Наемники бродячих островов. Том 3 (СИ)

Вот один боец получил ятаганом по лицу! Вроде как, лезвие по краю шлема скользнуло, но кровушкой всё равно умылся! И, то ли ему глаза залило, то ли испугался, но тут же пропустил ещё один рубящий удар. Другие мужики потащили раненого за панцирь, а на его место встал сержант в трофейных латах. При виде знакомого типа доспехов, пустынник замялся. За что сразу и заплатил.
А вот нечего зевать перед целым сержантом!
Рядом, на ополченцев насела целая банда чернокожих воинов. И все в чрезмерно больших красных тюрбанах! А набросились то как! Первого сразу проткнули копьём сквозь панцирь, второй вроде тоже получил, но, падая, он намертво вцепился в щит противника. Тут то остальные и разбушевались! И били, и плевались, сзади кто-то даже оружие метнул, чтобы второй ряд припугнуть! Кульминацией потасовки стало перетягивание бойца ополчения. Чернокожие пытались вырвать его из строя и попутно осыпали ударами. Благо, шлем и стёганка спасали! А сзади бедолагу удерживали товарищи. Причём, драться мешали и те, и другие!
В другом месте бедуины развили ещё больший успех! Когда у них не получилось сходу пересечь траншею, вперёд выступил седобородый старик с двумя пистолетами. Выстрелив из обоих, он крикнул «Свет велик!» и с голыми руками ринулся через настил. От неожиданности ополченцы даже побросали раненых, чтобы изготовиться к драке. Но угомонить лихого деда у них не вышло. В последний миг, гад сиганул в окоп. За то другие пустынники уличили момент и пересекли мост!
Начался прорыв на противоположную сторону траншеи!
Первые смельчаки полегли почти сразу. Но выигранных мгновений хватило, чтобы успели перейти ещё человек десять. Полноценная сеча стенка на стенку заставила ополченцев уступить драгоценные метры. Не спасло даже численное превосходство.
Плацдарм неумолимо расширялся!
Макс внимательно наблюдал за началом стычки. Он так и не разрядил ни мушкеты, ни пистолеты, и теперь надеялся высмотреть какого-нибудь приметного аристократа или горластого офицера. Но, из-за разномастной формы одежды врага, это оказалось той ещё задачкой! Пёстрые халаты поверх доспехов, тюрбаны, накрученные на шлемы, вымпелы на копьях…
И как в этом буйстве цветов прикажете вычленить кого-то отличающегося?
Сигналом к началу действий послужила активность Кеншина. Он поднял свою роту и увёл на подмогу к середине линии конфронтации. Ещё и Батя какое-то движение организовал: целое отделение под его руководством вытащило к самому арьергарду какой-то длиннющий дрын. Мужики поднапряглись, поднимая десятиметровый шест… И в следующий миг над войском защитников взвилось чёрное знамя.
Да-да! То самое! Вырезанное из плаща Даджоя ещё на острове Стиллролла.
Раздался залихватский свист!
Как пить дать — Батя что-то опять выдумал. И точно он! Вон, речь толкает для задних рядов.
И как обычно — в самое яблочко попал! Прощелыга старый!
Ополченцы, кто его слышал, взревели и поднажали к фронту. Строй уплотнился. Древковым оружием уже чуть ли не над головами друг у друга бить начали. Сзади, кто-то догадался поднять на щите арбалетчика. Попал тот или нет — не важно. Важно другое! От озверевших товарищей, боевой клич подхватили и другие бойцы!
Рёв сотен глоток не стихал ни на секунду.
Максу пришлось буквально срывать глотку, чтобы его услышало всё его подразделение:
— На фланг! За мной! Выходим на фланг!
Часть мужиков с подозрением отнеслась к призыву неокрепшего юного голоса. Скорее всего, и не пошли бы за малолеткой, каким его видело подавляющее большинство, но вот не пойти за соседями, родственниками и знакомыми — не могли!
Бывалые, кто уже видел Макса в деле, без раздумий рванули за ним из траншеи.
С криком, воплем, сотрясая оружием… Но всё зря, до врага то далеко было. Задние ряды даже оглянулись. Если честно — как на дураков глянули.
Но лидер не сплоховал, вывел-таки к противнику. Пришлось, правда, пробежаться немного вдоль тылов. Но уже на подступах к флангу стал виден весь масштаб неприятности: пустынники завернули свои порядки и начали прорываться в стороне, от основных сил защитников. Ополченцы то находились везде, то есть по всему периметру, но вот основные силы были стянуты для встречи врага. Так что на том участке, что по плотности бойцов можно было считать флангом, попросту начался прорыв. Пока что — неорганизованный и инициированный исключительно сорвиголовами.
 
Прямо в окопе пятёрку ополченцев зажали всего лишь пара бедуинов. Как известно, теснота никогда не играет на стороне количества и предпочитает помогать умелым.
Между первой и второй линиями обороны кипела свалка. И топорами, и мечами, и кулаками!
Сержант-латник охаживал прикладом чей-то массивный красный тюрбан, маячащий над кем-то в чёрной форме…
Рядом с ним происходило вообще нечто необъяснимое: спина к спине дрались пустынник и горожанин. По ходу, мужики что-то перепутали в горячке боя.
Несмотря на требование Кеншина — не лезть на рожон, Макс вёл всех за собой и первый накинулся на врага. Особо мудрить не пришлось, он налетел на пустынника сбоку и ткнул мечом между половинок панциря. Несчастный не устоял под напором тяжёлого латника, и они оба упали. Поднялся, ясное дело, только один. И сразу же рубанул следующего. Куда-то по плечу, да и не глубоко, вроде только стёганку прорубил, но тому хватило — отвлёкся и… Получил тычок шпагой в лицо.
Дальше подоспела рота Макса. Но и вторженцы наконец обратили внимание на угрозу. Самые зарвавшиеся — погибли почти сразу. У них вариантов совсем не было. Но кто был ближе к первой линии — сумели перегруппироваться. Пятёрка, зажатая в траншее, внезапно оказалась в тылу вражеского порядка и, увы, сразу же была уничтожена.
Нужно было что-то делать… Пошатнуть уверенность противника и посеять замешательство. Их вроде меньше, но стоят стеной! Как сказал бы Батя — курвы!
Откуда-то со стороны, один за другим, раздались пять выстрелов. Это Кеншин воспользовался трофейным многозарядным ружьём. А потом ещё два звонких выстрела и два хлопка потише. Мушкеты с пистолетами тоже разрядил!
Точно!
К моменту, когда за спиной Макса образовалось некое подобие строя, он шагнул вперёд и лихо выхватил из кобур пистолеты. Хотя, скорее, не лихо, а театрально, ведь примером служил Лайонел…
Хлоп! Хлоп!
Туда — раз! Cюда — два!
Следом, в ход пошли ружья. Тоже самое, даже задержка не сильно большая, потому что бросал пустое оружие прямо под ноги.
И вот настал черёд отцовской двустволки!
ДУ-ДУХ!
Дуплет мелкой дробью, да на уровне лиц, пришёлся бедуинам не по вкусу. Совсем!
Метнулись и рухнули сразу человек пять, если не больше. Ещё столько же отпрянули назад, подальше от стрелка, бьющего шесть раз подряд.
Ну его, злого такого!
— А ну-ка вперёд! ЗА МНОЙ!!!
Последние слова можно было и недоговаривать, всё равно утонули в озлобленном рёве ополченцев.
Бойцы понеслись вперёд!
Обогнули адъютанта, сократили дистанцию до той, на которой уже можно было работать и… не стали этого делать.
Врубились в строй заклятого врага так, что в самую пору кусаться! Ну или проклятия на ушко шептать.
Сеча не сложилась.
А учитывая численное превосходство контратакующих островитян — ещё и подавить первые ряды сумели!
Давка, крики, попытки бить оружием, высоко поднятым над головами! А из-под ног — вопли боли!
Причём, из-под ног ополченцев, да на незнакомом диалекте!
Юноша и моргнуть не успел, как оказался позади арьергарда. Он, конечно, ждал эффекта, но чтобы прям такого!
Здорово, но ненадолго. Сейчас командиры пустынников придут в себя и сумеют предпринять контрмеры. А значит, надо быть шустрее и усложнить им условия.
— За мной! За мной! Ты, тоже за мной! — Макс пошёл вдоль тыла образовавшейся свалки и выдёргивал ополченцев, не связанных дракой.
Когда собралось около дюжины бойцов, он повёл их кругом к флангу бедуинов. Какой-то слоёный пирог получился: сперва враги захлестнули позиции сбоку, но тут же попали под удар подразделения Макса, а теперь, чтобы додавить их, нужно было самим реализовывать обход.