Наемники бродячих островов. Том 3 (СИ)

На ноги успели подняться лишь считанные отделения матросов. Но их мгновенно смели. Сеча закончилась, едва успев начаться. Каждого боевика окружали и атаковали по меньшей мере пятеро ополченцев.
Будучи наиболее защищённым латником в роте, молодой наёмник не боялся таранить собственным телом очаги сопротивления. Разве что, голые руки приходилось беречь. Пустынники же, сразу переключались на него и теряли бдительность. Возмездие за «жадность» не заставляло себя ждать…
Неподалёку свирепствовал Даджой. В отличие от своего ученика, он не стремился оказаться в гуще событий, но бил своим огромным мечом из-за спин подчинённых. Грубо говоря, он использовал ополченцев как безопасную прослойку между собой и врагом. А, учитывая его здоровье и броню, с дистанции — угрожали разве что пули и разве что в голову. Но заряженных мушкетов у бедуинов уже не было…
Остальные тоже вели себя как обычно:
Батя матерился как во время драки в подворотне. Каких оборотов там только не было! И матерей, и бабок, и даже — дедок поминал в самых разных позорах, греха и позах…
Лай выпендривался как мог, да и как не мог — тоже! Пафосные команды, изысканные оскорбительные выкрики и, в удобный момент — удары стилетом исподтишка.
Венга же предоставила управление боем сержантам, а сама рубилась из-за второй и третьей линий. Она лишь изредка дорывалась до прямого контакта и старалась чаще ткнуть, чем рубануть. Всё же её одноручный меч, в совокупности с женской мускулатурой, был скорее шилом, чем топором.
Что же до роты Кеншина, то им почти никого не досталось. Три залпа попросту смели почти всех матросов. А умников, решивших обойти по лесу, оказалось меньше десятка. Так что, нытьё, с просьбами перейти в наступление, было чуть ли не громче самой стычки…
Бой ожидаемо закончился поражением сил вторжения. Тех было две рассеянных роты. Вроде бы и достаточно для качественной обороны, но таковой в принципе не было! Ни окопа глубокого, ни блиндажа. Да и сами вояки оказались настолько не организованы и рассеянны, что сопротивление так и не смогло выйти на уровень достойный хотя бы роты. А ведь этого, при идеальном раскладе — точно хватило бы! Если не для победы, то для нанесения атакующим ощутимого урона.
Тут и там, взводы ополчения сомкнули свои ряды вокруг сдающихся в плен. Засадная фланговая рота прочесала весь оставшийся периметр и пошла проверять корабли. Несколько санитаров, непонятно как увязавшихся за боевыми подразделениями, принялись сортировать раненых. Всех, кто не пережил бы ночь и поход в Тэрра дель Пани — добивали. И своих, и врагов. Хотя, кажется, последних пустили под нож куда как больше необходимого…
* * *
Обыск стоянки не обнаружил ничего интересного. Разве что запасы еды и кое-какие ценные вещи, типа верёвок и канатов. Трофейное оружие — не в счёт. Ну ещё и специи, куда ж без них? Но это богатство сразу определили в таверну. Наверняка, хозяин разберётся!
Ещё было много всяких громоздких приспособлений для курения. Прилагались табак и ларцы с углями специальной формы, чтобы помещались в предназначенные для него места.
Нашлась и целая бочка вина, как бы это не было странно, учитывая особенности веры вторженцев.
— Господа офицеры! Подойдите! — выкрикнул Кеншин, с палубы одного из кораблей.
Остальные в недоумении переглянулись, но поспешили к товарищу. Для подъёма использовали трап. Под ступнями Даджоя он прогнулся и жалобно заскрипел, но, надо отдать должное, выдержал! По идее — был рассчитан на погрузку и разгрузку большого количества товаров, как ни как — торговцы.
— Шо ты голосишь, мужик? — поспешил осведомиться Батя.
— Да сами гляньте. — степняк лишь пригласил всех жестом к люку, ведущему в трюм.
Помимо коек команды и котлов, в самом носу имелось огороженное помещение. Кен взял приготовленную заранее лампадку и вошёл первым. Камера (иначе её назвать не получалось) была полностью облицована обожжёнными досками, к тому же, явно чем-то пропитанными. И, кроме того — все поверхности были покрыты глубокими царапинами и зарубками. Некоторые из них были чуть ли не в фалангу глубиной. А пол ещё и лип к подошвам, словно намазанный густой смолой. Каждый шаг сопровождался влажным треском.
 
— Что и требовалось доказать. — констатировал Батя.
— Что там доказывать? И так всё ясно было. — отмахнулся Лайонел и направился наружу, из тёмного, почти чёрного, чрева судна.
— Что ясно? — не поняла Венга.
— Твоих любимых жуков перевозили. — пробасил Джой.
  
Глава 22
 
После разбора трофеев, полк стал готовиться к ночёвке и к вероятной обороне. Были назначены часовые. По периметру поляны, каждые пятьдесят шагов, рылись окопы. Благо, лопат у пустынников нашлось в достатке.
— Что они, не могли нормальных траншей накопать? Видно же — готовились! Но как-то бестолково… Вот что это?! — Макс ткнул ногой в участок снятого дёрна.
— Это называется — умиральная ямка! — бросил Батя, проходя мимо.
— Чего?!
— Окоп для стрельбы лёжа. — внёс ясность Кеншин.
— Какой же это окоп? Я тут плашмя едва ли помещусь… — растерялся Макс.
— Ну… Вот такой вот окоп. Типа, если тебе под огнём окапываться приходится.
— А толку? Я лучше стрелять буду в ответ и перезаряжаться. И вообще, вон рядом кочка, так за ней места больше чем в этой… — парень не смог сходу подобрать слово, — Рытвине.
— Это ты, а то — они. — коротко бросил Кен.
Остаток Светового дня, войско защитников твердыни занималось обустройством позиции. Не сказать, что сильно окопались, но периметр перекрыли полностью. Да ещё и по личной инициативе бойцов — разных укрытий наделали. Даже пару крошечных блиндажей соорудили.
Когда вся оборона была выстроена, смены распределены, а ответственные назначены — можно было наконец расслабиться. Впервые, с начала вторжения! В любом случае на твердыне вряд ли осталась хотя бы пара сотен бедуинов. И то — это самая оптимистичная цифра.
Поначалу никому не спалось. Прохлада осенней ночи, попросту не располагала к отдыху на голой земле. И это несмотря на чудовищный недостаток сна в последние дни. Бойцы сидели, стояли и лежали вокруг костров, и внимали рассказам офицеров. Почти всё сводилось к ностальгии Бати, о том, как должно быть правильно и как было раньше. Слушали его в основном местные, жадные до героических баек былого. Наёмники же больше смотрели по сторонам и вглядывались во тьму на границе видимости за постами.
Иной раз, они тихонько переговаривались между собой:
— Макс, что я тебе на счёт украшений говорил? — требовательно спросил Кеншин.
— Что нельзя в бой их надевать… — юноша не сразу придал значение претенциозному тону наставника.
— Ну?
— Что «ну»?
— Ты сейчас допросишься. На руке у тебя что?
— Что? А… Нет! Это не то! — зная, что значит «допроситься» в разумении Кена, Макс начал было паниковать и рывком попытался скрутить с запястья давешнюю находку. — Я это в катакомбах нашёл. Помнишь, мы под храмом в Стиллролле, канаву в стене видели? Вот из такой вот и выдрал.
Парень молча отдал «артефакт» учителю. Тот принялся внимательно его изучать и гнуть в разные стороны. Это была металлическая жила, покрытая чем-то вроде кожи или затвердевшей смолы… На ощупь — как материал, из которого сделана обложка книги, что украл Макс. Само-собой, тоже чёрного цвета.
Сам же металл — светлый, почти белый и очень мягкий. При небольшом усилии, Кеншин сумел оставить на нём зарубку, просто проведя ногтем.
— Похоже на кружку Бати.
— Тоже так подумал. Я как-то посуду мыл и обратил внимание, что её даже пальцами погнуть получается.
Кен лишь покивал и вернул трофей.
Разговор о поясе Макс решил переложить на более подходящий момент, когда рядом не будет лишних ушей. К тому же, он снял его перед самой погоней ещё в городе.
И правильно! Лишние десять килограмм (а если учесть, что пояс «напитался» — то и все пятнадцать) никак не поспособствуют скорости. Если вообще позволят пройти нужную дистанцию.