Наемники бродячих островов. Том 3 (СИ)

В тот момент ему это всё казалось естественным и не вызывало никаких подозрений. В отличие от повторяющихся всполохов…
Идти пришлось неожиданно долго. Рассмотреть подробности удалось лишь минут через пять постоянной ходьбы. Мерцающий светлячок на самом деле оказался целым снопом искр. Они словно возникали из ниоткуда, срывались вниз и разом разбивались о пол. И всё — без единого звука!
Но последнее вполне можно было списать на свойства древнего строительного материала. Да и многокамерное строение катакомб — тоже не способствовало распространению эха.
Спустя ещё сотню шагов и несколько сот ударов сердца, ухо таки смогло что-то уловить. Что-то подозрительно-знакомое…
Ещё два помещения остались позади.
Уже можно было различить отдельные искорки, да и звук стал намного отчётливее. Это определённо был короткий резкий скрежет. По мере сокращения расстояния, у феномена появилась и новая деталь — бесформенный силуэт.
Макс надолго замер, всматриваясь в очертания, появляющиеся раз за разом. Это было нечто… Неровное? Словно куча тряпок, и только сверху что-то сильно бликовало. Прям как голова Кеншина.
Стоило вспомнить, как блестит только что побритая голова наставника, как память подсунула ещё одну аналогию: звук и искры…
Бездна!
По спине юноши промаршировало стадо мурашек. В пятидесяти метрах от него, кто-то сидел прямо на полу и чиркал огнивом. Кто-то лысый и в сердце древних катакомб!
Теперь уже проснулась фантазия. А что если это один из тех «ангелов» с картинок? Они ведь тоже вроде не особо кучерявые… Хотя этот не такой большой как те, нарисованные в книгах. Или большой? Будь проклята эта тьма! Из-за неё, сидящего человека попросту было не с чем сравнить.
Не желая верить во встречу с церковной легендой, Макс снова зашагал вперёд. И уже через десяток шагов, стало ясно, что фигуру не то что богатырской, но даже просто крепкой назвать нельзя.
Хм… Наверное, кто-то из горожан спрятался от захватчиков! А значит и выход наружу должен быть неподалёку. Но как бы там ни было, красться парень не переставал.
И, увы, не зря. Ещё один пройденный десяток метров выявил новую деталь — неизвестный чиркал по огниву ятаганом.
— Ну здравствуй. — прошептал Макс одними губами и, перехватив пояс поудобнее, зашагал к пустыннику.
Если бы тот обернулся, то увидел бы, как искры каждый раз вырывают из тьмы латника с чудовищным цепом. И каждый раз — всё ближе!
Двух всполохов наёмнику хватило, чтобы подойти на ничтожные пять шагов. Ещё во время одного, он попытался успеть рассмотреть свою жертву: в чёрных одеждах, при панцире и кольчуге, на груди вроде ещё какая-то кожаная перевязь, но главное — он трусился как осиновый лист… По крайней мере, голову и руки била крупная дрожь.
Скорее всего, это был выживший в ночной бойне. Убегал, прятался и в конечном итоге оказался в подземелье. Судя по состоянию — сам не понял, как, а соответственно и выбраться не смог. Так и просидел всю ночь и… Сколько там времени уже прошло?
Макс взял пояс двуручным хватом. Затем медленно, чтобы не дай Свет не звякнуло, завёл руки за голову и стал дожидаться следующего всполоха. Оплошать было нельзя.
Бедуина нужно прибить с первого же раза.
Ч-ш-ш-щирк…
Замах!
В последний момент пояс снова решил проявить «признаки жизни». Дёрнулся и словно потяжелел! Сегменты под пальцами притянулись друг к другу, зажав при этом кожу. И вообще, похоже, что сбруя стянула сочленения по всей своей длине. Из-за чего полностью утратилась их подвижность. За то, в энергию пошёл весь вес, а не только пары звеньев. Да и от рывка образовалось некоторое ускорение…
Цеп обернулся дубиной! Ненормально тяжёлой, массивной и неудобной.
Удар получился несопоставимо сильнее ожидаемого. После того как раздался противный влажный хруст — импровизированное орудие вырвало из рук по инерции. Юноша попросту не ожидал такого жёсткого сопротивления под пальцами. И, несмотря на все свойства камня под ногами, снизу раздался звон.
Непонятно, что именно это было. То ли звенья пояса, то ли доспехи убитого пустынника, то ли… Оружия? Огниво и кресало? Бездна знает!
 
Но обо что металлу было звенеть, если сам пол при контакте почти не издавал ни единого звука?
Короче, что-то нашумело, но тут же и затихло.
Как ни странно, мгновенно воцарившаяся тьма и тишина не были наивно-безвредными. Появилось чувство, как будто что-то не так… Но что может быть не так в кромешной тьме и мёртвой тишине?
— Ахмед? — раздалось за спиной. — Ахмед?!
Шлем мешал определить расстояние, но всё равно было ясно, что до товарища убитого Ахмеда — не больше пяти метров.
Заскрежетала сталь извлекаемого из ножен клинка. Самое время занервничать, но Макс хранил холодное сердце. Не смея шевелиться, он прикидывал, где на полу может лежать ятаган треклятого Ахмеда. Ведь вряд ли второй пустынник позволит долго возиться…
— Ахмед! — снова выкрикнул дрожащий голос, а перезвон кольчуги выдал несколько стремительных шагов.
Мешкать дальше было смертельно опасно. Макс рванул к полу. Руками аккурат туда, где запомнил последнюю вспышку.
Повезло!
Одна из ладоней сразу легла на холодную сталь. Пальцы сжали лезвие, и юноша тут же ушёл в кувырок. На этот раз камень не спровоцировал никакого лязга, лишь глухое шуршание, да немного скрежетнули доспехи. Кольчуга с вплетёнными кожаными лентами справилась на отлично и, кажется, вообще не издала ни звука.
В общем, правильно идентифицировать эти звуки в абсолютной темноте было невозможно. Но это и не требовалось. Экстремальная ситуация диктовала необходимость решительных действий обеим сторонам.
Где-то за спиной снова заиграла кольчуга и внезапно свистнул воздух! Затем ещё раз и ещё!
Гад! Мечом наугад машет!
Макс повернулся лицом в сторону врага и сделал шаг назад. Он не спешил атаковать, потому как по звуку не мог определить ни точного направления, ни расстояния. Ещё, на всякий случай, парень отвёл за себя обе руки. Латные варежки остались где-то в разрушенном доме, а по закону подлости слепой удар обязательно придётся по самому уязвимому месту.
Пустынник ещё несколько раз попробовал рубануть на удачу, но успеха не достиг. Тогда он решил перенять тактику своего невидимого визави и тоже замер.
Началась игра в молчанку.
В абсолютной тишине наёмник пытался получить хотя бы малейшую подсказку. Будь то звон кольчуги, скрежет пластин доспехов или шелест складок одежды… Он буквально физически попытался напрячь слух, чтобы расслышать дыхание. Ну а что? Вполне разумная затея. Ситуация располагала к нервам, да и «бой с тенью» тоже должен был увеличить потребность организма в воздухе.
Но вместо глубоких вдохов или сопения, по ушам внезапно врезал другой звук. Какое-то булькающее шипение. Первая мысль была, что это — агонизирующий Ахмед, или как его там. Но что-то было не так. Слишком уж громко и протяжно… Почти как Батя, когда он сёрбает горячий чай или каффэ. Но он хотя бы прерывался, чтобы выдохнуть и глотнуть, а тут — тянет и тянет, тянет и тянет…
Спустя почти минуту непрерывного хлюпанья, первым сорвался бедуин. Дребезжание железных колец обозначило три быстрых шага, затем свистнул воздух и глухо лязгнул металл. Шипение прервалось, а новые удары посыпались один за другим. Чтобы там пустынник на полу не нашёл — он твёрдо решил изрубить это в труху. Да так увлёкся, что не услышал, как к нему приближается смерть, закованная в латы.
Макс воспользовался ситуацией, чтобы точнее определить место нахождения врага. Сначала, описал по помещению полукруг, стараясь постоянно быть лицом к источнику шума. Потом приблизился и сделал ещё несколько шагов в сторону, чтобы убедиться, что не ошибся. И наконец подловил бедуина на очередном замахе!
Навалился со спины, наощупь обхватил шею и подставил подножку. Понятное дело — на ногах не устояли оба. Вот только наёмник оказался сверху и надёжно зафиксировал цель собственным весом в доспехах.