Повелитель драконов I (СИ)

— И где он теперь? — спросил Ратибор.
— Исчез, — пожал плечами я.
— А может тебе привиделось, а? — насмешливо спросил Давор.
Конечно, привиделось. Я же сумасшедший.
— Нет, — отрезал я. — Мы нашли кого-то, кто очень не хотел, чтобы его обнаружили. И то, что он убегал, лишний раз доказывает мою правоту.
— Я никого не видел, — смерил меня взглядом Ратибор.
— Я тоже, — кивнул ему Давор.
Да они просто сговорились. Мы еще стояли какое-то время окидывая взглядом полянку с речкой. Орлы рапортовали мне, что тоже никого не наблюдали.
Все это было очень странно.
— Ладно пойдем. Мы уже тут точно никого не обнаружим, — махнул рукой Ратибор. — Это точно не гриммер. А на остальных мне плевать.
Пока мы шли обратно, я собрал всех новых представителей своего бестиария, приказав заниматься поисками человека в капюшоне. Пчелы, ежи и землеройки — все, кто имел хороший нюх — были отправлены искать следы.
Остальным же, особенно птицам, было велено искать этого типа с помощью зрения.
Ну и оставалось надеяться, что они хоть что-нибудь найдут.
Вернувшись в лагерь, мы обнаружили, что все уже собраны и готовы к отправке. Я сел на свою телегу рядом со Старым Мерином и караван, под конвоем погонщиков драконов отправился в путь.
Развалившись на козлах и закинув руки за голову, я всю дорогу наблюдал, как десяток драконов парил в небе над нами. Порой они спускались так низко, что своими крыльями обдавали нас ветром.
— Ты спишь, Ларион Броневой? — спросил меня мелодичный женский голос.
Я повернул голову. Прекрасная Алиса Ржевская ехала верхом на коне рядом с нашей телегой.
— Нет, — улыбнулся я ей в ответ. — А ты почему не в карете с родителями?
— Не люблю, — поморщила носик она. — Меня там укачивает. К тому же на коне веселее, правда?
Она была одета в белую блузу, из которой торчали две аппетитные груди в виде дынек, и коричневые обтягивающие штаны, которые слишком аппетитно облепляли ее попку. И куда только мать смотрит? А отец?
— Конечно, правда, — улыбнувшись кивнул я. — Если бы ты ехала в карете мы бы не могли насладиться твоей красотой.
— О-о, это точно! — прокряхтел Старый Мерин, шмыгая ртом и подбирая свои слюни.
— Тихо, — шикнул я на него.
Алиса громко засмеялась.
— Какие странные у вас отношения, — сказала она.
— Это не более странно, чем то, что благородная девушка едет верхом в конце колонны, — сказал я.
— Зато здесь я могу найти приятное общество, — лукаво улыбнулась она. — Чего очень не хватает впереди колонны.
А вот это уже приятно.
— Я не видел тебя на охоте, — прищурившись сказал я.
— Да, мы с братом весь день развлекали местную знать, — снова поморщилась она. — Нужно было ходить и со всеми разговаривать. Терпеть этого не могу.
— Пётр здесь?
— Конечно. Едет в карете с отцом и матерью.
— Странно, что и его я тоже не видел.
— Видимо, был сильно занят спасением князя, — усмехнулась Алиса.
— Ты видела?
— Конечно. Все видели. А потом еще долго обсуждали. Ты стал главной темой этой охоты. Просто центр внимания. Даже появление гриммера столько не обсуждали.
— Вот оно как, — крякнул я, задумавшись.
За своими проблемами, я и не увидел, что вся знать на меня пялилась. Ну а куда им еще деваться? Такой переполох был.
Значит, я теперь у всех на виду. Это хорошо и одновременно не очень.
— Да, и отец был снова в восторге, — сказала Алиса. — Говорит, что нам всем тебя бог послал, не иначе. И я, честно говоря, склонна с ним согласиться.
Она лукаво улыбалась, покусывая губы.
— Наверное, — усмехнулся я. — Никогда не задумывался об этом.
За таким разговором мы доехали до крепости. Алиса кокетничала, а я наслаждался ее обществом. Приятная во всех смыслах девушка.
Особенно она радовала тем, что не была избалованной дочерью своих родителей. Еще и активно практиковала разные виды спорта, включая борьбу. Боевая подруга прям. Повезло Ржевскому с сестрой.
Доехав до ее дома, мы распрощались. Она обещала непременно навестить меня на псарне. Конечно, где она и где псарня. Даже звучит смешно. Но ей виднее.
 
Вечером меня ждал теплый ужин у Крупских.
— Князь хочет, чтобы ты завтра пришел к нему, — сказал Никита Сергеевич, как только мы сели за стол.
— Вот как? — удивился я.
Слуги расставляли тарелки с едой на уже накрытый стол.
— Да, — кивнул Никита Сергеевич. — Сегодня он очень устал. Охота, нападение — все-таки большой стресс. А завтра в самый раз. Я уверен, что он будет склонять тебя на службу при дворе. Григорий Осипович очень честный человек и таких вещей не забывает.
— Это вряд ли у него получится, — помотал головой я.
— Это почему еще? — нахмурился Никита Сергеевич. — Неужели так нравится на своей псарне?
— Никита Сергеевич, свет мой, — пропела Эльза Павловна. — Не сердись так, морщинки будут потом.
— А я и не сержусь.
— Вы меня неправильно поняли, — попытался исправить ситуацию я. Неохота было слышать его фырчание от слова «совсем». — Ратибор предложил мне поехать с ними. Сказал, что такие люди нужны на хребте больше, чем здесь.
— А ты? — хмуро сказал он.
— Согласился, конечно, — аккуратно сказал я. — Такую возможность грех упускать.
— То есть ты добровольно подписал себе смертный приговор, правильно я понимаю? — еще сильнее нахмурился Никита Сергеевич. — Ты знаешь какой процент выживания на хребте у молодых пацанов вроде тебя? Тридцать! Каждый третий только выживает, остальные гибнут. И это я говорю про одаренных, не то, что обычного парня вроде тебя.
Вот тебе «здрасьте, приехали». Он что, за меня переживает?
— А что лучше отсиживаться здесь? — спросил я. — Гриммеры уже в Самаре. Сегодняшний день тому подтверждение. Если мы их не сдержим на Урале, и этой крепости не будет. Ничего не будет. Совсем.
Никита Сергеевич молчал, грозно глядя на меня и сжимая в руке вилку с такой силой, что казалось она вот-вот согнется под его натиском.
— А я тоже хочу на Урал! — подала вдруг голос Ника. — Сражаться с гриммерами на драконе!
— Право тебе, детка, — заворковала Эльза Павловна. — Что ты такое говоришь? Таким юным созданиям нечего делать на хребте. Особенно девочкам. И я согласна с Никитой Сергеевичем. Тебе следует отказаться от этой идеи, Ларион. Подумай о своих сестре и брате.
— А что он должен сидеть сложа руки? — возмущенно сказала Ника. — Гриммеры разрушили посад! Наш дом! Отняли наших родителей. Всё, что мы так любили! Я хочу им отомстить! И поеду с братом, если из-за меня он вынужден будет остаться. И Никона возьму с собой.
— Ника! — попыталась приструнить её Эльза Павловна.
— Что Ника? Ну что Ника? — распалялась сестра. — Я уже взрослая. И способна сама позаботиться о брате. А Ларик пускай сражается с этому тварями. Я вырасту и присоединюсь к нему. Вместе мы истребим их всех! До единого!
Никита Сергеевич сидел красный, как варёный рак. Эльза Павловна, наоборот, сильно побледнела. Вот уж не думал, что такие решения вызовут подобную реакцию.
Но в одном я с ними был согласен — Нике нечего делать на хребте. У нее боевой нрав, но это слишком опасно.
— Ника, тише. Я…
Договорить я не успел.
*БА-А-АХ*
Взрыв эхом разнесся по дому. Не так громко, как в посаде, но все же очень ощутимо.
Опять?
*Алиса Ржевская*
 Глава 16 
— Живо в подвал! — рявкнул Никита Сергеевич.
Дважды повторять не нужно было. Эльза Павловна схватила Шурку и Никона в охапку и побежала к двери, ведущей вниз.
Испуганная Ника, втянув голову в плечи, следовала за ними, взяв за руку старшую дочь Крупских — Нинку.
Поднялась суета, слуги и остальные обитатели дома, подняв визг, бросились за своей хозяйкой.