчками, — хмыкнула довольно Рен.
— Но он не станет главой, потому что ты останешься жива, — улыбнулся Чимин, почувствовав, как хватка на шее резко ослабилась. — Думала я не узнаю, что ты и есть то «самое дорогое» его сердцу?
— Ты не можешь, — задохнулась Рен, отшатываясь назад. Он обернулся и увидел по её глазам, что она всё прекрасно поняла.
— Ещё как могу, — хрипло прошептал Чимин, наклоняясь к её уху. — Я приду за тобой, когда убью Чонгука, и тогда ты навсегда станешь моей.
Пазл, в котором с самого старта гонки чего-то не хватало, наконец-то, сложился. Они проиграли. Рен проиграла. Он знал, что если убьет её, то прямиком отдаст победу в руки Чонгука. Знал, что она побежит ему на перехват, оставив Чона позади, что даст ему время для того, чтобы затащить её в тень. Знал, что она зацепится за дорогой её сердцу кулон матери, который когда-то под влиянием чувств подарила ему.
Чимин всё знал с самого начала, в кои-то веки выжал пользу из своих оголтелых эмоций и сошел с накатанной дороги, порвал свой сценарий. Забавно, ведь именно этого он больше всего хотел с четырнадцати лет.
— НЕТ! — крикнула Рен, когда Пак выпрыгнул из тени, оставляя её в серой клетке.
Чонгук открывал банку за банкой, высвобождая сверчков, который тут же усаживались на тень и поглощали её. Чимин вылез на поверхность первым, в руках у него блеснуло короткое копье. Чонгук мазнул взглядом дальше — Рен нигде не было. Ужас перекрыл кислород, когда тяжелая ладонь опустилась на плечо.