Мой адрес – Советский Союз! Тетралогия (СИ)

– Да мне нормально, – пожал я плечами.
– А я вот решил потеплее одеться, когда в Москву собирался. Это у нас на Кубани сейчас можно даже без плаща или куртки ходить, а тут всё-таки север. Хотя сегодня было тепло… Ты в какой гостинице остановился?
– Так я и не в гостинице, снял угол у одной бабули в Бирюлёво на пару ночей.
– Вот те раз! А чего так?
– Так свободных номеров в московских гостиницах не бывает. Заранее надо бронировать, да ещё и при наличии командировочного удостоверения. Меня же Силантьев пригласил в частном порядке.
– Да уж, это точно… Я вон сам себе командировочное выписал и чуть не за месяц номер в «Берлине» забронировал. Я в этой гостинице уже не первый раз останавливаюсь, нравится она мне, уютная. И меня там знают, встречают, как родного.
Да уж, я бы тоже не отказался в «Берлине» пожить, хоть раньше в ней и не был никогда. Но мнению собеседника доверял.
– Ладно, Вадим Федотович, рад был с вами познакомиться.
– И мне тоже приятно. Сейчас куда, в Бирюлёво?
– Попозже, пока решили с моей девушкой поискать какой-нибудь ресторан, чтобы культурно поужинать.
– Так вот запросто, не забронировав столик? Бесполезно, я ихние порядки успел немного выучить, чай не первый раз в Москве. Знаешь что… А давайте я вас с твоей девушкой в ресторан приглашу? В «Берлине» знаешь какой хороший ресторан? Там даже фонтан есть, а в нём живые карпы плавают. Захочешь – официант сачком выловит и для тебя тут же рыбу приготовят. Едем?
Я задумался. В принципе, и впрямь вряд ли вот так с наскока нам удастся посидеть в каком-нибудь приличном заведении. Другое дело, что общество председателя колхоза может показаться навязчивым…
– Мы вообще-то хотели побыть, так сказать, наедине…
– Да и побудете! Я с вами немного посижу, поем, выпью пару рюмок водки – и на боковую. По глазам вижу – созрел. Где твоя девушка?
– На служебном договорились встретиться.
– Тогда я сейчас на машине к служебному и подъеду.
Я проторчал у служебного входа минут десять, когда рядом остановилась 21-я «Волга», из которой с водительского места выбрался Резников.
– Из колхоза на ней приехал, тысяча триста километров, – гордо сообщил он, похлопав ладонью по капоту. – В 6 утра выехал – в 9 вечера уже в столице. Я с техникой на «ты» с самого детства… Я на ней в прошлом году в Сибирь ездил, в Омскую область, там у нас проходил выездной семинар по обмену опытом. Не подвела моя «ласточка». И в этот раз до Москвы без проблем добрался. Лучше, чем на поездах и самолётах. Люблю, когда сам себе хозяин, куда хочешь – туда и едешь.
– Так она у вас такая чистая, словно вы дальше ближайшего отсюда переулка на ней не выезжали…
– Ты бы видел её, когда я на ней вчера в Москву въезжал. Но у меня завгар при Министерстве сельского хозяйства – хороший знакомый, он мне машину так отдраил… Не сам, конечно, у них там автоматическая мойка, через неё я и прогнал свою «ласточку»… Так, ну где там твоя девушка? Она здесь работает, что ты её на служебном входе ждёшь?
– Можно и так сказать, – улыбнулся я.
И в этот момент дверь распахнулась, на крыльце показался сначала мужчина, следом за ним вышла женщина, примерно его ровесница, они о чём-то переговаривались, и когда дверь уже почти закрылась – её толкнули изнутри, и появилась наконец моя ненаглядная. Я двинулся навстречу, она же, увидев меня, улыбнулась, отчего на её щёчках появились обожаемые мною ямочки, и кинулась мне на шею.
– Женька!
Чмокнула меня в щёку, получив тут же ответный поцелуй.
– Привет! – я ещё раз чмокнул её, теперь уже ближе к губам, глядя в её отражающие свет фонаря глаза. – Ну ты просто сегодня звезда! Так здорово спела…
– А я пою и тебя взглядом ищу. Помню, что вроде в пятом ряду должен быть. Потом увидела и чуть голос не дрогнул. Сама смотрю на тебя, смотрю, а потом думаю, чего ж я только на тебя смотрю, меня же Юрий Васильевич предупреждал, что я должна в зал смотреть, как бы на всех одновременно, и ни на кого конкретно. Ну я и давай в зал смотреть, а сама нет-нет – да и на тебя взгляд переведу.
 
– А я с тебя и вовсе его не сводил. Проголодалась, наверное?
– Ой да, сейчас бы целого поросёнка съела, желательно жареного.
– Так за чем же дело стало? Пожалуйста, садитесь, домчу вас с ветерком!
Слышавший наш разговор Резников любезно распахнул заднюю дверь «Волги».
– Ты уже и такси успел вызвать? – удивилась Полина.
– Хм, – немного смутился я, так как Вадим Федотович и это должен был по идее услышать. – Это не совсем такси. Это, скажем так, один знакомый. Вадим Федотович, он тоже был на концерте, сидел рядом со мной, там и познакомились. А теперь предлагает отужинать в ресторане гостиницы, где остановился.
– Ой, извините, – тоже смутилась Полина. – Я ведь вроде видела, кто рядом с Женей сидит, но на улице вас почему-то не узнала.
– Наверное, из-за шляпы, – улыбнулся Резников. – А вы… Погодите, не вы ли пели про аиста?
– Я, – окончательно стушевалась Полина.
– А я гляжу – лицо-то знакомое! Вас Полина звать? Очень приятно! Резников, председатель колхоза «Победа» Каневского района Краснодарского края.
Из-под распахнутого пальто как по заказу блеснула серпасто-молоткастая звезда Героя Соцтруда, что, вероятно, не укрылось от взгляда Полины.
– Прекрасная песня, – продолжал между тем Резников. – Очень мне понравилась. Ваш Евгений – безусловный талант! Да ещё и боксёр, чемпион!
– Пока только первенства «Буревестника», – уточнил я.
– Ерунда, талантливый человек талантлив во всём, будешь ещё чемпионом мира. Так, ну, садитесь уже, а то вон, кажется, дождик начинается.
По почти пустым, вечерним улицам Москвы до гостиницы «Берлин» долетели меньше чем за десять минут. Резников нас высадил у ресторана, попросив подождать, пока он припаркует «Волгу». Через несколько минут вернулся, и повёл нас к большим, тяжёлым дверям. Ему к негодованию нескольких торчавших тут же парочек открыли, и наш провожатый на входе пожал руку швейцару, вложив ему в неё какую-то купюру, так быстро, что я разглядел только её зеленоватый цвет. Похоже на трёшку. Швейцар с учтивым, но полным достоинства поклоном предложил нам пройти. Мы оказались в зале, посреди которого и впрямь находился фонтан, в котором плавали самые натуральные карпы. Играла живая музыка – это на небольшой сцене расположился квартет музыкантов. И тут же появился одетый в чёрный смокинг с белоснежной рубашкой и чёрной же бабочкой на шее администратор.
– Вадим Федотович!
– Сергей Сергеич!
Очередной обмен рукопожатиями, теперь уже в руку администратора скользнула купюра кирпичного цвета.
– Дорогой, со мной двое моих хороших знакомых, найдётся для нас столик в каком-нибудь тихом уголке?
– Для вас и ваших друзей, Вадим Федотович – всегда! Пройдёмте.
Вскоре мы рассаживались за столиком в дальнем конце, покрытом скатертью с монограммами. И уже спешил к нам с учтивой улыбкой на тщательно выбритом лице официант.
– Добрый вечер! Что будем заказывать?
После некоторых мук выбора решили отведать немецкой кухни. Заказали салат «Берлин», Берлинскую солянку, бифштекс по-немецки, сельдь со странным названием роль-мопс, оказавшуюся маринованным филе, свёрнутым в рулетик, внутри начинка из корнишонов, лука и специй. Графинчик водки – для Резникова (это вам утром улетать, а я ещё на денёк задержусь, мне завтра в Министерство), нам с Полиной – бутылку красного вина. На десерт по совету Вадима Федотовича взяли немецкое печенье «Свиное ухо».
В этот момент со стороны фонтана раздался громкий всплеск воды, а следом смех и аплодисменты посетителей. Сразу два официанта кинулись к фонтану, помогая выбраться из воды матерящемуся и едва стоявшему на ногах мужчине.
– Тут такое при мне уже второй раз, – с улыбкой прокомментировал Резников. – Идут в туалет, а по пути в фонтан падают. Однако ж во всём надо знать меру. Я вот сейчас выпью своп две рюмки – и больше ни-ни… А вы, выходит, тоже из Свердловска? Или москвичка?