Инкуб с трамвайной остановки
– Совсем не намекаю, Талья, это очевидный факт. Ты – существо, они – нет. Спокойной ночи, уже в который раз. – И бессердечно ушел, оставив меня наедине с полученной информацией.
На спокойствие в ту ночь рассчитывать не приходилось. Узнать, что я приемная, да еще и так, между делом – это ведь полный разрыв сознания! Стоит ли об этом родителям сказать? Хотя они, наверное, и сами догадываются… Обязаны ли они были мне об этом сообщить? Представления не имею! Я любила их всю жизнь, а они любили меня, заботились и поддерживали. Пережив первый шок, я немного примирилась с этим потрясением. Не жаловаться же на судьбу за то, что я прожила всю жизнь в прекрасной семье, а не в детдоме. Разговор можно составить, но вряд ли это важнейшее дело ближайшей перспективы.
Нашлась и более противная пища для размышлений. Я осмотрела все кухонные шкафы, заглянула в каждый угол в поисках тараканов или – боже упаси – змей. Не успокоилась от отсутствия результата, сидела на табуретке, поджав ноги, и пыталась уловить в ночной тиши шорохи. Вздрагивала каждый раз, когда слышала любой шум от соседей. Я уже успела впечатлиться берсерками, валькириям и ведьмами. Припомнила не самую приятную встречу с троллем – он раздражающий и грубый, но не особенно ужасный. А сегодня мне довелось познакомиться с настоящим вампиром, но и тот сумел произвести достаточно хорошее впечатление: беззлобный, просто сухой, логичный и отстраненный. То есть с большим – да нет, с гигантским отрывом! – в этих всех расах по степени омерзительности лидируют инкубы и суккубы. У них вон, даже альтеры – не какие-нибудь милые песики и котики, а самые противные на свете гады!
Хотя Влад назвал альтеров безобидными – этого знания пока достаточно. Диминику не удастся меня запугать! Хотя мысль о возможной мести настроения не прибавляла. Ничего, как-нибудь переживу. Адвокаты нередко подвергаются угрозам и шантажу – мне надо научиться справляться с собственным страхом, иначе защитник из меня выйдет никудышный.
* * *На следующий день я пришла в универ невыспавшейся и оттого нервной, что Маринка, ждущая на крыльце, сразу заметила:
– Тоже ночка выдалась неудачная?
– Не то слово! – согласилась я. – Сейчас расскажу – обомлеешь. Подожди, ты сказала «тоже»?
– О да, – признала подруга сквозь зубы. – И сначала чур твоя очередь обомлеть. Прикинь, я просыпаюсь среди ночи, а на моей груди сидит крыса! Самая настоящая крыса с черными глазками! Прямо на моей груди поверх одеяла. Я орала так, что управляющую компанию вызывать не пришлось – сами приехали. До сих пор трясет, как вспомню! А хозяйка сделала вид, что не поверила – заявила: я придумываю, потому что хочу арендную плату сбить. Но хоть соседи адекватные – у нас там сейчас весь дом с горкой отравой засыпают. Можно, я у тебя пару дней поживу?
У меня дар речи пропал. Я рот открыла и только глазами хлопала. Марина из Воронежа приехала, квартиру на окраине снимает – маленькую, старенькую, но чистенькую однушку. У нее даже адрес прописки с местом проживания не совпадает, а ее координаты я точно в Вахарне даже не упоминала. С большим трудом я выдавила ближайшую мысль:
– Как он узнал, где ты живешь?..
– Кто? Крыс? – подруга попыталась улыбнуться, но вышло больше зло, чем радостно. – Понятия не имею! Меня больше наглость этой зверюги беспокоит! А если бы она мне нос во сне отгрызла?! Наташ, ты куда? Лекция через пять минут!
Я развернулась на бегу, отыскала ключи в сумке и бросила ей:
– Поживи – родители не будут против. А я приеду, как смогу. Это была демонстрация – того, что он может, понимаешь? Просто небольшая показуха, но дальше будет хуже – а бить он станет по тем, кто мне дорог, потому что так меня достать проще! Это тебе не грубый, но промолинейный тролль, это – манипулятор и мошенник, его пути всегда будут кривыми и подлыми!
– О ком ты говоришь, Наташ? И куда побежала? А как же учеба?
Больше я говорить не могла – неслась на всех парах к парку. Инкуб не меня решил запугать – он взялся за мою подругу. Возможно, каким-то образом понял, что именно ее страх подействует на меня самым ощутимым образом! И его возможности точно шире, чем я ночью себя убедила. Диминик Эйм – мерзейший тип. Я успела прочитать распечатки – управление альтерами не относится к преступлениям, потому инкуба за этот ужас даже не накажут. Но прятаться от страха нельзя – ему обязательно надо идти навстречу, чтобы побороть. Как же учеба? Действительно, как же там поживает моя настоящая учеба, после которой я самолично смогу давать отпор таким уродам?
В Вахарну я прошла без труда. Пробежала мимо пасущегося единорога, не издав вопля. Нужное здание невозможно было перепутать – радужные отблески на стеклянной стене будто и были путеводителем. Я влетела в знакомую дверь и заорала на какую-то женщину:
– Я хочу стать магикопом! Хочу выучиться на нормальную ведьму и как следует кое-кого отведьмачить! Зачислите меня немедленно! То есть я очень вежливо прошу меня зачислить, хотя по моему тону так и не скажешь!
Женщина вздохнула и, когда я закончила, ответила:
– Очень за тебя рада. Только я в управлении на ставке уборщицы. Вход в академию с другой стороны здания – не лучше ли тебе там надрывать глотку? Я не настаиваю, можешь вопить и тут, но смысла будет побольше.
– Спасибо!
Я понеслась теперь к нужному входу. И меня больше не волновало, что я могу встретить ужасного инкуба лицом к лицу – даже наоборот, я была бы не против и на него наорать, а не только на уборщицу.
Вот так я за короткий миг и выбрала свою судьбу – и приняла это решение на одних эмоциях. В подобном состоянии нельзя даже кофе в забегаловке правильно выбрать, но в тот день я иначе поступить не могла. Не исключаю, что Диминик специально так подстроил: он не мог добраться до меня со своей местью, потому было легче заставить меня прийти к нему.
Глава 6
Приняли меня быстро, чего и следовало ожидать. Ректор, представившийся господином Ришаром, оказался обладателем седой шевелюры и пронзительного взгляда, которым он сканировал меня все время непродолжительного собеседования. Задал примерно те же вопросы, кои я слышала на Совете: какие у меня таланты и увлечения, к чему лежит душа. И этого бы с лихвой хватило, но в мое дело он вписал и смелое предотвращение преступления – дескать, далеко не каждый представитель человеческого мира на подобное отважится, не будучи даже уверенным в том, что не сумасшедший. Уверена, и без этих плюсов меня приняли бы. Сразу было понятно, что в курсанты берут любого, согласного в дальнейшем поступить на службу.
Он коротко рассказал о сверхлингве – местном языке, который уже «встроен» в ум любого существа, о прелестях жизни в Вахарне и перспективах карьеры магикопа. В последней теме увяз, повторяя одно и то же по кругу, поэтому пора было ее заканчивать:
– Господин Ришар, не надо меня убеждать. Я горю желанием геройствовать во имя порядка! Потому научите меня подлым приемчикам и еще более подлому колдовству – и в полевые работы. До вечера успеем? Обещаю очень стараться!
Мужчина усмехнулся:
– Я бы посмеялся над твоей шуткой, но, к сожалению, она не так уж далека от реальности – одаренных курсантов быстро разбирают в рейды. Но начнем все-таки по порядку, а то выживаемость неподготовленных курсантов в полевых работах близка к нулю. Тебе нужно место в общежитии?
– Ни в коем случае, – я решила этот вопрос еще до знакомства с ректором. – Буду жить в Москве и приезжать сюда на учебу. Пока не придумала, что с настоящей учебой делать, ну да ладно.
– Настоящей? – его рассмешило это слово. – Сразу видно, что ты до сих пор не поверила в происходящее до конца. Ты только-только начинаешь погружаться в настоящий мир, а тот, который до сих пор знала, полным не был. Большинство людей живет в условиях вакуума информации, а в городские страшилки всерьез не верит. Тогда идем…
Все академическое помещение было странно устроено: этажей много, не меньше десяти, но не больше трех аудиторий на каждом. Притом в такое, самое учебное время, большинство классов пустовало. Я уж было подумала, что вся подготовка заключается в физической нагрузке: попробуй побегать туда-сюда по десяти этажам – потом одними накачанными ногами любого преступника задушишь.