Инкуб с трамвайной остановки
– Холодрыга-то какая! – испугал меня голос подруги со спины.
Я обернулась и почувствовала себя лучше от неожиданной поддержки, но поинтересовалась:
– Марин, а как же контрольная?
– Я учила! И оттого особенно обидно, – размыто ответила она. – А тебя я считаю немного того. Но как раз по этой причине тебя вряд ли можно оставлять в одиночестве – мало ли.
– Спасибо тебе, – я подхватила ее под локоть, и сразу на душе стало теплее.
Все же хороший она человек, потому и подруга. Мы с ней почти сразу после поступления сдружились. Я была не слишком общительной тихоней, а она – моей полной противоположностью. Мы и внешне слишком разные: Маринка – совсем невысокая, круглолицая шатенка, не сказать, что красавица, но почему-то легко становящаяся центром компании. И мы обе выиграли от этого союза: я на ее примере учусь, как бороться за справедливость чуть-чуть погромче, а она впитывает мою склонность во всех вопросах разбираться досконально и не отпускать тему, пока в ней каждая мелочь не откопается.
– Что мы ищем-то? – Марина разбила тишину веселым тоном.
– Представления не имею. Они на записи упоминали какой-то выход из Вахарны. Видимо, его мы и ищем… Подожди, что это там такое?
Я замерла, указывая пальцем в сторону – довольно далеко от дорожки.
– А что там? – прищурилась Маринка.
– Дверь! Ты видишь, там торчит дверь прямо посреди деревьев?
– Не вижу я никакой двери… Эх, маму твою надо было попросить, чтоб хоть таблеточки тебе какие прописала.
Мне было бы проще, если бы и она это увидела, а сейчас разрывали сомнения: галлюцинация, или дверь без стен и даже проема торчит прямо в воздухе? Но я решительно подошла, погладила по деревянной поверхности, сжала кулак и постучала, чтобы доказать ее наличие.
– Слышишь звук? Откуда он берется, а?
– Не-ет, звука не слышу, – задумчиво протянула подруга, однако глянула на меня внимательнее: – Но вижу, как ты тыкаешь кулаком в воздух. Здесь ничего нет, Наташ!
Она помахала рукой, и это выглядело так, будто ее пальцы запросто проходят через твердую материю. Меня же одолевал страх вперемешку с интересом. Маринка действительно не видит и не ощущает ничего, но, судя по цвету лица, допускает мысль, что я сама в существование двери верю.
– Может, заглянуть внутрь? – предложила я возможность нового доказательства. – Ты будешь крепко держать меня за куртку, а я двину вперед ногу – посмотрим, что произойдет.
– Ни за что! – подруга решительно схватила меня за локоть и потащила обратно к дорожке, а потом еще дальше на десять шагов. – Если твоя нога растворится в воздухе, то таблетки понадобятся уже мне!
– То есть ты веришь?
Она выглядела перепуганной и раздраженной, оттого и голос повышала:
– То есть я помню, как ты орала на записи! Если там что-то и есть, то точно очень плохое – от хорошего люди так не вопят!
Я расстроилась:
– Что же мне делать? Я хочу тебя на сто процентов убедить. Это важно, понимаешь? Тогда я и сама пойму, что нечто за этой дверью существует.
– А зачем убеждать – себя и меня? – спросила Марина уже спокойнее. – Давай допустим, что там и впрямь что-то есть – какой-то коридор, где ноги пропадают. И что? Не лучше ли забыть? Мы еще на третью пару успеем, если прямо сейчас обо всем забудем! Представляешь, как прекрасно жить, если бороться только с реальными преступниками?
Я продолжала мяться на месте, хотя отчасти с ней соглашалась. И не стала сопротивляться, когда она потащила меня к выходу из парка. Вот только через пару шагов Маринка замерла на месте и вскрикнула:
– Откуда они взялись?!
Она указывала на странную парочку, которая как раз от двери шагала к дорожке. Парень и девушка, с первого взгляда впечатляющие: примерно одного роста, не ниже ста девяноста сантиметров, внушительные и грандиозные – невообразимую мускулатуру молодого человека можно было прощупать взглядом даже сквозь кожаную куртку с заклепками. Его спутница была одета примерно так же – в одну черную кожу. Она являлась обладательницей широких плеч пловчихи и длинных темных волос модели из рекламы шампуня, стянутых на затылке в конский хвост.
Оба уставились на нас, но без той же паники во взгляде. Заговорил парень – сухо и деловито:
– Вы стучали? – Дождался, пока я обескураженно кивну, и продолжил: – Сверхполиция, девятый отряд. Что случилось? Перебои с проходом?
– А-а-а… – протянула я сдавленным горлом.
Маринка звучала еще хуже:
– П-проклинаю тот день, когда с тобой познакомилась, Наташ…
Не дождавшись внятных объяснений, мужчина могучей комплекции продолжил:
– Я вас обеих не знаю. Документы при себе? Вы из какого города?
– Из Москвы, – очень глупо ответила я, поскольку как раз там мы сейчас и находились.
Гигант нахмурился и удивленно перекинулся взглядами со своей массивной подружкой. Снова уставился на меня, поскольку именно я отвечала:
– Вы ведь существа? Какая раса? – оценил выражение моего лица и задал новый непонятный вопрос: – Вы учтенные?
Очевидно, надо было хоть что-то объяснять, потому я и начала лить все, что приходило в голову:
– Я не знаю! Но я увидела эту дверь, а постучала просто так – хотела подруге ее показать! И я стала свидетельницей какого-то преступления – видимо, и против себя самой. Я-то ладно, но там какие-то инкубы, суккубы и мужчина с квартирой в центре! А еще мне, кажется, удалили память… правда, я сама разрешила, но все-таки! У меня есть запись… О-о, наконец-то, хоть кто-то, кроме меня, поймет, что говорят на моем диктофоне!
Мне понравилось, что оба оставались невозмутимыми и говорили уверенно. На этот раз голос подала девушка – он прозвучал с низкими вибрирующими нотками:
– Спокойнее, во всем разберемся. Если ведьма сделала что-то по твоему разрешению, то мы не можем классифицировать это как преступление. Зато остальное вызывает интерес. Меня зовут Ланда, я – валькирия. А этот берсерк – командир нашего отряда, лорд Ион Стант. Надо изложить все по порядку перед Советом, сбор объявим немедленно в центральном судилище Вахарны. Плюс вас обеих надо классифицировать и поставить на учет. Не волнуйтесь – незнание своей сути не накладывает на вас никаких обязательств. Как к вам обеим обращаться?
– Наталья, – чуть легче смогла произнести я, поскольку теперь нарисовался хоть какой-то план действий.
А Маринка залепетала:
– О чем они вообще говорят? Я слышу только «шурум-бурум»!
– А, ясно. – Берсерк перевел взгляд на нее, и вдруг его интонация изменилась: – А ты не существо, потому пойти с нами не можешь. Оставь домашний адрес – мы в ближайшее время пришлем к тебе рейд с ведьмой в составе. Она удалит твой стресс вместе с памятью о произошедшем.
– А так можно было?! – обрадовалась Марина, вдруг начав его понимать. – Я спасена от шизы!
Но я поспешила возразить – даже выступила вперед, немного закрывая подругу плечом:
– Ну уж нет. Мне нужен по эту сторону хоть один человек, который завтра подтвердит, что моя кукуха не отлетела!
– Жестоко, – промычала подруга мне в спину.
Лорд Ион кивнул с той же серьезной миной:
– Наш закон позволяет незначительное распространение информации в вашем мире. Но совет лично от меня: лучше ни с кем не делись, из психиатрических отделений мы человеков не вытаскиваем, это не входит в круг наших обязанностей.
– Без вас бы доперла! – от волнения грубовато ответила Марина, но сразу исправилась: – Я хотела сказать, что и сама догадываюсь о последствиях. Может, потом книгу напишу… Книгам все равно никто не верит.
– А вот эта идея отличная! – неожиданно одобрила валькирия. – Еще лучше, если в кинематограф запустишь – мы подобное даже финансируем. Но только не выдавай, что сама в нас веришь, это лучше работает от незаинтересованных сторон. До свидания, человеческая самка, было приятно поболтать. Идем, Наталья!
Но у меня оставался еще один насущный страх:
– Подождите, а я потом вернусь домой?
– Конечно, раз у тебя местная регистрация. Сразу после судилища лично проводим тебя до выхода из Вахарны, – успокоила она. – Мы не держим существ силой, но наш закон отныне ты соблюдать обязана.