Как защитить диплом от хищников (СИ)

А совига меж тем разжала лапу. Листок выпал. Я мельком глянула на него… и уже не смогла отвести взгляд. А все из-за заголовка. Оный гласил: «Скандальный разрыв помолвки Кристофа Норд дэн Рохт Ойло и Илларии Селинор». А дальше шрифтом чуть мельче: «Бывшая невеста заключена под стражу, а самый завидный жених столицы вновь абсолютно свободен».
Я наклонилась, подняла листок. Из статьи выходило, что Крис разорвал помолвку. По причине весьма веской: невеста хотела его убить. И ладно бы после свадьбы. Это хотя бы по канону… Так нет же! До! Оказалось, что Иллария была в сговоре с Винсами. И жаждала власти не меньше, чем отец с сыном. Потому ради места супруги главы парламента решилась на рокировку женихов, предпочтя Крису Винса-старшего.
Мои пальцы похолодели. А потом я сорвалась с места и схватила совигу. Та так ошалела, что сначала выпучила глаза от страха, а потом… сочла за лучшее превратиться в книгу.
Крис появился спустя несколько часов, когда после посещения врача выяснилось, что меня сегодня вечером выписывают. Здоровью уже ничего не угрожало, а остальное лечение можно было проводить дома. Я уже даже попросила переговорный артефакт у медсестры и позвонила брату, чтобы он забрал меня из целильни, когда в палату вошел Крис. Серьезный. Собранный и официально-торжественный. А еще – нервничающий. Крыло, которое все еще было перемотанным, перманентно подрагивало.
Вот только чего я не ожидала, так это того, что Смерч встанет передо мной на колено со словами:
– Ты выйдешь за меня замуж? – И протянул коробочку с кольцом. – Правда, я теперь, кажется, буду отлучен от клана…
А у меня… встал в горле ком. Потому что я все равно не могла поверить. До конца. Что расчетливый, циничный вампир и… Я уже успела за эти дни смириться с ролью любовницы, не более. И хотя увидела газетную статью… Все равно.
– Трис, не молчи. Я что-то сделал не по вашему, человеческому, обычаю? - Когти на крыльях завибрировали от мелкой тряски. - Или…
Я смогла лишь кивнуть. По щекам катились слезы. Крупные. Частые. И я не могла их остановить. А дальше меня подхватили сильные руки, закружили и…
– Ш-ш-ш… – зашипел вампир, вынужденно меня отпустив.
Похоже, кто-то переоценил свои силы. А потом Крис осторожно, бережно и с каким-то облегчением, что ли, надел на мой палец кольцо. И поцеловал… Сладко, нежно, долго, глубоко. Так, что не хотелось отрываться.
И именно этот момент выбрал братец, чтобы прийти.
– Вы опять?! – и столько возмущения было в голосе Дюка, что я усовестилась. А потом ещё раз, когда оправдывалась перед братцем, что зря его побеспокоила.
А все потому, что Крис настоял: я еду к нему. И точка. А я… согласилась. Братец ничего на это не сказал, но та-а-ак посмотрел на вампира, словно мерку на гроб снял.
Уже садясь в машину Смерча, я вспомнила, что квартира его, кажется, слегка не прибрана… После моего разгрома.
Но вампир заверил, что там, стараниями фирмы по уборке, ныне чистота и порядок. И я смогла убедиться в этом спустя полчаса. Порядок был идеальным. Особенно в гостиной. Потому что там, кроме стен, ничего не было. Все поломанные, разбитые вещи вынесли. А если учесть, что разнесли мы с Крисом тогда все, то ничего удивительного.
Мебель оказалась только на кухне и в нескольких комнатах.
– Вот, - показывая мне одну из них, произнёс Смерч. - Располагайся. Я буду в соседней. Извини, что так… Но я просто не мог отпустить тебя. Я хочу быть с тобой рядом.
– Насколько рядом? – Я провокационно приподняла бровь.
– Как можно ближе… – хрипло признался он, сглотнув.
Не знаю, кто первый потянулся за поцелуем. Крис был осторожен, боясь сделать мне больно, навредить после недавнего ранения… Вот только мне было мало. Одних его губ. Только рук. Я хотела его всего и сразу…
Мой судорожный вздох. И я ощутила его прикосновение… Каждое. Скольжение его губ по моим губам, его рук – по моему телу, языка – по оголенной коже. Это была безумная, сладкая пытка, от которой трясло нас обоих.
Чуткие мужские пальцы, что, нежно лаская, сжали мою грудь, заставляя застонать от удовольствия, выгнуться им навстречу.
 
Смерч тяжело вздохнул и осторожно уложил меня на простыни кровати, накрывая собой. Одежда осталась на полу. Но сейчас были обнажены не только наши тела, но и наши души.
Без слов мы признавались друг другу в самом сокровенном.
Поцелуи. Много поцелуев. Прикусывая губы, дразня языком и вновь целуя. На грани безумия. И уже не нежно, а жадно, дико, неистово. Словно мы оба отпустили цепи, которыми все это время сдерживали сами себя.
Я застонала. Руки сами легли на широкие мужские плечи. Ладони скользнули по его спине, чувствуя рубцы свежих и застарелых шрамов на лопатках, ребрах. Основание крыльев, с которых хоть и сняли бинты, но убирать еще не разрешили. И я этим воспользовалась, подушечками пальцев выводя замысловатые узоры на бархате перепонок. И от этих прикосновений тело Криса напряглось, ещё четче обозначился рельеф мышц на спине, а сам вампир хрипло, тяжело задышал.
Мои пальцы спустились ещё ниже, к ямочкам на пояснице. И снова поднялись наверх, оставляя после себя царапины ногтей.
Смерч. Сильный. Мощный. Горячий. Мой.
Его губы сводили с ума. Они спускались все ниже. Шея, грудь, живот… Я, не сдержавшись, простонала:
– Кри-и-ис…
Я почувствовала, как дрогнули его напряженные мышцы под моими пальцами. Вампир тяжело выдохнул, и единым слитным движением навис надо мной, и впился в рот, целуя.
Когда мы оторвались друг от друга, то могли лишь рвано дышать, словно только что преодолели дистанцию в несколько десятков миль. То, что вело нас сейчас, владело нами, было сильнее любой бури, мощнее самого сильного извержения.
Твердое, тренированное мужское тело опустилось сверху, вжимая меня в простыни.
– Ты… мой первый, - признание слетело с распухших от поцелуев губ. И не было ни смущения, ни страха. Я ему доверяла. Безоговорочно.
Он замер. Словно до него не сразу дошел смысл сказанного. Прикрыл глаза, явно пытаясь обуздать свое желание, нетерпение, а потом прошептал:
– И сделаю все, чтобы остаться единственным.
Это было последнее, что я запомнила. Потому что все, что случилось после, можно описать лишь словами: невыносимо порочно-прекрасно.
Впервые я ощущала не только свои эмоции, но и Криса. Это была еще одно сторона его дара жизни, доставшаяся мне. И я сходила с ума. От его чувств. От своих чувств. Это было что-то запредельное. Невероятное.
И желания… Присвоить. Не отпускать. И отдать себя взамен целиком. Чьи они были? Мои? Его?
Зато что было одно на двоих – так это возбуждение. Хотелось большего. Но Крис, сдерживаясь, медля, приподнялся надо мной. И в его глазах я увидела отражение себя. А ещё – преклонение.
И знала, что сейчас он видит то же самое в моих зрачках: себя и мое восхищение им. Обнаженным. Сильным. Невероятным. Таким желанным.
Крис опустился. Его рот обхватил мой сосок, заставляя выгнуться, рождая в животе жжение, словно там, заставляя кипеть кровь, бурлил первородный огонь.
Поцелуи Криса были крепче любого хмеля. От них я теряла голову. В безумии металась по простыням, сминая пальцами податливый шелк. Всхлипывала от наслаждения, пытаясь удержаться в этой реальности, но…
Когда его губы коснулись внутренней поверхности бедер, сорвалась. Сжала пальцами его плечи. Внутри были лишь жар и пустота.
Медленно, неотрывно глядя на меня, Смерч начал проникать, соединяя наши тела.
Тяжелое дыхание – одно на двоих. Бешеный, зашкаливающий пульс – один на двоих. И наслаждение за гранью – одно на двоих.
– Трис! – И следом за этим не волна – безумный шквал эмоций Смерча, накрывший меня с головой.
Это был какой-то ураган… Восхищения, желания, нежности… Я утонула в этом шторме, забыв себя.
А в следующий миг поняла: Смерч во мне. Ожидаемой боли не было. Лишь ее слабые отголоски. И удовольствие. Чувство полноты.
Крис чуть приподнялся, чтобы опуститься вновь. И еще раз. И еще… Движения все ускорялись, переплелись наши пальцы, взгляды,тела… Мы тонули друг в друге. Тонули навстречу звездам. Толчок. Движение навстречу друг другу. Еще раз. Еще…