"Фантастика 2023-128". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Универсал-стихийник. Основное направление стихия огня. Свободно работает и комбинирует все четыре стихии. Рекомендуется направить на факультет боевой магии и предложить заключить контракт с Королевской гильдией боевых магов. (Армия положила глаз? Эти не отстанут. Не тот случай. Плохо, но будем решать проблемы по мере их наступления.)»
Такой краткий эпикриз выдали каждому студиозусу, исключение составили ледышки и иностранные студиозусы, обучавшиеся по направлениям других государств. Все остальные, как и Андрей, не указавший своего гражданства при поступлении, попали под прицел заинтересованных структур. Первокурсники должны были заранее определиться с главными для себя направлениями обучения и факультетами, которые они выберут со второго семестра. В конце первого семестра Школа ждала наплыва представителей различных волонтерских контор, главную скрипку среди которых будут играть армия и государственные структуры Королевства Тантра, заключающие львиную долю контрактов. Остальным придется довольствоваться крошками с барского стола.
Наконец пошли серьезные предметы, три месяца общеподготовительного триместра откровенно надоели.
Человек, прошедший арку артефакта с «туманной пеленой», считался поступившим, подтверждая фактом своего прохода способность к магии и оперированию маной на уровне выше среднего. Но зачастую бывало, что, кроме способностей к магии и умения кое-как читать и еле-еле писать, за душой у новоиспеченного студиозуса ничего больше не было. Отсутствием элементарных знаний страдали не только представители низших сословий, но и дворянские дети не отличались познаниями. Не каждый граф, виконт или барон нанимал для своего отпрыска мага-репетитора. Многие просто шли наудачу, не подозревая у себя никаких магических талантов, и счастливо удивлялись благополучно завершившемуся испытанию.
Подготовительный период предназначался для подтягивания необразованной молодежи к дальнейшему серьезному обучению. Для тех, кто занимался с репетиторами, повторение тоже лишним не бывало. Подготовка включала в себя несколько предметов и дисциплин, имеющих общее назначение для всех видов и направлений магии.
Анатомия и энергоструктура организмов представителей различных рас. Способы воздействия и управления энергоканалами. Живая и неживая материя. Значение крови как одного из самых сильных элементов магии жизни и смерти. Будешь ли ты целителем, друидом или некромантом, без этих знаний ни вылечить, ни правильно зомби поднять. Способы контроля внутренней энергии и накопления личного резерва мага. Теория и практика. (Комментарии излишни.) Способы медитации и концентрации. Теория и практика. Куда же без них. Сложные заклинания требовали от магов предельной концентрации. Теория и практические методики по развитию памяти. Попробуй запомни трехступенчатую четырехсоставную формулу магического воздействия на энергоструктуры силового щита или подавления воли лича. Контроль доминантной стихии.
Не умеющих читать и писать или умеющих это делать через пень-колоду, ждали дополнительные факультативы ликбеза. Попытка слинять с такого факультатива для них приравнивалась к попытке улететь – такие наказывались на месте. Школьные нужники ждали своих уборщиков.
На первых тренингах преподаватели попутно определяли способности учеников к прямому магическому воздействию.
Работающих с маной и проводящих магическое воздействие вербально или словом называли вербальщиками, в простонародье – словоблудами. Воздействующих жестами и магическими пассами – ручечники или пальцекруты. Андрей ввел в обиход новое наименование – распальцовщики, слово моментально прижилось в студенческой среде и даже у преподавателей активно вытесняло старое наименование. Тем, кому требовались дополнительные инструменты, жезлы или палочки, – инструментальщики или палочники. Осуществляющих магическое воздействие мысленно, путем мысленного трехмерного комбинирования рун – рунники или комбинаторы. До этого времени Андрей знал только одного комбинатора. Остап, который Бендер.
 
Озвученные методы магического воздействия и управления маной не исключали, а зачастую использовались и дополняли друг друга в различных комбинациях.
Отдельной строкой стояли псионики, или «мозгодавы», как их называли за глаза. Псионики могли воздействовать напрямую на разум и предметы, но и здесь была одна маленькая оговорка – гномы. Гномы не поддавались воздействию псиоников, кремнийорганическая структура и другое строение мозга сводили все усилия на гномьем направлении на нет. Что сказать – другая операционная система.
Все способы одинаково хорошо подходили для стихийных направлений, магии жизни и смерти и только школа разума работала с псиониками.
Андрею досталось по полной программе. Наличие способностей ко всем стихиям и магиям жизни и смерти сыграли с ним злую шутку. Преподаватели гоняли его, как Сидорову козу, по всем стихиям и направлениям магии. До этого он, видевший плетения в виде узоров, элементарно запоминал узор и при нужде повторял его. Щиты воли к классической магии отношения не имели, главным умением здесь была воля и постоянная концентрация. С концентрацией, медитацией и контролем внутренней энергии дела у него обстояли не то чтобы великолепно, но на уровне на-а-амного выше среднего. Прошедшее воплощение оставило свой неизгладимый след. Постоянный контроль за меняющимся телом, медитативные методики ограничения и частичного отключения дикой боли от воплощения, показанные Ягой, и, теперь уже, драконовское терпение сильно натренировали его силу воли, научили контролировать внутренние энергетические каналы, магический резерв и внешнюю энергетику. Временная слепота заставила научиться пользоваться истинным зрением, а вот во всем остальном он был полным профаном. В Школе этот пробел пришлось наверстывать семимильными шагами. Скидку на работу в архиве и тренировки никто делать не собирался.
Зажечь и потушить свечу, удержать форму у водяного шара, вызвать ветер и поддержать маленький смерч, разложить кусок камня на составляющие или заставить изменить его свойства – это одни из самых легких заданий. По мере освоения материала задания постоянно усложнялись. К концу подготовки он уже мог свободно поддерживать больше пяти огней и файерболов, параллельно выстраивая в воздухе из камешков какую-нибудь руну или фигуру и удерживая пятиметровый столб воды, диаметром в сажень, в статическом состоянии, умудряться контролировать и менять состояние почвы под ногами – от твердого такыра до слюдяной крошки. По чтению и письму к нему у магистров вопросов не было, проверили скорость чтения и письма и отстали. Сильно пришлось попыхтеть над магиями жизни и смерти, головной боли добавили уроки по развитию памяти. Главным пряником для студиозусов на уроках по улучшению и развитию памяти у магистра гралл Зерта было отсутствие наказания. Те же, кто не проявлял должного рвения, получали болевым заклинанием. Действовало на все сто. После десятка шоковых болевых ударов голова начинала работать веселее, страница рукописного текста запоминалась с первого прочтения… а работали не только по тексту – картинки, многомерные фигуры, словосочетания, различные визуальные образы. У магистра гралл Зерта была отличная возможность отшлифовать свое умение, что там отшлифовать – довести до совершенства!
К доске с расписанием подошли снежные эльфы. Ледышки продолжали его демонстративно игнорировать. Стоя недалеко от эльфов, Андрей уловил один заинтересованный взгляд. Мелима. Ее голосок хорошо запомнился еще с привратной площади. Не ты ли, красавица, располосовала рыжика с третьего курса? Молчит, ничего не говорит, только смотрит, так и до дыр можно проглядеть!
– За что ты нас не любишь? – Завтра снег пойдет! Мелима с ним заговорила! Съела, наверно, что-то не то.
– За что вас любить? – Вопрос без ответа, только губы поджала. – «Лесовиков» я ненавижу и не скрываю этого, а вы мне безразличны. – Андрей отвернулся от эльфов. Вот так. Была бы Мелима одна, он бы постарался поддержать разговор, но разводить политес при всей эльфийской гоп-компании? Увольте. Обойдутся.