Насмешивший Бога (СИ)
Самойлов обожал своего "шефа", готов был порвать за него кого угодно, выполнить любое задание. Да он и уверен был, что ничего дурного и "мутного" Дамир никогда не потребует.
И всё же, что это за Александра Андреевна свалилась на голову ему, Игорю Самойлову, начальнику службы безопасности?..
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Конец мая 2020 г.
На город давно опустился вечер, но Дамир и Самойлов сидели в офисе, в кабинете Дамира, за столом, друг напротив друга. С тех пор, как Дамир вернулся, пройдя обсервацию, карантин и сдав несколько раз анализы, он работал и работал, никак не мог наработаться.
Самойлов потёр подбородок; его обманчиво-ясные голубые глаза пристально следили за лицом шефа, уже минуту держащего в руках чёрную папку, но не решающегося её открыть. Причём, Самойлов знал, что это не из-за него, — Дамир сам просил его остаться, вдруг надо будет что-то пояснить.
"Вот так, был человек — и нет человека". А ведь Дамир — мужик. Их шеф — мужик. Это была высшая похвала. Все служащие очень уважали Дамира: он никогда не бросал слов на ветер, ничего не забывал, ничего не спускал никому, но и не был человеком настроения. Он всегда был, прежде всего, человеком, мужиком. И как казалось Самойлову, неуязвимым, без ахиллесовой пяты… Ага.
"Все беды на Земле от баб", — мрачно подумал Самойлов, который был счастливо женат почти двадцать лет.
Что ж, пора ненавязчиво прийти на выручку шефу. Самойлов пошевелился и заговорил, продолжая цепко следить за лицом Дамира.
— Кузнецова Александра Андреевна, полных тридцать один, город Екатеринбург, работает уже более девяти лет в сети медицинских косметологических клиник "Анита". Проживает по адресу…, одна, не замужем и не была, детей нет.
Самойлов подметил, как после его слов"…и не была", шеф будто вздохнул чуть свободнее, хоть и продолжал созерцать закрытую папку. Самойлов продолжал скороговоркой:
— Не выезжала, не была, не привлекалась…
— Привлекалась, — хрипло отозвался Дамир, и Самойлов мысленно вздохнул с облегчением: всё нормально с шефом, он был и остался мужиком, а не растёкся по столу.
— Ну, Дамир Азатович, — насмешливо отозвался он, — Там дело не то что белыми нитками пошито, а на соплях держится. "Я его слепила из того, что было"(с). Ясно всё, как божий день.
Дамир кивнул.
— Ну ты там разобрался с ними, Дамир Азатович?
— Давно, — махнул рукой Дамир, — Там делать ничего не пришлось, что там разбираться? Если люди способны на такую мерзость, вряд ли они чисты на руку. Достаточно было инициировать проверку… Ну и получили всё — суд, увольнение, дисквалификацию, штрафы, причём, не такие, как Сашке пришлось платить, а в разы побольше. Дальше я не отслеживал.
Самойлов удовлетворенно кивнул, а Дамир наконец-то открыл папку.
…Фото с паспорта. Далее фото на улице — в маске и в перчатках.
— Первое время только в магазин выходила, — начал рассказывать Самойлов. — Потом — гулять и на пробежку. Потом клиники открылись, стала выходить на работу. Там у них при клинике салон красоты ещё, пока закрыт. Но видимо, за красоту как раз она отвечает. Ну и она старшая конкретно в их салоне. Работает двадцать четыре на семь. Почти два месяца наблюдали: работа-дом. Даже в отпуске выезжает работать, прочитаешь там потом сам.
Дамир опять молча кивнул.
— Один раз так загадочно на такси поехала куда-то, как раз в ту неделю, когда я там лично тусовался, — продолжал Самойлов. — Думаю, ага, наконец-то. Оказалось, на день рождения к какому-то мальчику. Ну я там непринужденно разговорил бабулю из соседнего дома, оказывается, Александра Андреевна принимала активное участие в восстановлении мальчишки после ДТП. Она же массажист.
— Саша в своём репертуаре, — впервые за вечер улыбнулся Дамир.
— Вот, — Самойлов протянул ему файл с двумя фотографиями. — Это я лично для тебя сделал. Думаю, вдруг интересно будет. Это она на работе.
— И под каким предлогом ты проник в клинику косметологии, Игорь Иванович?
— Вентиляцию проверял, — улыбнулся Самойлов. — Ох и строгая ваша Александра Андреевна! Заставила меня надеть маску, перчатки и бахилы.
Дамир достал фотографии из файла. Саша во весь рост, возле стойки, что-то подписывает.
— Это ты её заставил что-то подписывать, Игорь Иванович?
— Ну так. Акт проверки вентиляции. Извини шеф, на фото она в маске. Не мог же я попросить её маску снять.
Дамир улыбнулся.
…Главное, глаза видно. Волосы убраны под медицинскую шапочку, но видно, что чёлки нет. Светлая униформа с коротким рукавом, на руках перчатки. А это что ещё на руке между локтем и запястьем?..
— Очуметь, татуировка! — Дамир поднял глаза на Самойлова, словно приглашая того разделить удивление.
Но Самойлов пока не переставал удивляться только на него, Дамира.
— Не смотри на меня так, Игорь Иванович, я всё вижу, — Дамир махнул рукой. — Может, когда-нибудь тебе всё расскажу. А может, нет.
Самойлов усмехнулся.
— Спасибо огромное, Игорь, — глухо проговорил Дамир. — За эти фотки отдельное спасибо. Ладно, папку дома изучу.
Они поднялись, пошли к выходу.
— Игорь Иванович, — спохватился Дамир, когда они спускались в лифте, — Списки мне подай. Всех тех, кто был задействован.
Они вышли в тёплый майский вечер.
— Всем премия и двухнедельный оплачиваемый отпуск. Только график составьте, чтоб не разом в отпуск уйти.
Самойлов покачал головой. "Щедрость принца не знала границ"(с).
…Глубокой ночью, дважды подробно изучив все отчёты из папки, Дамир снова достал фотографии, которые сделал Самойлов.
— Ну что же, Александра Андреевна, пришла пора встретиться. Но это будет "случайная" встреча.
Дамир понимал, что Саша, мягко говоря, не бросится ему на шею от радости. Он знал, что будет трудно.
Глава девятая
Конец июня 2020 г.
Саша шла по широкому светлому коридору санатория. В руках у неё был только список номеров, которые она будет курировать как массажист; всё остальное находится в самих номерах: от кушетки для массажа до личной карты пациента. Семь пациентов, полчаса на каждого, потом обед и свободное время.
Конечно, в детском санатории всё было намного проще: там у Саши был отдельный кабинет, все карты пациентов хранились у неё, а ребята приходили к ней сами или с родителями. Но в этом году выбирать особо не приходилось. Саша думала, что море вообще не состоится, когда ей позвонила Оксана, — девушка, которая всегда организовала эти выезды, — и предложила поехать во взрослый санаторий, в Сочи, где всё потихоньку открывалось. Саша согласилась, хотя с тех пор, как погасила ипотеку, взрослых на массаж не брала. Но на море очень хотелось, да и в деньгах она потеряла, сидя дома больше месяца, пока клиника не работала, и отказывая всем в массаже. А здесь, помимо хорошей зарплаты, обещали ещё и премиальные, зависящие от каких-то оценок.
Место было очень солидное. Не богатое, не поражающее роскошью, а именно солидное, с устойчивой репутацией: сюда приезжали высокопоставленные семейные люди, чтобы поправить здоровье. К их услугам была команда лучших врачей, медсестер, массажистов, служащих санатория. Саша подписала кучу бумаг и ознакомилась с системой штрафов. Шаг вправо — шаг влево…
В первом номере её встретил мужчина средних лет. Действительно, в номере была специальная "зона" для массажа: кушетка, стул, столик, на столике лежит карта пациента, стоят часы, по виду типа шахматных. Начиная массаж, Саша нажала на кнопку, и "будильник" сработал ровно через полчаса. Саша сделала отметку в карте, поставила свою подпись. Теперь сам пациент поставит ей оценку. Днём карты будут собирать и анализировать, а к утру вернут их на место. Вот так всё серьёзно.
Сашу это не напрягало, хоть и было непривычно, — она любила порядок и ясность во всём. Кто-то любит экспромты и авралы, а она, Саша, предпочитает ясность и размеренность.