Пляска змей (СИ)
— Хм… И ты хочешь меня убедить, что ни к кому из них не привязалась, за все это время? Неужто ты такая бездушная? Ты мне вовсе не кажешься бездушной.
— А какой же я тебе кажусь?
— Хм… — Я облизала губы. — Ты похожа на Григоровича. Но… Мне кажется, твой отец куда тверже тебя, ну хотя бы, допустим, в своих убеждениях… С другой стороны, мужчины ведь и должны быть тверже женщин в некоторых вещах. Или нет?
Линда повернула ко мне голову.
— Чего ты хочешь от меня добиться, Ева?
Я махнула рукой.
— Ой… Да ничего! Просто досужие разговоры. Это я от скуки. Не обращай внимания!
Оказавшись на нужном этаже, мы с Линдой покинули лифт, и миновав маленькую темную промежуточную комнату, очутились в месте, в котором я не бывала уже очень давно… Тяжелая металлическая дверь закрылась за нами почти бесшумно. Дверь эта оборудована электронным кодовым замком, и не зная пароля ее не открыть. Мне, конечно, пароль был известен, так же как и Линде… Но подобным образом ситуация обстояла не всегда. Были времена, когда меня, обколотую наркотиками, вывозили через эту дверь на кушетке, чтобы на лифте спустить в операционный блок… Тогда, множество продолговатых люминесцентных ламп на потолке, казались мне одной единственной длинной лампой, временами помигивающей. Я помню, что пыталась считать эти помигивания, но из-за действия препаратов не могла ни на чем сосредоточиться…
Все пациенты в клинике Григоровича делились на несколько групп по степени важности. Для каждой группы был отведен определенный этаж. Самые ценные экземпляры помещались на цокольных этажах клиники, глубоко под землей. А вот этаж на котором мы сейчас находились — третий, предназначался для пациентов чуть менее ценных, но также весьма значимых. Когда-то, на этом этаже жила и я, еще до того как получила свои змеиные глаза и основала Аканху… Не сказать, чтобы я это место ненавидела, но и особой любви к нему не испытывала… Слишком много неприятных воспоминаний оно во мне пробуждало.
Впрочем… С тех пор здесь многое поменялось. Во времена моего проживания на этом этаже, пол тут был плиточным, источавшим холод, теперь же я ступала по достаточно приятного цвета линолеуму. Стены перекрасили, люминесцентные лампы заменили галогеновыми, и даже кое-где, возле окон, появились цветы в огромных несуразных горшках.
— Божечки, Линда! — Не преминула восхититься я. — Мне сдается, я в санаторий попала… Раньше здесь все было немного по-другому.
— Это моя инициатива. — Улыбнулась Линда. — Навести здесь небольшой косметический ремонт. Все то же положительное психологическое воздействие. Хорошая атмосфера недурно влияет на пациентов…
— О как… Но с Алисой, похоже, этот фокус не прокатил.
— Алиса — особый случай.
— Ну конечно…
Внезапно, я заметила, что дверь одной из палат слегка приоткрыта, и кто-то наблюдает за нами оттуда. Когда мы с Линдой подошли чуть ближе, дверь отворилась шире, и навстречу Линде выбежала худенькая темноволосая девочка.
— Тетя Линда! — Воскликнула она. — У меня получилось! Все как вы и сказали, оно словно пластилин!
Линда застыла как вкопанная.
— Л-лорена. — Голос ее слегка дрогнул, и конечно же это не укрылось от меня. — До подъема еще полчаса. Ты почему не спишь?
Лорена ухватила Линду за руку.
— Вы были правы. Оно очень податливое, становится таким, каким я хочу. И иногда у меня даже получается разговаривать с ним!
— Хорошо, Лорена. — Линда положила вторую руку девочке на плечо. — Но сейчас ты должна вернуться в палату. Сегодня мы поговорим с тобой об этом, обещаю.
— О… Здравствуйте. — Девчушка, казалось только сейчас заметила меня, и тут же на лице ее отразился испуг. Наверняка, она моих глаз испугалась.
Я присела перед Лореной на корточки и улыбнулась, потом склонила голову на бок.
— Какая красивая девочка. Сколько тебе лет?
— Восемь.
— Восемь… — Я взглянула на ее иссиня-черные волосы. — И волосы у тебя классные. Ты красилась?
— Нет.
— Значит ты северянка. В наших краях не водятся женщины с подобным цветом волос. Тебе жутко идет.
Девочка ответила мне робкой улыбкой. Линда хмуро наблюдала за нами.
— Тебя Лорена зовут, верно?
Девочка кивнула. Я протянула ей руку.
— А я — Ева.
— Ева. Это же библейское имя!
— Все верно.
— Первая женщина, жена Адама, созданная из его ребра!
— И виновница грехопадения. — Добавила я. — Я, кстати тоже, жутко люблю яблоки.
— А я апельсины. — Засмеялась девочка.
— Неплохой выбор. Скажи-ка мне, а о чем вы сейчас говорили с тетей Линдой?
Лорена уже было приоткрыла рот, но тут Линда перебила ее.
— Лорена. Ты разве меня не слышала? Возвращайся в палату. У Евы сейчас очень мало времени и много дел. Я сама все расскажу ей… потом.
Я моргнула, переключаясь на инфракрасное зрение. Мир вокруг преобразился, наполнившись красным, желтым, и оранжевым цветами, а также различными оттенками синего… Теперь я видела: нечто очень теплое блуждало внутри тела Лорены. Оно не имело какой-либо определенной формы постоянно меняясь в очертаниях. На секунду оно застыло в районе пупка, а потом поднялось к груди, окутало мерно бьющееся сердце, после чего растеклось по всей грудной клетке невероятно яркой лужей. Как интересно… Я моргнула еще раз, вернув себе обычное мироощущение
— Вот это маска! — Похоже Лорена заметила маску Аканху на моем боку.
— Тебе нравится? — Я взяла маску в руку и продемонстрировала девочке, потом на секунду приложила ее к своему лицу. — Могу подарить тебе такую же. Ну, правда другого цвета. Цвет ты должна сама выбрать. Как насчет золотого, или желтого, как солнце или апельсины?
— Здорово! — Восхитилась девочка, но потом очевидно вспомнила сказанное Линдой. — Вы извините. Я пойду пожалуй. А то ведь отвлекаю вас…
— Постой-ка, Лорена. — Я лукаво взглянула на Линду, которая стояла вся напряженная, и воняла страхом больше, чем когда-либо. Возвратив свой взгляд к Лорене я спросила: — А ты знала девочку по имени Алиса? Она немного старше тебя, и кажется тоже жила на этом этаже.
— Знала. Правда, мы с ней не особо общались. Я не видела ее с вечера пятницы.
— Вот как. А ты не подскажешь мне, где ее палата?
Прежде, чем Линда успела что-нибудь предпринять, девочка ответила:
— Конечно. Ее палата предпоследняя, в самом конце коридора. Там две одиночных палаты, и одна из них Алисы.
— Ты здорово мне помогла Лорена.
— Я пойду.
— Иди, иди. А то тетя Линда сейчас разозлится, и нам обоим мало не покажется… — Я выпрямилась, и громко произнесла ей вслед. — Но я обещаю Лорена, что мы обязательно подружимся с тобой, и я подарю тебе твою маску!
Лорена пошла к своей палате, но возле самой двери вдруг обернулась и помахала мне рукой, я помахала ей в ответ.
— Ух какая… интересная девочка. Ты ведь потом расскажешь мне о ней побольше, Линда?
— Тебе незачем знать о ней.
Я подняла брови.
— Но отчего же… Она меня весьма заинтересовала… И я узнаю о ней. Не от тебя, так от Григоровича.
— Она никогда не вступит в Аканху.
— А это уж не тебе решать.
Ну наконец-то! Она все-таки начинает терять самообладание… Я усмехнулась. Любого человека можно вывести из себя. Даже такую бесстрастную суку, как Линда. Сейчас она боится, за себя и за Лорену, и конечно-же за Алису… И ведь как удачно вышло с Лореной! Как вовремя она подвернулась под руку. Теперь уж вам потяжелее будет выкрутиться, доктор Линда. Ведь мне теперь известно, в какой из палат Алиса коротала свои деньки!
— Зачем ты спросила девочку про палату Алисы? Ты в чем-то подозреваешь меня? — Похоже, Линда решила говорить напрямик. — Ты подозреваешь… Тон, которым ты сегодня с самого начала разговаривала со мной…
— Ну извини пожалуйста! — Я подняла руки в примирительном жесте. — Ты ведь знаешь мой скверный характер… Не буду отрицать, у меня насчет тебя есть подозрения… Ведь ты работаешь в основном с детьми, и как я уже говорила, так легко привязаться к кому-нибудь из них. Вот взять хотя бы Лорену…