Осколки (СИ)
— Не спится?
— Хотела подышать свежим воздухом.
Глеб резко повернулся и я встретила тот самый звериный оскал, что видела в своем сне. Если мне потребовалась секунда для того, чтоб сделать шаг в пропасть, ему она была не нужна.
Молниеносно сократив расстояние, мы впились губами в губы друг друга, словно жаждущие странники, нашедшие оазис. Он рванул пояс халата и тонкий шелк упал к нашим ногам. Покрывая обжигающими поцелуями мое тело, Глеб усадил меня на стол. Ворох бумаг, телефон, все, что было на столе полетело вниз. Его ласки электрическим разрядом проходили через мое тело. Я издала стон, запустила пальцы в его волосы и откинула голову назад полностью отдаваясь неистовому желанию обладать этим мужчиной и принадлежать ему всецело.
В этой ночи не было нежности, свойственной зарождающимся отношениям. Мы вели себя, как изголодавшиеся любовники после долгой разлуки. Я прощалась с каждой клеточкой его тела, а он как будто чувствуя это никак не мог насытится мной. Пройдя по кабинету, как ураган по атлантическому побережью, мы переместились в более подходящее место.
Глава 11. Хождение по мукам
Проснувшись утром, я долго не решалась открыть глаза. Прежде всего, я думала об Антоне, о том, что как бы я ни пыталась убедить себя в необходимости совершившегося предательства, оно мне определенно нравилось.
Все же валяться в постели и до скончания дней притворяться спящей вряд ли удастся. Пришлось открыть глаза. Я огляделась, это была спальня Беса, его кровать. Шелковая простынь еще хранила запах наших тел. Глеба рядом не было.
Потянувшись я ощутила приятную ломоту по всему телу и улыбнулась. Прикрыв наготу белоснежной простынью, я ступила босыми ногами на мягкий пушистый ковер и побрела в ванную комнату.
Откинув волосы назад, я увидела небольшие кровоподтеки. Он словно пытался заклеймить меня. Я улыбнулась: «Как же ты ошибаешься, милый, думая, что теперь я в полной твоей власти. Все как раз наоборот».
Днем позвонила Машка, к слову сказать, у нее в ту ночь получилось выбраться из клуба целой и невредимой.
— Как тебе это удалось?!Просто бомба! — заверещала она.
— Что удалось? — не поняла я.
— Охомутать его!
— Не понимаю…
— Ты видела номер «Недельки»?? Нууу, где ты вчера была и с кем? Я хочу подробностей!
«Неделька» — местный журнал, описывающий светскую жизнь нашего города. Я сомневаюсь, что его читает кто-нибудь, кроме сотрудников театра и может быть пару музеев. Быстро закончив разговор, сославшись на срочные дела, я зашла на сайт журнала. Так и есть, на обложке свежего номера наше с Глебом фото, где он по хозяйски обнимает меня за талию, в статье прилагалось несколько моих фотографий, где я на территории сада и длинный текст о том, что один из самых завидных холостяков нашего города обзавелся новой пассией. Все, что я знала об издательском бизнесе было почерпано мной исключительно из сериалов и телепередач, но даже этого было достаточно, чтоб понять- статья заказная. Никто не готовит номер за сутки до выхода. Моему гневу не было предела.
К ужину я не спустилась, Глеб пришел ко мне сам:
— Детка что случилось? Ты не можешь ходить? Хочешь я отнесу тебя на руках? — весело поинтересовался он, зайдя в мою комнату.
— Я хочу домой. Я согласна на твои условия, но лишь частично. — я старалась говорить холодно и без эмоций.
— Какие к черту условия? — удивился Глеб.
— Я буду изображать твою любовницу, но лишь изображать. Прошлая ночь была ошибкой. Мне осточертело твое гостеприимство.
— Серьезно? Твое тело говорило обратное, казалось, ты готова провести подо мной всю оставшуюся жизнь, — усмехнулся Бес.
Подойдя вплотную и подняв мой подбородок, он смотрел на меня, в его глазах отплясывали черти. Несомненно, он чувствовал себя властелином мира, а я была в этом мире муравьем. Если еще утром, я колебалась по поводу дальнейших своих действий, то сейчас, под этим насмешливым взглядом, я решила его судьбу. Что ж, поиграем, милый.
Я дернула головой, освободившись от его пальцев.
— Может быть, я провела бы под тобой пол жизни, а вторую половину- на тебе! — зашипела я-Но ты меня использовал! Тебе нужна кукла для рекламы и ты держишь меня здесь, прикрываясь несуществующими врагами! Эта статья в журнале заказная!
— Да кто читает этот журнал? К тому же, ты пришла сама, а могла бы не прийти и статья осталась бы обычными сплетнями, не имеющими ничего общего с реальностью! Просто сейчас все твои чувства обострились и ты слишком много внимания уделяешь глупостям.
К счастью он быстро распалялся и теперь мы скандалили по- настоящему. Когда у Бессонова кончились аргументы, он припечатал меня к стенке, достаточно жестко, чтоб стало понятно: пытаться освободиться бесполезно.
— Ты не покинешь этот дом, пока я этого не захочу — сказал он, глядя мне в глаза.
А я перевела взгляд на его губы. Это был посыл и Бес его понял. Я ощутила скольжение его руки по моему бедру.
— Нарываешься… — Не спрашивает, утверждает. Дразня, провел губами по моей шее, так что из груди вырвался стон.
— Может быть я не боюсь… — прошептала я, запуская руки в его волосы.
Вдыхая терпкий, пьянящий аромат его тела, я сходила с ума от ощущения близости с этим мужчиной.
Отстранившись он опустил бретели сарафана и легкая ткань скользнув по моим ногам упала на пол. Несколько секунд хватило ему, чтоб налюбоваться своим трофеем.
— Моя. Ты только моя.
Я победно улыбнулась, про себя отметив: «Нет, милый. Это ты мой».
Затем он подхватил меня на руки и отнес на кровать. Оставляя обжигающие следы поцелуев, принося неистовое наслаждение, заставляя стонать и извиваться не оставил без внимания ни один изгиб моего тела. Сумасшедшая волна наслаждения накрыла меня, и
я почувствовала что теряю разум от этого приступа возбужденной страсти.
-Глеб… — отрывистый шепот вырвался непроизвольно и был похож на мольбу.
— Хочешь чтобы я остановился? — хрипло выдохнул он.
Не в силах произнести ни слова, я отчаянно замотала головой. И прежде, чем он опустил ресницы, я успела заметить в глубине его черных глаз удовлетворение.
Возможно, наша близость была не столько необходима для дела, сколько для меня. Возможно, я не находила другой способ получить флешку, потому что не хотела искать.
Я лежала у него на груди и слушая стук его сердца, чертила пальцем узоры на мускулистом теле.
— Глеб…Я хочу домой…Отпусти меня
— Эта тема закрыта. У меня действительно проблемы, и тебе действительно опасно жить одной
«С головой у тебя проблемы»- я мысленно выругалась. Бессонов упивался своим положением: хозяин жизни да и только. Весь мир у его ног, и даже я. Последнее ему особенно нравилось. Делай что хочешь: запри в доме или выкинь на улицу. Лично я не сомневалась, так и было бы, приди мне в голову задержаться здесь. Слишком быстро я стала мягкой и податливой в его руках. Вслух я сказала, конечно, совсем другое:
— Я сойду с ума и однажды застрелюсь в этой постели- я заговорщицки улыбнулась.
Бес расхохотался.
— У тебя есть оружие?
— Достать его в этом доме не трудно.
— Что ж, не проблема! Думаю к этому времени ты мне уже наскучишь, — он откровенно смеялся.
— О, проблема, конечно, не в этом, — теперь был мой ход, — Проблема в другом: Я ведь могу и мемуары оставить, а могу и отправить их в какое-нибудь ток-шоу. Как тебе такой заголовок «Слуга народа держит в сексуальном рабстве актрису театра».
Глеб, продолжая веселиться, резко свалил меня в подушки и сам оказался сверху:
— Ах ты, маленькая дрянь! Шантаж-грязное дело, уверена, что справишься? — он шептал где-то в районе моей шеи.
— Не попробую- не узнаю. — отозвалась я.
— Когда улажу свои дела, обязательно отправлю тебя домой, а пока могу выполнить лишь какое-нибудь твое желание.
И я загадала желание. Есть одна военная мудрость: сражаясь с букашкой, смотри на нее как на тигра и тогда победишь. Толи Бес в военных мудростях не силен, толи никак во мне тигра не мог разглядеть, но потеряв бдительность, после долгих уговоров, все-таки поддался. Приводя какие-то немыслимые доводы, я убедила его, что мне жизненно необходимо остаться с ним вдвоем, без персонала, без охраны, только я и он. Взамен я обещала целый месяц быть хорошей девочкой, ну или плохой, что он сам выберет. Тот факт, что Бессонов согласился, только еще раз свидетельствовал о том, что никаких проблем у него нет, это просто предлог держать меня под рукой.