Красавица и Бо (ЛП)

Я падаю на колени.
Он пытается убедить меня встать.
Мягкий ковер впивается мне в кожу.
— Лорен…
Если он пытается убедить меня встать, то не должен казаться таким чертовски возбужденным при виде того, как я стою перед ним на коленях. Я смотрю из-под опущенных ресниц, расстегивая его молнию.
Его челюсть плотно сжата, а глаза прожигают меня насквозь. Я ухмыляюсь, и он прерывисто выдыхает.
Я еще даже не прикоснулась к нему.
Наклоняюсь ближе и запечатлеваю целомудренный поцелуй у основания его пресса.
Мне это никогда не нравилось. В прошлом минеты меня не интересовали, и на самом деле у меня было не так уж много практики, но это кажется чем-то врожденным. У меня мягкий, влажный рот, и у Бо есть кое-что, что он очень хотел бы засунуть в него. Проще простого. Я никогда в жизни не чувствовала себя более уверенной в себе. Я ниже ростом, чем Бо, слабее, моложе. Он, наверное, так привык топать по жизни, полностью контролируя ее, но в этот момент я стою перед ним на коленях, восседая на троне.
— Мне это нравится, — говорю я ему, когда мои пальцы скользят по резинке его трусов.
Я могла бы спустить с него штаны и полностью освободить его, но так кажется сексуальнее. Я просовываю руку дальше внутрь, сжимаю его твердую длину в ладони и облизываю губы.
Его голова откидывается назад, а глаза закрываются. Провожу рукой взад-вперед по его твердому члену.
Думаю, он близок к тому, чтобы признаться мне в любви.
— Бо?
Он стонет в ответ.
— Ты не можешь кончить, если я сделаю это с тобой. Я хочу, чтобы ты подождал, когда мы… ну, ты понимаешь.
Он жадно кивает.
Я поглаживаю его, пока говорю, и его бедра выгибаются под моей рукой. Думаю, могла бы попросить его переписать свой дом и бизнес на меня, и он сделал бы это, без лишних вопросов.
Его рука у меня в волосах. Он притягивает меня ближе, и я стягиваю его трусы ровно настолько, чтобы поцеловать самый кончик, затем приоткрываю губы и провожу по нему языком. Он шелковисто-мягкий, достаточно большой, чтобы заполнить мой рот, а потом еще немного. Я отстраняюсь от него и снова погружаю его в рот. Я делаю это еще раз, и, мне кажется, я смогла бы найти восхитительный ритм, но меня тянут вверх и отрывают от пола. Мой рот все еще имеет идеальную форму буквы «О». Может быть, это не так интуитивно понятно, как я думала?
— Плохо?
Он смеется и перекидывает меня через плечо. Уже второй раз за сегодняшний день мужчина несет меня, как мешок с картошкой. Прогрессивная феминистка во мне протестует, но не очень громко. Его рука сжимает мою задницу, когда он несет меня вниз по лестнице. Я раскачиваюсь из стороны в сторону, раскинув руки, как на перевернутых американских горках.
— Слишком хорошо, — слабым голосом уточняет он.
Он не мог справиться с моим ртом на нем.
Мои щеки раскраснелись.
— О-о-о-о.
Как только мы оказываемся в его комнате, он опускает меня на свою кровать, и я послушно сажусь на край, когда он наклоняется передо мной. Теперь наши роли поменялись местами. Мне нравится, когда он стоит на коленях; мы с ним одного роста. Наши губы идеально совпадают. Я наклоняюсь вперед и целую его просто так, потому что я хочу этого, и ничто меня не останавливает. Это наш первый поцелуй за день, и мне кажется, что он давно назревал. Мой рот, руки и язык говорят сами за себя: наконец-то. Да, я так долго ждала этого. Минуты проходят в мечтательном состоянии. Мы узнаем все, что нам нужно знать. Он вводит меня в курс дела. Наклони голову и приоткрой губы. Да, позволь мне лизать, кусать и сосать. Его руки находят заднюю часть лифа, и я не понимаю, как я в него влезла, но ему удается вытащить меня из него. Она падает мне на колени, и его руки заменяют шелк. Жесткие, теплые, мозолистые руки, шершавые, когда они скользят по моей чувствительной коже. Каждый маленький нерв на его пути становится заметен, когда он проводит по ним кончиком пальца.
Обиженные протестуют. Единственное решение, чтобы он касался каждой моей части. Мне нужно, чтобы он толкнул меня назад и прижал к кровати, чтобы я почувствовала всю его тяжесть.
 
Я прерываю наш поцелуй и вдыхаю. Его глаза опускаются, и он наслаждается каждым обнаженным дюймом моего тела, моей скромной грудью, моим животом, который дрожит, как бы сильно я ни старалась сдержать реакцию своего тела на него.
— Пялиться невежливо, — поддразниваю я, игриво толкая его в плечо.
Он ловит мое запястье и прижимается губами к моему пульсу, прежде чем повернуться и улыбнуться. Он выглядит дьявольски хитрым и опасным с этими яркими глазами и загорелой кожей. Я думаю, что когда-то, когда была подростком, он мне снился таким. Раньше я задавалась вопросом, каково было бы, если бы он смотрел на меня так же, как сейчас. Как мы сюда попали?
— Вот здесь у тебя веснушка, — говорит он, проводя рукой по верхней части моей грудной клетки.
Я с трудом сдерживаю желание зажмурить глаза.
— Она у меня с детства.
— Я не так себе это представлял, — должно быть, на моем лице отразилось замешательство, потому что он качает головой, его глаза полны удивления. — Ты не такая, как я представлял.
Разочарование не успевает завладеть моим настроением, потому что он толкает меня дальше по кровати и шепчет мне на ухо, что я еще лучше. Его голос охрип от страстного желания. Я тоже это чувствую и говорю ему, когда он укладывает меня на подушки.
— Я не могу поверить, что это происходит на самом деле.
Он опускается на локти и прижимает меня к кровати. Его рот опускается к моему, и мои губы приоткрываются. Его вес прижимает мои бедра, и я такая мокрая, что мне становится неловко. Легкий ветерок мог бы подтолкнуть меня к кульминации.
Я пытаюсь сжать бедра вместе, но от этого становится только хуже. Он прижимается ко мне, и я чувствую, как первые волны начинают накатывать на меня. Я зажмуриваюсь, сопротивляясь. Ни за что не сдамся так легко, поэтому меняю тактику.
— Я думаю, тебе следует снять штаны и надеть это.
Что за манера у меня обращаться со словами.
Он смеется и качает головой.
— Мы не будем заниматься сексом.
Я издаю такой звук, словно умираю на поле боя.
Нет. Нет. Нет. Он не сделает этого со мной. Я извиваюсь под ним.
— Бо, да, мы будем. Я не покину эту спальню, пока не почувствую тебя внутри себя.
Он хихикает и целует меня в нос. Он не дает мне возможности встать. Если бы могла, я бы перевернулась и села на него верхом, как наездница. Я бы использовала все грязные позы, которые исследовала за последние несколько недель. Некоторые из них неизбежно привели бы к кратковременному пребыванию в больнице, но думаю, что это риск, на который мы готовы пойти.
Я прижимаюсь своими бедрами к его, и он стонет.
Это единственное движение, которое могу сделать в данный момент, поэтому делаю его снова. Он в отместку наваливается на меня всем своим весом. Я прижата к кровати, и это рай.
— Если мы займемся сексом, ты не сможешь испугаться и снова отстраниться. Я не собираюсь снова пожимать тебе руку.
Я качаю головой.
— Конечно, я этого не сделаю!
— Мы поцеловались в моем офисе, а потом ты не позволяла мне прикасаться к тебе две недели.
— Это было совсем другое, совсем наоборот. Теперь я готова.
Он прищуривает глаза, как будто знает, что я скажу что угодно, лишь бы убедить его.
— Я думаю, нам следует подождать.
Ждать?!
— Чего, свадьбы? Я чувствую тебя, Бо. Ты тверд, как скала, — его твердость давит мне на живот, и мне приходится использовать всю свою энергию, чтобы мои глаза не закатились на затылок. — Ты так близок к тому, чтобы проскользнуть внутрь меня и избавить нас обоих от страданий.
Я выгибаю спину и прижимаюсь грудью к его обнаженной груди. Это коварно, и это заставляет нас обоих дрожать. Мурашки пробегают по моему телу.
— Я не хочу, чтобы это было только один раз.
Его слова щекочут мне щеку, и эмоции нахлынули на меня так быстро, что я не могу решить, за что мне цепляться: за надежду, страх, восторг.