Наемники бродячих островов. Том 3 (СИ)

Среди таких оказался и Лай, с той лишь разницей, что со всех сторон он оказался зажат бедуинами. Прямо в забрало ему дышал и пыхтел какой-то смуглый бородач. Ещё кто-то силился стянуть с него поножи. Быстро стало ясно, что этот кто-то стал жертвой давки и пытался подняться с земли, хватаясь за ноги. Ещё через несколько секунду хватка ослабла. Похоже, несчастного затоптали.
Пассивное наблюдение за происходящим не входило в планы Лайонела. Он отпустил рукоять заблокированного меча и попытался дотянуться до одного из своих стилетов. Вскоре ему это удалось! Ещё пара секунд пыхтения и толкотни, и сбоку вскрикнул какой-то пустынник. Следующим, под рёбра получил бородач. Он ухнул от внезапной боли и на глазах поплыл. За ним на землю соскользнул и зажатый меч. Но наклоняться за оружием было и опасно, и некогда!
Наёмник ранил ещё двоих, прежде чем ему удалось достать второй стилет. Враги тоже не преминули воспользоваться освободившимся пространством. Однако, короткая дистанция всё ещё не позволяла наносить колющие удары мечами, что Лая и уберегало. Он смело подставлял шлем под короткие замахи изогнутых клинков, а сам бил снизу, старясь налегать всем весом.
Пустынники быстро сориентировались в происходящем. Кто-то что-то выкрикнул, и толпа попыталась отпрянуть от смертоносного латника. Это стало их роковой ошибкой!
Ополченцы восприняли движение как бегство. Они снова воспряли духом и с оглушительным кличем пошли на прорыв строя неприятеля!
Человеческий поток двигался прямо по раненым и убитым. Ни выставленные копья, ни взмахи ятаганов, ни даже одиночный выстрел, не смогли замедлить озверевших островитян!
— Добивай!!! — завопил Лайонел, когда построение бедуинов окончательно рассеялось. К тому же, вниз по склону побежали первые струсившие!
Защитники поддержали команду дружным криком. Где-то рядом вновь раздался воинственный визг Венги. Словно не желая проигрывать ей в пронзительности, мужики загорланили снова!
И это возымело сокрушительный эффект!
Те из врагов, кто не был накрепко связан боем — ринулись прочь!
Бегство приобрело массовый характер.
* * *
И вновь Макс продемонстрировал великолепную выучку. Он перезарядил один из мушкетов быстрее, чем завязалась рукопашная.
Юный наёмник занял место во второй шеренге и попробовал отыскать предпочтительную цель. Всё как учили оба наставника — офицер или сержант, а может и разодетый дворянин…
Увы, различить таковых в шевелящейся массе пустынников не получилось. Тогда, парень взял на мушку плохо защищённого противника. Если повезёт — пуля пройдёт навылет и ранит ещё кого-то.
Когда прогремел одиночный выстрел, бедуины уже были в считанных шагах. Макс отбросил ружьё назад и выхватил свои новые пистолеты.
Ещё два хлопка! Впрочем, почти заглушённые воплями воинов обеих сторон.
Промахнуться с пары метров по плотной толпе было невозможно. Обе пули поразили по цели! Несчастные упали под ноги товарищам бегущим следом.
Кто-то попытался перешагнуть или перепрыгнуть и тоже очутился на земле. Другие пошли прямо по телам ещё живых соратников…
Сеча ещё не началась, а давка уже собирала кровавую дань.
Миг спустя, два строя столкнулись с оглушительным грохотом и лязгом! Сквозь брань и проклятья сразу же прорезались крики первых раненых.
Макс поймал себя на мысли, что ему не терпится опробовать новый меч. Не успев устыдиться собственного желания, он сделал короткий выпад. Бить пришлось над головой ополченца первой шеренги. На того насел один из немногих вражеских латников.
Забрало шлема бедуина было выполнено в виде улыбающейся усатой физиономии и не выглядело крепким. Но на поверку оказалось именно таковым. Попасть в стилизованную глазницу не получилось, а удар в щёку никакого эффекта не принёс.
Латник сразу же переключился на более достойного соперника. К счастью — точно также безрезультатно!
Обмен ещё несколькими ударами тоже ни к чему не привёл. Шлемы обоих воинов отлично справлялись против коротких замахов. Макс даже подумал атаковать другого, менее защищённого бойца, но вдруг сзади свистнуло копьё! Да с такой скоростью, что пробило забрало пустынника и вошло на всю длину наконечника.
 
Это был Кеншин.
Прижавшись к спине ученика, он ещё дважды ткнул вглубь строя противника. И каждый раз в новую цель.
— Не спи! — раздался рык наставника, приглушённый шлемом, и давление сзади исчезло.
Это словно сорвало какой-то триггер в голове парня. Ещё одного напирающего врага он оглушил просто рукоятью меча. Но словно этого было мало, Макс продолжил бить по тюрбану, пока бедуин не сполз на землю. Следующие за тем несчастным всё видели. Суровая расправа над товарищем, ни у кого не вызвала желания приближаться к остервенелому латнику.
Кен, тем временем, уже орудовал в другом месте. Буквально пятью тычками из-за спин ополченцев, он изменил расстановку сил на небольшом участке. Там сразу начал горланить кто-то из сержантов. А в следующую секунду, островитяне одним рывком прошли сквозь построение вторженцев.
Боец первой линии вскрикнул и попятился. Похоже, его достали. Макс хотел было пропустить раненого, но стоило ему отшагнуть, как бедняга попросту завалился назад. Без сознания или мёртв — не важно! Важно только опустевшее место!
Юноша обхватил рукоять двумя руками и подшагнул вместе с яростным выпадом. Клинок с минимальным сопротивлением прошёл сквозь бедуина, облачённого в кольчугу. На Макса тут же посыпались неуклюжие рубящие удары. Воины истово желали отомстить за павшего товарища. Но, по злой иронии, именно его тело мешало им это сделать. Из-за плотности толпы, мертвец остался стоять плечом к плечу с живыми.
Со стороны прорыва, нарастал шум битвы. Настоящей битвы, а не вот этой свалки и толкотни. Нужно было что-то делать!
И делал это что-то Батя.
Опытный командир сразу определил лучников и арбалетчиков в резерв. А когда две громады столкнулись лоб в лоб, он вывел стрелков во фланг.
— Целься! Пли! — и ещё через пару секунд, — Целься! Пли! Целься…
Пятнадцать бойцов с луками били пустынникам в бока и спины со смешного расстояния. А пять арбалетчиков и Батя с саблей с особо бронированными врагами.
И минуты не прошло, как фланг начал уверенно сворачиваться. Прорыв в центре также удалось развить. Пара десятков бедуинов оказались в окружении. Остальным, кому посчастливилось выжить, спешили догнать своих соратников с противоположного холма.
За исключением нескольких частных случаев, бегство стало всеобщим.
* * *
Ещё с четверть часа потребовалась, чтобы разобраться с пленными. А так как пустынники изначально не предполагали проигрывать — их пришлось чуть ли не уговорить. А потом ещё и разоружать, и раздевать… Честное слово, прямо как с детьми малыми!
Из города явились санитары и трофейная команда. Ну и зеваки, куда уж без них? Хотя, эти, кажется, ещё в самом начале боя на холмах собираться начали.
Ополченцы, не занятые охраной и ранеными, расселись на склоне, поодаль от поля боя. Там же отдыхали и наёмники.
По рукам снова пошёл бурдюк с вином. Нервы вчерашних фермеров нуждались в срочном лечении!
— Ну шо ты прячешь? Я вже побачив! — закудахтал на выпивох подошедший Батя. — Дай и мне тоже горло промочить!
— Синьор Сержио! Мы только по капельке, честное слово! — взмолился боец, протягивая бурдюк.
— Да не ссы! — на радость ополченцам, командир вернул алкоголь после нескольких глотков. — Заслужили! Все молодцы!
Но ополченец покачал головой:
— Синьорина Венга, вот кто настоящий молодец! Видели бы Вы, как она на того бугая накинулась!
— А синьор Лайонел?! В одиночку, в самую толпу! Да головой вперед! И как начал их кромсать! — подхватил другой боец.
Батя вопросительно уставился на своих офицеров.
Судя по внешнему виду Лая, он успел знатно натерпеться. Сплошь залитые кровью доспехи, а наплечник болтался полу оторванный.